По велению сердца - Данеэла Стил

– Я узна’ю. Так что у тебя с Бимсом? — не унимался Финн.

– То же, что у тебя с королевой Елизаветой. Я же не волнуюсь по ее поводу, а тебе незачем беспокоиться за него.

– Это точно?

– Абсолютно.

– А если он на этот раз тебя куда то пригласит?

– Я ему скажу, что безумно влюблена в одного неотразимого ирландца и что его шансы равны нулю. — Она улыбалась, но Финн поглядывал на нее с беспокойством. С началом близких отношений Хоуп совсем потеряла осторожность и сдержанность и целиком доверилась Финну. Теперь он был полновластным хозяином ее сердца. Они уже говорили о том, как быстро у них все произошло и как их захлестнула любовь. Французы называют это coup de foudre — «удар молнии», и точно, их будто обоих поразила молния, и Финн часто повторял, что пути назад теперь нет. Он говорил, что влюблен окончательно и бесповоротно, и Хоуп любила его не меньше.

Она пришла к выводу, что в их возрасте такие вещи случаются, люди уже изучили себя, знают, чего хотят от жизни, понимают, что в их прошлой жизни было не так. Сейчас оба они чувствовали, что это навсегда, хотя, по ее мнению, афишировать их отношения было бы преждевременно. Их любви всего месяц с небольшим, правда, Хоуп никогда еще не была в чем то так уверена, как в своих чувствах к Финну, и он — тоже. Оба верили, что это всерьез и надолго и что это лучшее, что случилось с ними в жизни.

На следующий день Финн узнал, что из Лос-Анджелеса есть прямой рейс в Дублин. Он еще неделю пробыл в Нью-Йорке, и эта неделя была прекрасной. Хоуп подумывала познакомить его с Марком Веббером, но решила повременить. Марк вряд ли поймет, почему она настолько уверена в своих, да и Финна, чувствах. Лучше уж просто наслаждаться своим счастьем, ни перед кем ни в чем не оправдываясь и никому ничего не объясняя. К тому же Финн все последние дни жаждал провести с ней наедине. Он говорил, что никому не позволит красть у них время, тем более драгоценное, что разлука неумолимо приближалась.

В то утро, когда Финн уже собирал чемодан, вид у него был печальный. Ему не хотелось уезжать, к тому же он продолжал нервничать из за ее предстоящей фотосессии с Родом Бимсом. Он то и дело возвращался к этой теме, и Хоуп уже устала успокаивать его. Но поскольку их знакомство и роман произошли как раз вследствие работы над его портретом, Финн ревновал Хоуп ко всем ее моделям. Хоуп, как могла, разубеждала его. Лучшим доказательством ее любви была ее нежность, ее страстность. Никогда прежде Хоуп не занималась любовью так часто, как в эти несколько недель.

Финн заводил разговор и о браке, правда, пока в теоретическом плане. Все таки это был бы слишком поспешный шаг, но сама идея не казалась такой уж безумной. Финна не слишком волновало, как и где это можно осуществить, он был уверен в одном: остаток жизни он хотел бы провести с ней. И Хоуп начинала склоняться к тому же, хотя и не была уверена, что только брак может дать им эту возможность. Они уже и так практически живут вместе и скоро будут жить вместе в Ирландии.

А еще Финн поразил ее тем, что завел разговор о продолжении рода. Сказал, что хотел бы от нее ребенка. Хоуп деликатно заметила, что такой «проект» надо осуществлять вдвоем, а она пока не чувствовала себя к этому готовой. Она была не прочь вернуться к этому разговору позднее, когда у них будет кое какой опыт совместной жизни. Но, призналась себе Хоуп, идея эта ей понравилась. Особенно когда она рассматривала фотографии Мими и вспоминала, какой очаровательной малышкой она была. Мысль о совместном ребенке с Финном ее страшила и привлекала одновременно. Думая о ребенке, Хоуп будто становилась моложе. Финн твердил, что в их возрасте это вполне возможно, у него есть несколько друзей, которые завели детей в зрелом возрасте. Он настойчиво вбивал ей эту мысль в голову, но согласился подождать хотя бы пару месяцев, прежде чем вернуться к этой теме.

В такси по дороге в аэропорт Финн молчал и не выпускал Хоуп из объятий. Они целовались и тихонько перешептывались, он пообещал позвонить сразу же, как доберется. Он летел ночным рейсом, и звонить ей будет уже слишком поздно, но для него уже наступит утро.

– Приготовлю дом к твоему приезду, — пообещал он. Сказал, что предстоит большая уборка, и еще надо вызвать специалиста по каминам, чтобы не замерзнуть, ведь зима на дворе. Велел взять с собой побольше теплых вещей, а также крепкую и удобную обувь для прогулок в горах. Она приедет в начале февраля, значит, холодная и ветреная погода гарантирована. Хоуп пообещала пожить у него месяц и сама уже с нетерпением ждала новой встречи. В марте Финну так или иначе предстоит сесть за работу, а у нее назначены съемки в Нью-Йорке, так что пробыть дольше никак не удастся. Но месяц — это уже хорошо, в Нью-Йорке они тоже провели вместе четыре недели.

Прощание в аэропорту было трудным. Хоуп и не представляла себе, что расставание будет мучительным. Она чувствовала себя так, словно из груди у нее вынимали сердце. Давно уже она не испытывала таких сильных эмоций. Даже к Полу ее чувства были иными, да и такой душевной близости между ними, пожалуй, не было. Их отношения развивались размеренно и неспешно, тем более что она была студенткой, когда они встретились, а он — зрелым мужчиной. Пол тогда не торопил события. Другое дело сейчас. В их возрасте такая спешка вполне объяснима. Такие истории были им хорошо известны: люди познакомились и полюбили примерно в таком же возрасте, уверились в том, что наконец нашли свою половину, и уже через несколько месяцев вступили в брак. И все же объяснить это кому то будет нелегко. Прошел всего месяц, а они уже не только влюбились без памяти, но и решили провести вместе оставшуюся жизнь.

Хоуп решила, что Полу она пока ничего говорить не станет. Не хотелось его волновать, да и кто знает, как он воспримет эту новость? Правда, она давно уже живет одна и свободна в своих решениях и поступках. И все же Хоуп понимала, что Пол вряд ли одобрит ее роман с другим мужчиной. Она решила сначала познакомить его с Финном — они наверняка подружатся. В отношении Пола Финн пока никакой ревности не выказывает, и слава богу. В противном случае Хоуп бы нервничала. Пол занимает большое место в ее жизни, и она его нежно любит, пусть и платонически, и знает, что так будет всегда, до конца его дней, которых она ему желает как можно больше. В январе она один раз с ним разговаривала, он все еще находился на яхте и направлялся в сторону Сент-Барта. Она ничего не сказала ему про Финна. К тому же Пол может позвонить ей на мобильный, где бы она ни была, а значит, и в Ирландию, причем нет никакой необходимости оповещать его о том, где и с кем она находится, разве что ей самой захочется ему сказать. Пока такого желания у нее не возникало.