Хранитель меча - Лэйна Джеймс

В беспокойных и пугающих зеленых глазах мальчика снова показался гнев, но Тидус не обратил на это никакого внимания. Со временем мальчишка поймет, кто тут хозяин.

— В качестве главы королевского Совета я должен буду присмотреть за тем, чтобы ты получил надлежащее образование. У герцога много обязанностей, и тебе придется немало потрудиться, прежде чем ты станешь достоин этого высокого титула. И выброси из головы все мысли о скором богатстве. За годы своего правления Люсьен Д'Салэнг раздал в качестве подарков своим вассалам и политическим союзникам все земли и имущество Госни. В конечном счете большая часть всего этого вернется к тебе, но до тех пор ты будешь зависеть от щедрости короля и от моей щедрости.

Дэви только крепче стиснул зубы, и Тидус продолжил:

— Если легенды о Госни не лгут, Гэйлон станет прислушиваться к тебе как ни к кому другому. Это опасная сила в руках такого молодого и неопытного человека, как ты, поэтому я буду направлять тебя по правильному пути. В благодарность за все, что я для тебя сделаю, ты должен будешь внушить его величеству некоторые мои мысли и заставить его исполнить кое-какие мои просьбы, преподнеся их как свои. Кроме того, я надеюсь, что ты будешь подробнейшим образом информировать меня обо всех разговорах короля, о всех его поступках и замыслах, так же как…

— Ничего подобного я делать не буду, — перебил его Дэви. — Я не нуждаюсь в вашей доброте. Я вам ничего не должен и ничем не обязан. Король узнает меня даже без той бумаги, которую написал отец.

С этими словами он повернулся и решительно пошел к двери.

Да, с этим мальчиком оказалось не так легко справиться, но это

внезапное проявление характера и силы не могло смутить Тидуса.

— Тогда это все неправда… — бросил он мальчику в спину. — Неправда, что Госни любят своих Рыжих Королей больше самой жизни. — Дэви остановился у самых дверей, положив руку на защелку. — Ты заподозрил меня в коварстве и корысти? Это не так, Дэвин Госнийский. Я люблю короля и желаю только защитить его и помочь, — пробормотал успокаивающе глава Совета. — За последние годы Гэйлон Рейссон потерял желание править. Он беспечно относится к своей жизни. Я боюсь за него… как боимся все мы. Ему нужны цель и надежда. Эти две вещи ты можешь ему дать — если будешь знать, как взяться за дело.

Ему удалось поймать мальчика в ловушку. Дэви медленно повернулся.

— Я для этого и приехал, — сказал молодой герцог.

— Вот именно! Так давай же вместе трудиться, чтобы достичь одной цели.

Мы оба хотим одного и того же.

Дэви снова приподнял подбородок:

— Я не потерплю, чтобы вы или кто-либо другой говорили со мной грубо.

— Прошу простить меня, юный лорд, — сказал Тидус, хотя эти слова дались ему с трудом. — Просто после сегодняшнего происшествия я не хочу допускать кого-либо к королю, не уверившись предварительно в том, что этот человек не желает ему зла.

Дэви открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Тидус перебил его:

— Да, теперь я вижу, что твои намерения и помыслы чисты, и я приветствую тебя в Каслкипе от лица его величества. Я отдам распоряжение, чтобы слуги привели в порядок апартаменты Госни. Пока же возвращайся к Керилу с моим благословением. Он отведет тебя к библиотеке, но не расстраивайся, если Гэйлон Рейссон не примет тебя немедленно. Сегодня слишком грустный день для всех нас.

Голубое сияние Камня окружило Гэйлона со всех сторон, и он обнаружил себя запертым внутри светящейся сферы. Вокруг него звучала беззвучная и бессловесная песня духа. Гэйлон чувствовал себя спокойно и в безопасности. Потом голубое сияние мигнуло и погасло.

Черная пустота и мрак окружили Гэйлона. Эта пустота была столь абсолютной, что Гэйлон беззвучно вскрикнул и сразу же услышал в своем мозгу шепот духа:

— Не волнуйтесь, милорд.

Гэйлон с трудом ответил ему точно таким же способом:

— Что это за место?

— Это не место, — последовал ответ. — Сюда не попадет даже Спящий, оно существует вне пределов известного, даже вне того, что известно магам.

В пустоте возник какой-то объект — слегка светящаяся сфера медленно проплыла мимо Гэйлона, и он почувствовал, как внутри него запульсировала какая-то слабая энергия. Еще одна светящаяся сфера подплыла к нему совсем близко, двигаясь с другой стороны. Впрочем, здесь не было ни сторон, ни расстояний. Потом появились другие шары — они проплыли мимо.

— Что это за шары? — подумал Гэйлон.

— Это души, милорд. Каждая из них заключена в своих собственных привычках, в радости или в печали, в зависимости от того, какой была их жизнь и их смерть.

— Почему их так мало?

— Здесь только те, кто умер недавно. В свое время они отыщут свой путь.

— Путь куда?

В ответ на этот вопрос раздался мелодичный, словно хрустальный, смех духа.

— Этого не знаю даже я. Я знаю только то, что исчезнувшую отсюда душу нельзя вернуть назад никакими средствами. Позовите же его, милорд, позовите того, кого вы хотите вернуть, пока еще не стало слишком поздно.

Гэйлон снова ощутил знакомый страх, но теперь он тысячекратно усилился. Слишком, слишком страшной была цена того, что он собирался сделать. Он вспомнил, как молодой южанин бросился вперед, чтобы спасти его жизнь и потерять свою. Каким-то образом он постарается избежать расплаты за это волшебство. Он навсегда потерял Дэрина, и это наполнило его решимостью удержать Арлина.

— Арлин! — беззвучно крикнул он в пустоту. — Арлин!

Светящиеся шары продолжали хаотично плавать вокруг него, не соприкасаясь друг с другом, двигаясь медленно, почти величаво, пока король снова и снова выкрикивал имя своего друга. Наконец один из шаров остановился перед его лицом, потом подплыл ближе.

— Он снова твой, — пропел дух Камня. — Возьми его домой.

Голубое сияние Камня снова обернулось вокруг Гэйлона, и вместе с его нежным прикосновением Гэйлон ощутил силу тяжести, которая потянула его вниз. Он открыл глаза и обнаружил, что лицо его упирается в раскрытые страницы «Книги Камней». Быстрый взгляд вокруг убедил его в том, что комната пуста. Дух исчез, а неподвижное тело Арлина по-прежнему лежало на столе. Гэйлон уже начинал думать, что заснул и увидел все это во сне, однако холод в комнате показался ему еще более сильным, а в воздухе он заметил пляшущие, почти невидимые молнии. Затем раздался протяжный стон.

Ноги отказывались слушаться Гэйлона, но он нашел в себе силы и подошел к столу. Каждую клеточку его тела ломило от холода, и он тяжело оперся на стол, который покачнулся под его весом. Молодой южанин внезапно кашлянул, и изо рта его хлынула мутная речная вода. Гэйлон крепко схватил своего друга за руку и прижимал к себе до тех пор, пока приступ кашля не прошел. Взмах руки — и вот уже в очаге запылал жаркий огонь, выстреливая на вытертый ковер оранжевые искры.