Война индюка - Вадим Проскурин

— Ты сказал, это сыворотка? — переспросил Алекс. — Которую в кровь вкалывают, да? Не какой-нибудь нанотехнологический наждак?

— Сыворотка, — подтвердил Зак. — А что?

— Гм, — сказал Алекс. — Не знаю, можно ли доверять этому мифу… но… гм…

— Не тяни козу за хвост, — сказал Зак.

— Говорят, нанотехнологические сыворотки дают бессмертие, — сказал Алекс. — Не неуязвимость, а потенциальное бессмертие, ты просто не стареешь и не болеешь. Такой побочный эффект. Не знаю, правда ли, но во всех источниках так написано. Я раньше этим вопросом интересовался, помнишь ту историю с Терри Найтом…

— Помню, — кивнул Зак. — Ну, надо же… Ты кому-нибудь уже говорил про это бессмертие?

— За дурака меня не держи! — возмутился Алекс. — Никому не говорил, тебе первому.

— Вот и не говори больше никому, — сказал Зак. — И, это… спасибо.

Зак правильно предположил, что они с Алексом не встретят в доме Байтера сопротивления. Но то, что начальник охраны вежливо раскланялся и проводил их в кабинет спикера, даже не попытавшись повозмущаться, хотя бы для вида — это стало сюрпризом. Зак сообразил, в чем дело, только когда сэр Морис вышел ему навстречу, улыбнулся до ушей, протянул руку и сказал:

— Очень рад видеть вас в гостях, сэр Харрисон! Я всегда верил, что вы сделаете правильный выбор!

Алекс странно крякнул и закашлялся. Зак владел собой лучше и потому сумел сохранить серьезное выражение лица. Он пожал спикеру руку и сказал:

— Я всегда делаю правильный выбор. Кроме тех случаев, когда падаю с лошади.

Сэр Байтер вежливо улыбнулся, дескать, оценил шутку. Затем сказал:

— Прошу прощения, сэр Харрисон, но ваш коллега…

— Ах да! — воскликнул Зак. — Я совсем забыл его представить. Алекс Мортимер, доктор медицины, врач, ветеринар, палач и алхимик.

— Ваш друг не рыцарь? — спросил Байтер.

— Пока нет, — ответил Зак.

— Значит, скоро будет, — заявил спикер Совета Нации. — Каждый, встающий на правильную сторону, вознаграждается сообразно происхождению и заслугам.

— Зак, сэр Морис дело говорит, — сказал Алекс. — Не забудь потом напомнить.

— Не забуду, — пообещал Зак. — Давайте приступим, что ли.

— Что, так сразу? — удивился Алекс. — А поговорить?

— Да, поговорить — это важно, — согласился Зак. — Алекс, не торопись.

Алекс к этому времени уже успел поставить свой докторско-палаческий чемоданчик на чайный столик, но замки открыть не успел.

— Присаживайтесь, сэр Захария, — сказал сэр Морис и указал на кресло гостеприимным жестом. — Ваш друг может пока постоять в сторонке. Покурить желаете?

— Попозже, — сказал Зак, усаживаясь в кресло. — Я так считаю: делу время, а потехе час. Сначала надо с делами управиться, а потом уже курить и другим развлечениям предаваться.

— Приятно слышать разумные речи, — благосклонно кивнул сэр Морис. — Честно признаюсь, не ожидал от вас такого адекватного поведения. Про вас говорят, гм…

Он замялся, подбирая слова, и Зак решил помочь ему:

— Что я безбашенный отморозок? — предположил Зак.

— Мои агенты таких слов не употребляют, — заявил сэр Морис. — Я человеческий язык сам не коверкаю и от других этого не терплю. Но в целом вы правы, агенты описывают вас примерно так. Сколько вы принесли?

— Чего? — не понял Зак.

— Сколько вы принесли? — повторил сэр Морис. — Ну, в чемоданчике, там же деньги?

Алекса внезапно пробил кашель, очень сильный и жестокий, почти до конвульсий. Актер из Алекса никакой, чуть что — сразу ржать начинает. Хорошо хоть, догадался отвернуться и кашель изобразить, а то испортил бы весь спектакль в самом начале.

— Гм, — сказал Зак. — Мне немного неловко так говорить, но вы меня неправильно поняли. В этом чемоданчике нет денег. Там есть кое-что другое, но к этому мы перейдем позже. Видите ли, сэр Морис, я не считаю, что вы оказываете мне услугу, принимая меня на свою сторону. По-моему, это я оказываю вам услугу.

— Сколько? — спросил сэр Морис.

— Двести тысяч долларов, — заявил Зак.

— Это много, — сказал сэр Морис.

— Немало, — согласился Зак. — Но вы не раба покупаете, вы дьякона вербуете! И не просто дьякона, а вождя боевого братства!

Услышав последние слова, сэр Морис поморщился, будто случайно проглотил соплю.

