Как пережить измену - Джеймс Воган

В последней главе я описываю некоторые основные принципы, как следует "выговаривать" эти проблемы в группах поддержки. Человек обретает дополнительную силу, сознавая, что он не одинок.

Джеймс:

С моими признаниями насчет романов были связаны некоторые другие сюрпризы. Я научился относительно неплохо управлять этой частью моей жизни. Многие люди, включая наших общих знакомых, знали о моих связях с женщинами. Насколько мне известно, ни один из них не использовал эту информацию во вред мне. За долгие годы я научился отделять романы от основного русла моей жизни и считал себя способным делать это весьма искусно - без больших усилий. Я заблуждался на сей счет.

Поведав Пегги о моих связях, я тотчас испытал чувство облегчения, почувствовал прилив новой жизненной энергии. Это потрясло меня. На самом деле я расходовал немало энергии на сохранение тайны, но не признавался себе в этом. Теперь я понимаю, что все это было частью достаточно изощренного процесса рационализации (психологический термин, означающий объяснение намерений и поступков задним числом при непонимании их истинных мотивов - примечание переводчика), который позволял мне сохранять самоуважение и душевный комфорт. Если бы я признался себе в том, сколько энергии трачу на утаивание правды, я бы сделал шаг к осуждению моих действий.

Я также с радостью обнаружил, что снятие завесы с этой стороны моей жизни оказало положительное влияние на мои отношения с другими людьми. Обретя согласие с самим собой, я стал с большей легкостью общаться с окружающими. Опасность разоблачения исчезла. Я пошел на самый значительный риск, какой считал допустимым, и результат оказался позитивным. Глядя в прошлое, я понимаю, что решение признаться во всем Пегги было самым значительным из всех, какие я сделал в жизни. Оно помогло мне понять саму природу честности.

Немногие люди сознают положительное значение уместной честности. Многие из нас слышали тот или иной вариант высказывания относительно того, что "честность - лучшая политика", однако в процессе воспитания нас обучают обманывать. Нас часто наказывают за честность, при этом предварительно давая понять, что если мы проявим честность, все будет хорошо.

Обучение нечестности принимает множество форм. Иногда оно выглядит вполне безобидно, особенно в отрыве от контекста. Чтобы оценить значение этого раннего обучения, мы должны учесть, что речь идет о накапливающемся, суммирующемся опыте.

"Не оскорбляйте чувства других людей" - эта цель может быть прекрасной, но для восьмилетнего ребенка она означает: "Будь нечестным притворяйся; не раскрывай свои истинные чувства; изображай чувства, которые нравятся взрослым". Требование "перестань хмуриться" может породить более угодливое выражение лица, но для восьмилетнего ребенка оно означает: "Будь нечестным - не демонстрируй на своем лице истинные чувства, это вызывает недовольство окружающих (взрослых)". Таким образом мы учимся скрывать наши истинные чувства, натягивая на лицо улыбку или делая его бесстрастным.

Нас также учат помогать другим людям быть нечестными. "Скажи ей, что меня нет дома - что я ушел за покупками." Такими и похожими указаниями благонамеренные родители учат своих детей быть нечестными. Мы подаем детям пример нечестного поведения. Они видят, как мы скрываем наши истинные чувства и изображаем более приемлемые. Они видят мелкую безобидную ложь, а иногда и весьма значительную. Неудивительно, что к моменту вступления во взрослую жизнь мы уже являемся искусными лжецами. Однако в каждом из нас таится негасимое желание слышать и говорить правду.

Из всех даров, которые мы можем преподносить окружающим, возможно, величайшим является честность. Любовь есть благо, но мы можем принимать её и обретать с её помощью новые силы, лишь если она основана на честности. В определенном смысле честность - это любовь. Недаром иногда можно услышать такие слова: "Я люблю тебя и себя самого достаточно сильно, чтобы пойти на риск и разобраться в том, что стоит между нами".

Когда мы честны, жизнь упрощается. Возможно, это - одна из причин, заставляющих нас стремиться к честности. Мы все знакомы с этим прекрасным и упрощающим жизнь аспектом честности, потому что начинаем жизнь на этой основе. Маленький ребенок совершенно честен в выражениях своих чувств до тех пор, пока его не научат быть нечестным. Понаблюдайте за двухлетними детьми. Они легко проводят свои дни, выражая симпатии и антипатии, радость и огорчение, удовольствие и недовольство - без притворства и стремления быть нечестными.

