Война индюка - Вадим Проскурин

— А если сразу начать тотальные бомбардировки? — спросил Сэндмен.

— Если сразу — бомб на все не хватит, — ответил Слайти. — Еще вопросы?

— Орбитальной группировкой управляете лично вы? — спросил Стринг.

— Нет, — покачал головой Слайти. — Не лично я. Орбитальной группировкой управляет… гм… кто надо, тот и управляет.

При этих словах многие генералы и полковники обернулись и посмотрели на Рейнблада. Его божественность состроил непроницаемое лицо, встал и вышел из зала. Он не видел смысла продолжать свое присутствие. Слайти с новыми обязанностями справляется, страховать его дальше — пустая потеря времени.

Выйдя из зала, Рейнблад извлек из кармана спутниковый телефон, и некоторое время задумчиво соезерцал его. Яйцеголовые умельцы из ордена пилигримов установили на этот телефон программу, позволяющую устанавливать связь с обычными радиостанциями. В любой момент Рейнблад мог нажать три кнопки одну за другой и послать сигнал вызова дежурному радисту иденского полка. Кардинал полагал, что этот вызов легко пробьется сквозь любые помехи. Но делать этот вызов было страшно.

— Да пошел он до Калоны раком! — воскликнул Рейнблад.

Проходившая мимо рабыня-уборщица испуганно взвизгнула и уронила швабру. Его божественность улыбнулся, убрал телефон и пошел к выходу. Он принял окончательное решение. Если бы Джон Росс хотел вмешаться в то, что сейчас происходит в Барнард-Сити, он бы нашел способ связаться с кардиналом. А если не хочет искать способ — это его проблемы. Будем надеяться, он знает, что делает.

ГЛАВА ПЯТАЯ. Второй блин комом не бывает

Еще когда летающие тарелки только-только прибыли в Иден, сэр Джозеф Слайти установил порядок, чьто все взлеты и посадки разрешались только на специальном поле за территорией части. Это место Слайти назвал летным полем и велел огородить колючей проволокой. Но для себя командир полка сделал исключение, свой личный истребитель он держал рядом с входом в штаб, под специальным навесом. Сейчас этот навес временно убрали, а вокруг посадочной площадки наблюдалось оживление — четверть часа назад полковая радиостанция внезапно ожила и сообщила голосом сэра Слайти, что он вылетает из Барнард-Сити и скоро прибудет в родную часть. Хорошо, что капитан Мунлайт не поддался уговорам и не отменил дежурство по радиостанции. А то какой конфуз вышел бы — возвращается полковник из командировки, а его никто не встречает. Позор!

Истребитель появился как бы из ниоткуда — только что в небе ничего не было, и вот он уже здесь, обдал жаром с металлокомпозитных боков, повалил траву на лужайке гравитационной волной, завис над посадочной площадкой и мягко опустился на опоры. Двигатель выключился, трава, только что разложившаяся вдоль линий силового поля, как шлюха под клиентом, снова распрямилась. В борту дисколета сформировался люк, оттуда вылетела какая-то палка.

— Что за… — пробормотал Седрик Мунлайт и осекся.

Вслед за палкой из люка показалась железная рука, а затем и вторая, с обрубленными пальцами. За руками последовала голова, а затем и весь остальной Дубовый Джозеф. Он неловко плюхнулся в густую и высокую траву, протяжно свистнул экзоскелетом и выпрямился.

— Совсем обленились, раздолбаи! — провозгласил сэр Джозеф. — Кто газон стричь будет? Кецалькоатль?

Седрик нервно сглотнул, принял стойку «смирно» и стал рапортовать:

— Сэр полков… э-э-э… генерал?!

Сэр Джозеф улыбнулся и сказал:

— Да уж не хрен моржовый.

И продемонстрировал ту самую палку, которую выбросил из люка, прежде чем вылезти самому. Это, как оказалось, была не просто палка, а тонкая декоративная трость с позолоченным набалдашником в форме головы ворона.

— Главнокомандующий?! — воскликнул Седрик, почему-то фальцетом.

Майор Кадди, стоящий рядом, глумливо захихикал.

— Чего заткнулся? — осведомился сэр Джозеф. — Продолжай доклад.

Седрик вытянулся в струнку, улыбнулся до ушей и отчеканил:

— Сэр верховный главнокомандующий! За время вашего отсутствия происшествий не случилось! Личный состав занимается согласно распорядку! Докладывал капитан Мунлайт! Разрешите поздравить вас от всей души!

Сэр Джозеф подошел поближе и внезапно ткнул Вороном Войны в майора Кадди, тот едва увернулся.

— Чего дергаешься? — обратился к нему главнокомандующий. — Подержи, я товарища обнимать буду.

