День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— А как же вторжение японцев на Сахалин?

— Уже не интересно, — усмехнулся Громов. — Который день крутят одно и то же. Стороны стягивают войска, копят силы, но ничего не происходит пока, и аудитории становится скучно. А вы привезли как раз то, что надо, генерал! Конечно, янки попытаются прикрыть лавочку, но всех сразу не заткнуть даже им. К тому же мы одновременно запустим ролики в Интернет, так что увидеть их сможет половина населения планеты. Правда, с экрана телевизора это кажется более солидным, вызывающим большее доверие.

— И все же мне кажется, игра не стоит свеч, — вздохнул Бражников. — Что значит авторитет и репутация, когда на кону — свободный доступ к колоссальным запасам ресурсов? Да, неприятно, но неужели вы верите, что «Юнайтед Петролеум» свернет свою деятельность? В лучшем случае, распустят чеченцев, но ведь нефтепровод охраняет американская армия, а ее нам не победить. В лучшем случае все предыдущие схватки удавалось сводить к ничьей, ущерб, который мы нанесли американцам, ничтожен, а наши потери ужасны.

— Верно, — неожиданно произнес Аляев. — Мы проанализировали результаты последних операций партизан на севере, и пришли к тому же выводу. Потери сторон в боевых столкновениях равны, но американцы имеют возможность перебрасывать резервы из других регионов, для нас же каждый боец на счету, и восполнять урон нечем. Ставка на подрыв боевого духа противника тоже не оправдалась — американское командование замалчивает потери, так что даже в соседних подразделениях иногда не знают точного числа своих убитых и раненых товарищей. К тому же наших сил недостаточно для прямого столкновения с армейскими подразделениями противника, атаки же на нефтепровод не дали серьезных результатов. Темп работ несколько снизился, но и только.

— У меня лично сложилось впечатление, что американцы не реагировали всерьез на наши вылазки, — заметил Бражников. — Они до сих пор ограничивались лишь обороной.

— Это так. Они ждут зимы, когда нашим людям станет трудно скрываться в лесах. Боеспособность неизбежно снизится, к тому же противник реализует свое техническое превосходство. Сейчас за нас играет лес, густая растительность позволяет избежать обнаружения с воздуха. Это подтвердила последняя операция американцев, стоившая им немало крови только потому, что они не смогли с воздуха вскрыть наши позиции, а наземную разведку проводить побоялись. Зимой же отсутствие лиственного покрова и разница в температуре позволит американцам применять тепловизоры с большой эффективностью.

Бражников лишь согласно кивнул. Партизаны нарочно старались держаться подальше от населенных пунктов, не подставляя гражданских под удар. Но одно дело жить в лесу летом, и совсем другое — зимой, в тридцатиградусный мороз прятаться в землянках. Без постоянного отопления люди просто замерзнут, а малейшее тепло, от печки, например, можно будет обнаружить издалека, с той техникой, какой располагает враг, это совсем не сложно. Партизаны, укрывающиеся в своих лагерях, станут мишенями для американских ракет, и мало кто из них сможет протянуть до весны. Придется или постоянно кочевать, нигде не задерживаясь больше, чем на сутки, или, впившись намертво в мерзлую землю, отражать атаку за атакой американцев. Да и питания потребуется больше, чтоб поддерживать достаточно сил, а снабжение партизанских отрядов отнюдь не становилось лучше со временем.

— Американцы просто пытаются избежать ненужных потерь, тянут время, выжидают, — продолжил Аляев. — Они уступили нам инициативу, чтобы потом отыграться за все. Но мы не можем им этого позволить! Записи, которые вы добыли и доставили сюда с таким риском — это первый удар, который мы нанесем на идеологическом фронте. Американцы спокойны и решительны до тех пор, пока верят в свою силу. Мы подорвем эту веру в них! Для всего мира партизаны — это кучка прячущихся по лесам отщепенцев, нас никто не считает силой, способной влиять на ситуацию. И пока мы действуем разрозненными отрядами, жалим лениво отмахивающихся американцев, как мошкара, так и будет. Пора объединить наши силы в один кулак и нанести решающий удар, заявить о себе всему миру! Пора изменить тактику и стратегию, если мы все еще хотим победить в этой войне!

Бражников вдруг заметил, что они уже полчаса кружат по окрестностям вокзала. Слюсаренко, следуя в общем потоке, маневрировал на развязках, мастерски втираясь в малейший просвет между машинами, разворачиваясь, срезая путь какими-то переулками, но продолжая кататься по одному и тому же району. А еще от внимания генерала не укрылись сменявшие друг друга каждый пять минут автомобили, как привязанные следовавшие за микроавтобусом. Неновый «Форд» с поцарапанным передним крылом и «десятку» с помятым бампером трудно было не заметить, если иметь хоть немного внимательности. Но, судя по тому, что спутники Бражникова не обращали внимания на хвост, это были свои. Во всяком случае, сам генерал очень хотел надеяться на это.

— Посмотрите в окно, — воскликнул Максим Громов, указывая рукой на полные прохожих улицы столицы. — Разве похоже, что рядом идет война? Даже здесь никто ни о чем не знает. Где-то в лесах русские, американцы и чеченцы истребляют друг друга, где-то льется кровь, но в Москве все спокойно. Здесь не слышны выстрелы, не рвутся бомбы, се верят, что наступил мир! Американцы сумели убедить всех, в том числе и самих себя, что принесли спокойствие в Россию, предотвратили гражданскую войну, восстановили порядок ценой малой крови! Война идет где-то на периферии, а здесь ничто о ней не напоминает. Наблюдатели ООН прилетели в нашу страну, но пока не решились выбраться за пределы столицы. Американцы установили настоящую информационную блокаду. Ни о наших, ни об их потерях не говорится в открытую, хотя гробы с телами американских парней продолжают лететь через океан на запад. Пора заявить всему миру о том, что в России есть, кому сражаться за свободу этой страны! Записи, что вы доставили, это лишь начало, генерал! Сейчас военную победу можно обратить в поражение, если представить все в правильном свете. Американцы сильнее нас, в честном бою нам не победить, и потому путь грубой силы не для нас. К тому же время работает на противника.

— Принято решение отвести все отряды с линии боевого соприкосновения, — продолжил Аляев. — Партизанская война в чистом виде не приносит результата. Американцы заняли оборону на своих базах, отвечая на наши комариные укусы редкими, но мощными ударами. Мы теряем людей, расходуем ресурсы напрасно. Мы соберем все силы и возьмем под контроль какой-нибудь город, проведем масштабную операцию, о которой невозможно будет молчать. Распространение записей со зверствами чеченцев привлечет внимание к России, и когда к нам обратятся взгляды из-за рубежа, мы и продемонстрируем свою силу и возможности. Соберем журналистов, заявим о себе на весь мир!