— Давайте об этих непотребствах здесь не говорить, — сказал он. — Когда будет установлен новый порядок, ваше… гм… это самое… Короче, распустить его надо. Я считаю, расовые законы должны соблюдаться не только на словах, но и на деле, и поэтому…

— Тогда четыреста тысяч, — перебил его Зак.

От такой наглости сэр Морис потерял дар речи. Посидел немного, похлопал глазами как удивленная лягушка, затем сказал:

— Таких денег у меня нет.

— А двести тысяч есть? — спросил Зак.

Сэр Морис кивнул.

— Тогда вопрос о боевом братстве давайте отложим, — сказал Зак.

— Давайте отложим, — согласился сэр Морис. — Приятно с вами беседовать, сэр Захария. Не ожидал, что вы такой деловой и… гм…

— Циничный? — предположил Зак.

— Прагматичный, — возразил сэр Морис.

— Один хрен, — сказал Зак.

Сэр Морис укоризненно покачал головой и сказал:

— Я вас прошу, сэр Захария, следите за языком, будьте любезны. Выражения, свойственные низшей расе и простонародью, в этом доме не произносят.

— Прошу принять смиренные и искренние извинения, — сказал Зак.

Сэр Морис благосклонно кивнул, дескать, извинения приняты. Наступила тишина, оба собеседника молчали, обдумывая что-то сложное.

— Стражник родился, — подал голос Алекс.

— Следи за языком, Алекс, — посоветовал ему Зак. — В этом доме не принято употреблять простонародные выражения. Сэр Морис, так вы распорядитесь?

— Насчет чего? — не понял сэр Морис.

— Насчет денег, — объяснил Зак. — Двести тысяч на бочку… о, демоны, опять употребил простонародное выражение…

— Двойной фэйл, — заметил Алекс.

— Уже тройной, — уточнил Зак. — Фэйл — это тоже простонародное выражение. Короче, сэр Морис, я жду двести тысяч долларов.

— Сначала надо обсудить кое-какие детали, — сказал сэр Морис.

— Нет, — покачал головой Зак. — Вам, может, и надо обсудить детали, а я к этому не готов. Мне надо сначала увидеть деньги, а потом уже можно детали обсуждать. Агенты про вас говорят… гм…

— Что я бесчестен? — нахмурился сэр Морис.

— Прагматичен, — поправил его Зак.

И откинулся на спинку кресла, сложил руки на груди и прикрыл глаза. Через минуту сэр Морис заявил:

— Давайте так, сто тысяч авансом, а вторые сто тысяч…

— Мы не на базаре, а в доме спикера Совета Нации, — перебил его Зак. — Торг здесь неуместен.

— Гм… — сказал сэр Морис. — Хорошо, вы меня убедили. Надеюсь, вы меня не разочаруете. Пойду, распоряжусь.

— Не разочарую, — заверил его Зак.

Сэр Морис удалился. Зак выждал минуту, затем встал, подошел к стоящему в углу маленькому столику неясного назначения, содрал с него скатерть и сказал:

— Алекс, начинай раскладывать инструменты. И постарайся не разочаровать сэра Мориса.

— Не разочарую, — пообещал Алекс. — Постой у дверей на шухере. Если что, покашляй, я сразу скатерку наброшу. А прикольно получается! Ни разу не слышал, чтобы клиент сам платил за собственную пытку.

— А как же мазохисты? — спросил Зак.

— Фу! — с чувством произнес Алекс. — Я с ними не работаю. Это не пытка, а профанация. Настоящая пытка — дело серьезное, это не просто плеточкой по попке, надо, чтобы мясо, кровища…

— Ты лучше отучайся простонародные выражения употреблять, — посоветовал ему Зак. — Ты не в ветеринарной клинике и не в пыточном застенке, а в доме спикера Совета Нации. Шухер. Кхе-кхе!

Алекс прикрыл разложенные инструменты скатертью, захлопнул чемоданчик и быстро отошел от стола. Зак отошел от двери и встал напротив парадного портрета молодого сэра Трисама, как бы любуясь.

Двери открылись, в кабинет вошел сэр Морис. В руках он держал небольшую деревянную шкатулку, покрытую затейливой резьбой. Ничего конкретного эта резьба не изображала, просто абстрактный орнамент.

— Прошу вас, — сказал сэр Морис и протянул шкатулку Заку. — Там внутри бриллианты и сапфиры. А что это вы на столе разложили?

— Обещанный сюрприз, — сказал Зак. — Одну минуту… Да, действительно, бриллианты и сапфиры. И один дешевенький рубин.

— Это не дешевенький рубин, а дорогущий бриллиант, — поправил его сэр Морис. — Бриллианты розового окраса очень редкие.

— Прошу меня простить, — перебил его Зак. — Эти камни стоят двести тысяч долларов?

— Возможно, даже чуть больше, — сказал сэр Морис. — Считайте это жестом доброй воли.

— Очень хорошо, — кивнул Зак. — Тогда давайте перейдем ко второй части мероприятия. Извольте проследовать к столу.