Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

лестницам. На всей вилле не было ни одного квадратного сантиметра, где ты не наткнулся бы на кого-то из празднующих. Менялась только одежда, кроме того, ее становилось все меньше по мере приближения к бассейну на крыше. Отблески воды переливались на полуобнаженных телах, создавая вокруг танцующей толпы ощущение транса. Викториус проталкивался прямиком к бару. Там сидел хозяин дома в окружении своих почитателей и поклонников. Он флиртовал с девушкой-барменом, похлопал по плечу полуголого парня с шестью кубиками пресса и раздал девчонкам в бикини по порции шотов и чарующих улыбок. Бел во всей своей красе. Как минимум у него в жизни ничего не поменялось.

Подойдя к бару, Викториус скрестил руки на груди и укоризненно уставился на Бела:

– Независимо от того, насколько ты очарователен, мой миленький Антихрист, тебе стоило бы запомнить, что я тебе не подчиняюсь.

Небрежным взмахом руки Бел разогнал свой фан-клуб и приглашающе похлопал по соседнему барному стулу.

– Именно поэтому ты тут.

Викториус скептически покосился на светловолосого праймуса, но предложение принял. Забраться на высокий табурет у него получилось лишь со второй попытки. Когда ему это удалось, Викториус заказал себе коктейль «Куба либре» и снова принялся сверлить Бела взглядом своих голубых и круглых, как у коровы, глаз.

– Люциан меня не слушает. Поверь мне, я пробовал.

– Тебя ему слушать и не надо, – вздохнул Бел, вынимая из нагрудного кармана своей распахнутой гавайской рубашки конверт. – Мне просто нужен кто-то, кто передаст ему вот это.

На конверте значилось имя Люциана. Написанное моим почерком! В тот же миг меня охватило неприятное чувство. Я знала, что это за письмо. Я написала его, перед тем как вызвать Танатоса на дуэль на Тихом омуте. Люциан тогда был связан клятвой, и я не могла посвятить его в свои планы. Это было прощальное письмо на тот случай, если бы мне не удалось выжить и пришлось бы подарить ему свою душу. Да уж, какая ирония судьбы, что Бел все-таки сохранил это письмо.

– Это то, что я думаю? – взволнованно осведомился Викториус. Он тоже был там, когда я назначала Бела почтальоном.

Блондин кивнул, после чего Викториус аккуратно, буквально с благоговением взял конверт.

– И ты полагаешь, что это хорошая идея – именно сейчас отдать его Люциану? Пробудить чувства – в настоящий момент это может оказаться весьма… смертельно.

На лице Бела появилась кривая усмешка:

– Для этого-то мне и нужен ты.

Викториус обиженно засопел, но конверт убрал безо всяких возражений. Видимо, понимал, что его шансы на выживание более высоки, чем у Бела. В конце концов, он был человеком, и Люциан, возможно, будет чувствовать себя обязанным проявлять двойную осторожность.

Симпатичная девушка, чья грудь чуть ли не вываливалась из блестящего бикини, вклинилась между Белом и его гостем.

– Пойдем в бассейн? У меня есть для тебя сюрприз в честь дня рождения, – пролепетала она, еле ворочая языком, и потянула Бела за руку.

Белокурый праймус хоть и подмигнул ей, но с места не сдвинулся.

– Дай мне пару минут.

Противно захихикав, что снизило соблазнительность девушки до приемлемого уровня, она отскочила в сторону, врезалась при этом в компанию танцующих парней, потеряла равновесие и упала в бассейн.

Викториус взглянул на хозяина вечеринки, сильно изогнув брови.

– Оставь свое осуждение при себе, – проворчал Бел, взяв в руки бокал. – Я не в настроении.

– Мне кристально ясно, с какой целью ты устраиваешь это шоу, мой предсказуемый Мефистофельчик. И все же советую тебе подкорректировать свой вкус к женщинам.

– Так ты считаешь меня предсказуемым? – опасно тихо поинтересовался Бел. – Ну так, будь добр, просвети меня.

Викториус не заставил просить себя дважды. Оттопырив мизинчик и помешивая коктейль, он нацепил на лицо выражение типичного лектора.

– Мара набирает войско. Каждый день она вербует все больше ведьм и праймусов, а ты предлагаешь своим сторонникам то, ради чего стоит остаться с тобой.

Так просто и так логично. Как это часто бывало, как только он переключался в режим гения, Викториус не мог не вызывать у меня восторга. Бел же, в свою очередь, не выглядел впечатленным, но теперь казалось, что я наконец начала замечать, как мало удовольствия доставляла ему эта тусовка.

– Мои сторонники остаются верны мне – с вечеринками или без, – сухо парировал он. – Я демонстрирую свою силу.

Ну естественно! Патрия разрушена, а все праймусы явно переполошились. Вечеринка в такой ситуации – недвусмысленное заявление. Бел показывал миру, что ничуть не напуган королевой ведьм.

– Значит, ты не намерен останавливать Мару? – спросил Викториус.

– Только один человек может остановить Мару, – пожал плечами Бел. – И нам надо как можно скорее вернуть его в нужное русло.

– И чем быстрее, тем лучше. – Этот комментарий, который Викториус пробормотал полушепотом, уткнувшись в свой «Куба либре», заставил Бела замереть. Он впился в слугу Люциана своими бирюзовыми глазами.

– Ты знаешь что-то, чего не знаю я?

Викториус закатил глаза, испустил вздох, шумно втянул коктейль через трубочку, поставил его на барную стойку, опять закатил глаза, сложил ладошки на коленях и смиренно посмотрел на Бела.

– Он вручил свое сердце Тимеону и потребовал поклясться, что тот его сожжет, если Люциан окончательно утратит контроль.

Что?! Как он мог так поступить?!

Бел выглядел так же шокированно, как я, однако в итоге он прищелкнул языком и пробубнил:

– Ну, хоть что-то.

ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ?!

– Прошу прощения?! – эхом повторил за мной Викториус.

Бел нахмурился еще сильнее.

– Эй, я тоже скучаю по Ари, но нам не нужен всемогущий безумный убийца. На прошлой неделе был Шанхай, позавчера – Каракас, сегодня – Манила. Люциан медленно движется к границе, за которой больше не будет пути обратно. Тогда мы все сможем лишь порадоваться, что он еще более-менее трезво мыслит, чтобы заранее озаботиться экстренным планом.

Каракас? Манила? Сколько времени проходило, пока меня затягивало в черную пустоту?!

Пусть аргументы Бела неоспоримы, но все-таки… все не должно было зайти настолько далеко. Я обязана была что-то сделать! Как-нибудь привлечь к себе внимание.

– Не понимаю, почему он не хочет признавать, что Мара просто отвлекает его этой прекрасно организованной охотой за Тристаном? – апатично хмыкнул Викториус.

К черту все. Мне нужна та девчонка в блестящем бикини. Срочно! Она – насколько я могла судить – одна из немногих здесь, кто был человеком. И похоже, достаточно пьяна, чтобы не оказывать мне сопротивления.

– Может быть, письмо Ари и поможет. Это мой последний козырь, – угрюмо