Голос пугающей пустоты - Андрей Дичковский

ней, перепрыгнул через труп капитана и, встав рядом с ее ногами, уже замахивался мечом. Джейл была почти готова поклясться, что за его непроницаемо-оранжевой маской по лицу разошлась победная улыбка. Скорее всего, даже ухмылка.

Положение казалось безвыходным. Теолрину явно было не до нее, лошади гарцевали где-то в стороне, а два идиота-стеклосборщика, собственно, заварившие всю эту кашу, так и вовсе словно растворились в воздухе. Кроме того, Джейл была безоружной — и в радиусе взмаха руки не было ничего, чем она могла бы воспользоваться. Ни меча, ни копья, ни даже чертовой лопаты: лишь холодная и твердая земля, колючая от стеклянной пыли. И ладно бы оружие — у нее не было ничего, чем она могла бы защититься от сверкающего над головой меча.

Вдобавок ко всему, ее тело будто бы потяжелело. Особенно ноги: то ли просто из-за усталости, то ли из-за долбаных ботинок, утяжеленных в подошве для хождения по стеклу...

Джейл уже собралась было готовится к тому, чтобы перекатиться через плечо во время удара — пусть и понимала, что такой трюк едва ли сработает против инквизитора — когда что-то щелкнуло в ее голове. Ну конечно! Утяжеленная подошва... И почему она не сообразила раньше?..

Затея выглядела рискованной, но альтернативы Джейл не видела. Когда инквизитор отвел меч за плечо, чтобы рубануть сверху, она подтянула согнутые ноги к себе — настолько близко, словно хотела дотянуться коленями до собственного подбородка. Мышцы растянулись до предела, вызывая острые вспышки боли, но Джейл проигнорировала их все. Удар последовал незамедлительно: припав на правую ногу, противник принялся опускать меч. Джейл постаралась проложить невидимую траекторию удара, предугадать ближайшее будущее...

А затем, выгадав момент, выбросила ноги вверх.

Лезвие меча со звоном врезалось между каблуком и утяжеленными пластом зеленого стекла подметками ее правого ботинка.

Джейл показалось, что на ее ногу обрушился удар кувалды — настолько мощным оказался удар. Волна дрожи прошлась по ноге.

И все же стеклянная подошва выдержала, приняв на себя удар, словно щит.

Пока инквизитор недоуменно глядел вниз, Джейл дернула левой ногой, приставляя подошву к подошве. Оранжевый меч оказался зажат между ее ботинками. Стиснув зубы, Джейл как можно резче дернула ногами на себя, вырывая оружие из рук инквизитора. Тот попытался удержать меч за рукоять, но вместо этого невольно шагнул вперед и потерял равновесие.

Меч улетел куда-то за пределы видимости Джейл, и она не стала тратить время, чтобы обернуться и посмотреть, куда именно он упал. Вместо этого она перенесла вес тела на руки и, приподнявшись на них, вновь дернула ногой — только уже не как щитом, но как дубинкой. Инквизитор выбросил руки вперед, отчаянно сохраняя равновесие, но его голова опустилась достаточно низко для того, чтобы Джейл двинула по ней ботинком правой ноги.

Каблук проехался по инквизиторской маске, сдвигая ее набок. Что-то хрустнуло — возможно, нос противника. Инквизитора отбросило в сторону. Морщась от напряжения по всему телу, Джейл вернула ноги на землю и рывком заставила себя подняться. Голова резко закружилась, а перед глазами замаячили вспышки темноты. Джейл пришлось потратить секунду-другую, чтобы уговорить свой организм не падать в обморок. За это время инквизитор отскочил еще на шаг от Джейл, очутившись на краю пятачка, и, матерясь почем было свет, принялся не то поправлять маску, не то снимать ее.

Джейл покосилась через плечо на оранжевый меч, что приземлился рядом с телом копейщика, чьи ноги придавило плавильней; оттуда валил дым и исходил запах горелой плоти. Инквизитор тем временем содрал с лица маску и с шипением бросил ее в сторону, после чего, нагнувшись, потянулся рукой к голенищу. Должно быть, там у него был припрятан кинжал или что-то в этом роде.

На долю мгновения Джейл заколебалась. А потом, сделав вдох, бросилась прямиком на инквизитора — как таран на крепостные ворота.

Инквизитор не успел достать припрятанное оружие: Джейл впечаталась в него всем своим весом и, выпихнув за край пятачка, повалила его на спину.

Прямиком в залежи неубранного стекла.

Сама она упала вместе с ним — но приземлилась не в гущу осколков, а противнику на грудь. Джейл ожидала, что падение спиной на стекла окажется фатальным для ковенского пса, но, похоже, под плащом тот носил крепкую броню; по крайней мере, инквизитор едва поморщился. Она теперь видела его лицо: молодое, решительное, амбициозное. Видела, с какой ненавистью его глаза пожирают ее...

Она не успела среагировать, когда инквизитор с рычанием приподнялся и ударил ее лбом в лоб.

— Драная ты шлюха! — Инквизитор спихнул ее с себя, и она упала левым боком и рукой на стекла.

Десятки очагов боли вспыхнули по ее телу.

Джейл едва не впала в панику. Ей казалось, победа была так близко — и вот, этот сукин сын сейчас достанет кинжал и закончит начатое. Джейл поняла: если она хочет выжить, нужно действовать сейчас, пока он, как и она, находится в горизонтальном положении.

Времени на размышления у нее оставалось еще меньше, чем минутой раньше, поэтому Джейл решила действовать инстинктивно.

К сожалению, ее левая рука — та, что по-прежнему была прикрыта перчаткой — оказалась придавлена собственным телом, поэтому действовать пришлось правой.

Обнаженной.

Джейл сунула ее вниз и, игнорируя боль, зачерпнула в ладонь все стекла, какие только могла схватить. Даже прозрачные, ничего не стоящие осколки, все еще были стеклом. Стихией Летающих и Небодержцев. Проклятием и благословением Таола.

— Любишь остренькое? — спросила она у инквизитора.

А затем, видя, как его глаза наливаются ужасом понимания, впечатала полную стекол ладонь ему в лицо.

* * *

«Нет».

Неужели он что-то сделал неправильно? Выплеснул ненастоящие эмоции? Или же дело в его усилившейся слабости, в «голоде»? Может, в копье просто было слишком много стекла, из-за чего он не сумел сдвинуть оружие? Или, наоборот, слишком много чужеродных примесей?.. Ответов у него не было.

Теолрин почти было смирился с неизбежным ударом, когда что-то изменилось.

В самую последнюю секунду, когда острие наконечника практически соприкоснулось с плащом Теолрина, копьеносец вскрикнул и разжал пальцы, сжимавшие древко копья. Оружие полетело на землю, а сам патрульный, вскинув руку к лицу, принялся трясти ее, схватив левой рукой за запястье, попутно