Околдовать разум, обмануть чувства - Катерина Полянская

— Никакой управы на мерзавца нет! Ему же сам Хилар покровительствует…

Да-да, а еще он — родной брат королевы. Почему-то захотелось показать главе Колледжа язык, но желание это я задавила. Надо же, единственные выходные в Бастионе — а уже так распустилась!

Под эту мысль с лязгом распахнулась двойная, наполовину стеклянная дверь, отделяющая коридор, куда выходили двери классов, от лестницы. В проеме возник Гардиан Ковир собственной персоной.

Все тут же повернули головы на звук.

О, выглядел учитель потрясающе! В самом худшем смысле этого слова. Всегда идеальная прическа растрепана, из волос торчат сухие листья, а я еще и песок заметила. Где ж его так поваляло? Пальто испачкано, штаны кое-где порваны и на коленях грязь. Лицо разбито. И кожаной папки, той самой, с золотым замочком, нет. А Ковир, насколько я успела заметить, с ней не расстается никогда!

— Доброе утро, алины! Аллиночки! Феталлин директор! — Явившийся пафосно развел руки, изображая радость от встречи, но покачнулся, кое-как устоял на ногах и закапал белый камень пола кровью.

Девушки тихонечко ойкали и прижимали затянутые в перчатки ладошки к губам. Я стояла безэмоциональным истуканом и бессмысленно моргала. Что делать? Как вообще принято поступать в подобных ситуациях?

Феталлин Тистон приблизился к учителю и какое-то время принюхивался. Э?! Он что, с ума сошел?!

— К сожалению, вы трезвы, — с легким разочарованием поцокал языком директор. — Что случилось, Гардиан? Очередное нападение?

— Да.

Ковир привалился к стене и прикрыл глаза. Ему требовалось время отдышаться.

А мы все продолжали стоять. Просто не привыкли в Колледже к чрезвычайным происшествиям, вот и растерялись слегка. Все, даже директор. Пришлось единственному, кто сохранил холодный рассудок, брать ситуацию в свои руки.

— Староста, вниз за ключом. Живо! — Этим единственным оказался Ковир. Кто-то сомневался? — Феталлин Тистон, пройдите в свой кабинет и свяжитесь с ближайшим патрульным пунктом. Кларисса, спуститесь в кладовую и попросите воды и две чистые салфетки. Катарина — в хранилище. Что взять, надеюсь, догадаетесь сами, иначе в моей мастерской вам не место.

Мы все ринулись исполнять поручения. Иногда людям нужно, чтобы ими кто-то руководил. Сейчас был именно тот случай.

Обеззараживающий раствор, охлаждающая мазь с мятой и заживляющая с ромашкой. Все слабенькое и недорогое, это и студентке дадут. Я кивнула своим мыслям и ускорила шаг.

Значит, у брата королевы только золотой замочек на папке, а у дочки цирюльника золотые часы? Странно как-то… Пф, и дались мне эти побрякушки!

Уже находясь в дальнем конце коридора, расслышала:

— Виса, перестаньте жаться ко мне! — глухо рычал Ковир.

— Что вы, я просто поддерживаю!

Быстрым шагом прошла еще один коридор и лестницу, чтобы оказаться перед большой железной дверью. Постучала. Получившийся резкий раскатистый звук заставил поморщиться. А вскоре изнутри донеслось разрешение войти, что я и сделала.

Внутри было как в библиотеке. У самого входа стойка с учетными книгами, за ней томилась феталь Дестен. Стеллажи с самыми разными и порой очень редкими и дорогими ингредиентами выстроились за перегородкой, их отсюда не было видно. Едва только переступив порог, я перечислила все, что мне сейчас было нужно. И пока феталь искала баночки с лекарствами, я отвечала на ее вопросы. Не стоило и надеяться уйти без подробнейшего отчета, кому и зачем потребовались мази.

Когда же вернулась к месту самых интересных событий, класс уже был открыт, Ковир сидел на своем месте, а на столе перед ним лежали салфетки и стояла большая миска с водой. Виса еще на входе попыталась выхватить у меня баночки с лекарствами, но куратор оказался проворнее.

— Аллиночка Брей, могу я вас попросить? — И он показал на разодранную щеку и кровоточащий висок.

Обработка требовалась, я еще с порога видела кусочки сора в царапине. Оказывать помощь учителю при директоре, который с самым возмущенным видом сидел за первым столом, было странно и страшно, но я не смогла отказать. Сама не знаю почему.

Только успела смочить одну из салфеток, как в класс вошли. Храны. Двое. Меня передернуло. Сосредоточиться на ссадинах, не бояться, не думать, не слушать!

Не слушать не получилось. Сама не знаю, чего я ожидала, но разговор получился строго официальный. Ковира допрашивали как пострадавшего. Вряд ли он был знаком конкретно с этими двумя специалистами по отлову и уничтожению «ненормальных».

— Где это произошло?

— В начале дубовой рощи, если идти от столицы к Кардиану. — Дядя принца говорил медленно и сидел прищурившись, как разомлевший на солнышке кот. Можно подумать, ему мои прикосновения доставляют удовольствие. Даже когда йод щипал, не дернулся и сохранил свой довольный вид. — Где-то в половине восьмого утра. Меня оглушили, бросили в голову клубок чего-то переливающегося. Я не знаю, как эти чокнутые такое делают.

Высокий, почти лысый мужчина что-то записывал на большом белом листе. Второй задавал вопросы и внешне от первого практически не отличался.

— Сколько их было? Вы смогли кого-то разглядеть?

— Четверо. Двое парней и две девчонки. Все со способностями. Как я понял, чисто силовыми. Меня так приложило, что до сих пор голова гудит. — Кажется, кто-то пытался жаловаться.

Какое-то время тишину прерывал только скрип чернильной ручки по бумаге. Перерыв закончился, класс ушел на следующее занятие, только я продолжала свою деятельность.

— Сможете помочь нашему художнику с портретами?

— Вряд ли.

— Что им было нужно? Вас оглушили, а потом?

— Взяли папку с рабочими документами и кошелек, — скривился куратор, тут же охнул и поднес руку к лицу. — Ударили несколько раз, попытались снять пальто, тогда я и очнулся. Еще некоторое время мы дрались, потом их спугнул кто-то из прохожих.

Это тоже записали, а также выяснили, в какую сторону удирали напавшие.

— Дожили! — фыркнул хран, аккуратно укладывая исписанные листы в простую картонную папку. — «Ненормальные» уже людей грабить начали!

Два занятия, на которые я все же попала, прошли в напряженной атмосфере. Мы были напуганы, учителя не меньше. И дело вовсе не в Ковире, невозможно чувствовать себя в безопасности, когда прямо под стенами Колледжа творится такое. Мы, конечно, пытались учиться, перерисовывали в тетради формулы, записывали композиции ароматов, но мысли все равно соскальзывали на утреннее происшествие. А иногда и разговоры.

Хотелось спрятаться где-нибудь и перенестись в Бастион. Интересно, что Тенмар скажет об этом? А Марияр? А еще впервые в жизни мне хотелось, чтобы этих ужасных людей поймали. Тогда мы снова заживем спокойно. Сама себя за это презираю, но думать иначе не могу…