Обьект - Дмитрий Щербинин

Между тем, перед Эваном, который так ничего и не смог заказать, начали расставлять фирменный и очень дорогой ужин. Изысканные ароматы вызывали бурчание в его, многие часы уже пустом желудке, но Эван, не обращая внимания ни на еду, ни на бурчание, шёпотом обратился к сидевшему за соседним столиком мужчине:

— Извините, а кто этот спутник Мэрианны Ангел?

На Эвана уставились изумлённые глаза, а приправленный нересторанным чавканьем уже пьяный голос поведал:

— Так вы не знаете? Ведь это же Люций Керг. Личность, как мне кажется, выдающаюся… Эх-эх-эх, кто же не знаете нашего славного Люций Керга? Он — совладелец завода по производству автомобилей «Стальфронт», он один из спонсоров Больших гонок, он продюсер многих наших замечательных, любимых фильмов. Он — один из членов нашего славного правительства. И, наконец, он просто выдающаяся, интересная личность. Существует несколько его биографий, и ведь всё время находятся новые детали в его насыщенной жизни…

Похоже, этот пьяный посетитель ресторана ещё много мог бы расписывать Люция Керга, но Эван прервал его вопросом:

— А какое отношение он имеет к Мэрианне Ангел?

— Как, какое? — неподдельно изумился посетитель. — Ведь об этом же столько писали в светских хрониках. Ну ведь они же муж и жена.

Если бы Эван уже начал есть, то он бы поперхнулся, а так только вздохнул, и спросил дрогнувшим голосом:

— К-как муж и жена?

Посетитель быстро опорожнил большой бокал с вином и весело ответил:

— Ну а что в этом удивительного? Почему бы им и не быть мужем и женой? Долгое время они жили в гражданском браке, затем — расписались. Мэрианна — успешная актриса, красавица; ну а Люций — человек богатый, влиятельный, политик. Он — продюсер фильмов с участием Мэрианны. Он помогает в её карьере, она — любит его сильно и страстно. В общем, замечательная, идеальная пара. Давайте выпьем за их здоровье.

И посетитель кивнул на кувшин вина, который уж поставили на стол Эвана. Но Эван медлил, ему вовсе не хотелось пить за здоровье этой парочки. Ещё одна нежданная преграда в лице этого непонятного Люций Керга только раздражала его.

Мэрианна жена этого самодовольного господина с хищным выражением лица?.. Нет — в этом была какая-то ошибка, в это невозможно было поверить.

Посетитель ресторана уже и сам налил в бокал Эвана вина, повторил свой тост, а Эван всё это время неотрывно смотрел на Мэрианну Ангел, все ждал, что она повернётся к нему. А она, мило улыбаясь, разговаривала с победителем гонки. Тот, как личность известная, нисколько не смущался, а отвечал уверенно, делал комплименты, иногда и сам задавал кое-какие вопросы…

И вдруг Мэрианна Ангел обернулась к Эвану. Действительно «вдруг»! Он не ожидал этого, он отшатнулся, рука его сильно дёрнулась, и целый бокал красного вина выплеснулся на его новый, светлый костюм.

Наверное, это было очень неловко, глупо. Но Эван не замечал этой неловкости. Что значил этот пролитый стакан, если Мэрианна глядела на него. Именно на него! И не просто глядела, нет — не как на простого посетителя ресторана, которого она через минуту забудет — она глядела на Эвана внимательно, изучала его лицо, глаза…

И хотя их столики разъединяло не менее пятнадцати метров, Эвану показалось, что это расстояние чудесным образом сократилось, что, стоит только протянуть руку, и он прикоснётся к Мэрианне Ангел.

Она загадочно, многообещающе улыбнулась, прикрыла свои страстные, красивые глаза, а потом — вновь обратилась к победителю гонки с каким-то незначительным вопросом.

А к Эвану подбежал официант, предложил пройти в уборную, сменить свой испачканный красным вином костюм на новый. Эван не возражал, и сделал то, что от него хотели. Затем он вернулся на прежнее место, и вновь начал смотреть на Мэрианну Ангел. Вконец захмелевший сосед по столику посоветовал:

— Вы бы кушали, а то ведь повара старались, готовили для вас.

И Эван кушать действительно вкусную, изысканную еду. Ему прежде и не доводилось такую еду пробовать. А он чувствовал близость Мэрианны Ангел, вспоминал её взгляд, волновался, глотал быстро, давился, кашлял, выглядел смешно, нелепо. Его фотографировали с дальних столиков, и на следующий день он попал на страницы «жёлтой» прессы, но даже и не узнал об этом.

Наконец, ужин был закончен. Мэрианна Ангел распрощалась с победителем гонки, одарила Эвана одним сияющим взглядом и удалилась вместе со своим мужем — Люцием Кергом.

Эван направился к выходу из ресторана. Там его ещё раз поздравили, и вручили чек на миллион эзкудо. Затем, у выхода из ресторана, усадили в такси. Таксист, бросив беглый взгляд на дорогой костюм Эвана, осведомился:

— Куда изволите, господин?

— В сто двадцать седьмой район.

— Изволите шутить?

— В сто двадцать седьмой район, — повторил Эван.

Довольно долго продолжалась извилистая езда по улицам, сначала — по запруженным, ярким — центральным; затем — по пустынным, мрачным, окраинным. И, наконец, такси остановилось возле перекошенного, страшного подъезда в котором проживал Эван. Возле подъезда его ждал Шокол Эз. Вместе они поднялись наверх.

От возбуждения, от выпитого в ресторане вина голова Эвана кружилась, но он пока что и не думал ложиться спать. Он сидел на табуретке, в комнате Шокола Эза и говорил этому старику мечтательным голосом:

— Видели бы вы, как посмотрела на меня Мэрианна! До сих пор, как вспомню — у меня дыхание перехватывает… Ведь не зря я к ней стремился все это время.

— Зря! — сурово проговорил Шокол Эз. — Если бы я читал побольше светскую хронику, то сразу бы сказал тебе, что она жена Люция Керга. А Люций Керг — хищный зверь. Он эксплуататор, он в правительство входит, он наш враг, а ты на его женушку позарился. Да нужен ты ей! Хоть разжился ты миллионом эзкудо, а у Люция — сто миллиардов, на него целая индустрия работает. Взгляд она на тебя бросила? Так она смеялась над тобой — какой ты глупый и неловкий…

— Ладно, хватит, — мрачно проговорил Эван, и направился в свою комнатушку.

— Эй! Ты так и собираешься здесь жить? — окрикнул его Шокол Эз. — С твоим миллионом можно снять жильё в более престижном районе.

— Пока здесь останусь, — ответил Эван, и закрыл дверь.

А на самом деле ему не хотелось переселяться, потому что он привык к разговорам с Шоколом Эзом, и к тем запрещённым, вольнолюбивым книгам, которые давал ему читать этот старик.

Следующим утром Эван был разбужен довольно сильным стуком в лестничную дверь. Вскочил, припомнил предостережение Шокола Эза о том, что надо быть осторожным — ведь чек на миллион эзкудо лежал у него в кармане, а в Аркополисе было полным-полно людей, желающих разжиться такими деньгами.