Мы говорим о двухлетних детях, что они обладают "безграничным" запасом энергии. Это утверждение справедливо не только в отношении той постоянной двигательной активности, которую демонстрирует ребенок на этом жизненном этапе. Малыши не задумываются о том, как им следует вести себя. Они делают то, что им хочется. Вся их энергия реализуется в жизни, а не тратится на размышления о том, как надо жить. Мы же, напротив, расходуем значительную энергию на размышления о том, как нам следует вести себя, как жить в этом мире. Мы обеспокоены последствиями наших действий - особенно тем, как другие люди будут оценивать наше поведение и что они будут думать о нас. Мы стараемся оценить, что лучше послужит нашим целям - честность или обман. Поскольку точные оценки делать трудно, мы порой долгое время пребываем в бездействии - боимся сделать что-то. Иногда действие, которое мы наконец предпринимаем, оказывается не очень эффективным, поскольку оно совершено без большой убежденности. Мы уже затратили слишком много усилий, чтобы предсказать или проконтролировать результат. Или же мы все ещё не решили, следует нам быть честными или нет, и это проявляется в наших действиях. По существу мы связаны нашим воспитанием, системой ценностей, осознанием наших потребностей в отношении других людей.

Энергия и раскованность, нормальные для двухлетнего ребенка, могут стать достоянием каждого из нас в любом возрасте. Чтобы обрести их, мы должны отказать от "взрослых" моделей поведения и стать более похожими на детей (честными). Это - нелегкая задача.

Я не предлагаю вам быть абсолютно честными со всеми людьми. Это нереально по двум причинам. Во-первых, вы не сможете стать такими. Большинство из нас слишком долгое время были нечестными, это стало нашей второй натурой. Мы не умеем быть иными. В этом нет преднамеренности. Нечестность вошла у нас в привычку. Мы не вполне честны даже с собой.

Во-вторых, не каждому нужна ваша абсолютная честность. Главное - быть уместно честным во всех ваших отношениях с людьми. Не старайтесь выкладывать всю правду без разбора. Выбирайте, что важно для ваших отношений и будьте абсолютно честны в этой области.

Пегги:

Из нас двоих не только Джеймс был нечестным. Я полностью скрыла мое увлечение Алексом в первые годы нашего брака. Даже когда Джеймс признался мне во всех своих связях, я не упомянула о моих старых искушениях. Дело не в том, что я сознательно скрыла их. Просто я полностью стерла их в моем сознании, словно они никогда не существовали там. Лишь через несколько дней после признания Джеймса я вспомнила о тех переживаниях и рассказала ему о них. Он был изумлен ими, поскольку ничего не подозревал. Должна признаться, я тоже изумилась тому, что подавила все воспоминания о них в то время, когда Джеймс рассказывал мне о собственном опыте - словно одно не имело никакого отношения к другому. Это обстоятельство помогло мне понять, каким образом Джеймс оправдывал некоторые вещи и закрывал глаза на другие, которые не желал видеть. Я не хотела признаваться в силе испытанного мною искушения, но оно помогло мне понять, что уже состоящего в браке человека может охватить влечение к кому-то еще.

Джеймс:

Я действительно испытал странное чувство, когда Пегги рассказала мне о своем увлечении Алексом. Его нельзя было сравнить с тем, что позволял себе я, но меня до сих пор преследует ощущение собственной наивности. Я считал Алекса одним из моих лучших друзей. Я был бесконечно далек от мысли, что он попытается затащить Пегги в постель.

Пегги:

В течение этой же недели произошло другое важное изменение. Джемс решил отказаться от употребления алкоголя. Он сказал, что делает это, чтобы иметь более ясную голову во время дискуссий. Я подумала, что это связано с решением Джеймса воздерживаться в настоящее время от связей с женщинами. По моему мнению, спиртное всегда подталкивает мужчин к внебрачным связям.

Джеймс:

Не думаю, что мое решение отказаться от спиртного связано с теми признаниями, которые я сделал Пегги. Я думал о том, какое количество алкоголя поглотил за последние шесть месяцев. К этому меня подталкивали беседы с друзьями и те случаи, когда участники руководимых мною семинаров были изрядно пьяны. Мне нравилось ощущение легкости, сопутствующее легкому опьянению. За последние пять лет Пегги неоднократно выражала обеспокоенность тем, что я пью слишком много. Каждый раз я отмахивался от её возражений. Я считал себя человеком, способным "держать выпивку", и не собирался выпускать ситуацию из-под контроля.