Майор принял драгоценную трость двумя руками и застыл в благоговейном трепете, не отводя восхищенного взора от символа высшей военной власти. А сэр Джозеф подошел к Седрику вплотную и они обнялись.

— Рад тебя видеть, дорогой, — сказал сэр Джозеф. И добавил негромко: — Я про тебя гадости думал, ты уж прости старого дурака, я тогда не знал, что ты такой герой. Сейчас, погоди… куда я их подевал-то… неужели в машине посеял…

Копаться в тесном кармане железной рукой было неудобно, Седрик собрался предложить помощь, но Дубовый Джозеф справился сам.

— Вот, нашел! — сообщил он.

Вытащил из кармана маленький бумажный пакетик и вручил Седрику. Внутри обнаружились полковничьи звезды.

— Но я же… — пробормотал Седрик. — Я же на вас…

— Стучал, — кивнул Джозеф. — Это ничего, это героям не возбраняется. Держи звезды, носи с честью, не посрами и все такое. Почему газон не пострижен?

Седрик виновато пожал плечами и ничего не ответил.

— Исправить немедленно! — повелел Джозеф. — Что с летным полем? Колючку заказал?

— Так точно, — кивнул Седрик. — Рабы уже трудятся. За сегодня вряд ли успеют все доделать, но завтра, думаю, будет готово.

— Как ты так быстро управился? — удивился Джозеф.

— А чего тут быстрого? — пожал плечами Седрик. — Летающим тарелкам до Рокки Маунтс полчаса лету.

— Так ты на дисколетах колючку привез! — сообразил Джозеф. — Ловко придумал, молодец, хвалю. Где Джон?

— У себя в комнате должен быть, — сказал Седрик. — Разрешите осведомиться… ну… как в столице все прошло…

— Отлично все прошло, — сказал Джозеф. — Байтер помер от тромба легочной артерии, Раскал тоже, у него еще дом сгорел. Говорят, в ту ночь над ним истребитель кружил, но кардинал говорит, это не истребитель был, а божий ангел. Ангел — это такой демон, но добрый. Короче, добро торжествует. И нечего на меня так смотреть, я не при делах. Мне сказали: «Будешь главнокомандующим», я ответил: «Есть быть главнокомандующим», и больше ничего. Сколько сейчас времени?

— Час пополудни, — сообщил Седрик.

— На три ноль ноль назначь общее построение, — повелел Джозеф. — Парадный камзол обновить успеешь?

— У меня его вообще нет, — смущенно ответил Седрик.

— Как это нет? — удивился Джозеф. — Какой же ты полковник без парадного камзола?

— По моему скромному мнению, сэр главнокомандующий, полковник без парадного камзола во всем подобен полковнику в парадном камзоле, — заявил Седрик. — Но без камзола.

— Это понятно, — кивнул Джозеф. — Где посеял?

— В курильне какой-то, — пожал плечами Седрик. — Или в борделе. Не помню, упорот был. Это когда Брентон приказал наш полк в Иден перебросить. Я тогда переживал… дурак был.

— Великий ум несообразен офицеру, — заявил Джозеф. — Офицер должен быть храбр, физически развит и предан отечеству, а остальное приложится. Ладно, будешь без камзола. О, Джон идет. Мне с тобой беседовать некогда, в три ноль ноль общее построение, там все объявлю. Кадди, давай сюда птичку, хватит на нее молиться, ты не в храме.

Джозеф отобрал у Кадди церемониальный жезл и направился к офицерскому общежитию легкой подпрыгивающей походкой. Время от времени он взмахивал жезлом и сбивал вороновой башкой особо высокие чертополохи. При этом сэр главнокомандующий приговаривал:

— Кар!

И глупо улыбался.

— С протезами у него совсем беда, — заметил лейтенант Тандер, издали наблюдавший это зрелище.

Надо сказать, что походка сэра Слайти была легкой только в его собственном воображении, а реально он двигался как мифический динозавр, пораженный церебральным параличом. С протезами у него действительно была беда.

Джон вышел ему навстречу, они обнялись.

— Вот и все, а ты боялся, — сказал Джон. — Палочку можно глянуть?

— Да хоть совсем забирай, — буркнул Джозеф и протянул Джону жезл главнокомандующего. — Переворот в столице ты организовал?

Джон удивленно приподнял брови и спросил:

— Так, значит, все-таки переворот? Кто на трон сел вместо Трисама?

— Никто не сел, Трисам живее всех живых, — ответил Джозеф. — Байтера убили. Некий Алекс Мортимер по приказу Германа.

— Чего это они так сурово? — удивился Джон.

— Не знаю, — пожал плечами Джозеф. — Я к слухам не прислушивался, мне не до того было. Я, если честно, спиртом злоупотреблял. Говорят, Байтер хотел кардинала сместить, но я не верю, бред, по-моему.