Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

в лабораторию «Омеги» в Амстердаме. Здесь я родилась, и, как в случае со всеми праймусами, лишившимися своей оболочки, моя сущность всегда притягивалась туда, где была рождена. Должно быть, раньше эта комната, выложенная кафелем, была чем-то вроде родильной палаты.

Вот только почему ни Люциан, ни Бел или Мара меня не чувствовали? Моя демоническая часть так слаба, а силы так малы? Наверняка можно это как-нибудь изменить. Раз уж я на самом деле была праймусом, то обладала способностью завладеть новым телом и кормиться от эмоций. Но… как это осуществить? Я сосредоточенно перерывала свой мозг в поисках всего, чему учил меня Люциан во время наших тренировок в убежище.

В тот же миг снова возникла эта черная пустота и утащила меня за собой. Из ничего сформировалась грубая каменная стена. Чем бы ни было то, что перекидывало меня в разные временны́е отрезки, сейчас оно решило, что мне надо в убежище.

Оно выглядело не так, как прежде. Более обжитым. Более запущенным. Более мрачным. Свет горел только на кухне. Все остальное пространство было погружено в темноту. Везде разбросана одежда, сумки и какие-то еще неопознанные предметы. Кроме того, тут появились огромный плоский телевизор и игровая приставка. Диваны тоже стояли по-другому, и когда я увидела, кто сидел на одном из них, сердце у меня сначала подпрыгнуло от радости и тут же разбилось.

Райан. Вид у него был кошмарный. Небритый. Нестриженый. Обессилевший. На столе перед ним громоздилась куча бутылок с разным алкоголем. Рядом высыхали остатки пиццы супербольшого размера – судя по запаху, уже пару дней.

Пролетали минуты. Райан пил. Два раза он доливал себе в стакан, прежде чем очередная бутылка опустела. В какой-то момент охотник поднял бокал и отсалютовал им убежищу.

– Помню твои слова, что однажды я пожалею, что больше не могу опьянеть, – пробормотал он.

На долю секунды мне показалось, что он говорил со мной, но скоро эта надежда испарилась, потому что я обнаружила возле него мобильный телефон с открытой фотографией. На ней были изображены Райан и Аарон, они боролись и хохотали.

– Ты был прав, приятель. – Голос у татуированного охотника надломился. Пустую бутылку он кинул рядом с собой на диван, в глазах заблестели слезы. А дальше всегда такой стойкий великан начал горько плакать.

И я ничего не могла с этим поделать, кроме как беспомощно наблюдать. Все внутри меня кричало от желания обнять его. Такой друг, как Райан, был на вес золота. Верный. Смелый. Веселый. Он всегда подставлял свое плечо, когда мне было действительно плохо. А теперь я не могла быть рядом, когда это было нужно ему.

– Мне не удаются глубокомысленные беседы, но, если ты мне позволишь, я буду прикрывать тебе спину в любой еще более безумной битве. – Райан ненадолго замер, словно ему надо было еще раз обдумать собственные слова. А затем дернул плечами. – Вероятнее всего, сначала я буду брюзжать и проклинать все на свете, но я прикрою тебе спину.

Именно это он и сделал. И к чему это его привело?

Когда слез у мужчины не осталось, он достал новую бутылку. Вынул пробку зубами и, не глядя, выплюнул куда-то в направлении коробки с пиццей.

– А это за тебя, Моррисон, – негромко проговорил охотник, поднимая бутылку выше. Печаль и любовь в его словах поражали так сильно, словно кто-то с размаху ударил меня по лицу.

Райан вымученно засмеялся, а на его глаза вновь набежали слезы.

– За девушку с бессмертной душой, с улыбкой, в которой всходило солнце, и с самыми крепкими яйцами, которые только видел этот мир. – Он залпом опрокинул в себя почти полбутылки, а я задалась вопросом, как давно уже Райан просто сидел вот так и заливался выпивкой безо всякого смысла – ведь одна из его печатей не давала ему опьянеть.

– Мне нужно было лучше за тобой присматривать.

Когда слезы в который раз собрались на густых ресницах, зазвонил мобильник. На дисплее высветилось: «Гид».

Райан вытер лицо, но медлил и не брал трубку, как будто точно знал, что друг скорее всего устроит ему трепку, если застукает в подобном состоянии. Я хорошо понимала Райана. Когда-то у меня таким же образом обстояли дела с заботой и жалостью, пока в итоге, не выдержав, я не переехала к Белу. Поэтому Райан теперь жил здесь, в убежище?

Когда сигнал затих, а сразу за этим Гидеон снова начал звонить, Райан все-таки ответил. Он включил громкую связь и бросил телефон на диван.

– Привет.

– Привет, дружище, – раздался голос брата Лиззи. – У тебя все нормально?

– Само собой. – Райан старался говорить так, чтобы по голосу было не слышно, что он недавно плакал. Правда, получалось плохо, и он явно был недоволен этим фактом. – Как прошла церемония? – попытался он сменить тему.

Гидеон вздохнул, но давить на друга не стал.

– Лиззи поставила Грэма на место. Это его, конечно, не остановит, но пыл остудит.

– Храбрая девочка. – Губы Райана изогнулись в улыбке, прежде чем его настроение опять упало. – Она в порядке?

– Нет, но это уже другой разговор. Включи новости.

Гидеон сказал это таким мрачным тоном, что Райан тотчас насторожился. Схватив пульт от телевизора, валяющийся около телефона, он выбрал новостной канал.

– …Другие кварталы города уже были эвакуированы, в связи с чем число жертв не возросло. Тем не менее мэр Шанхая гарантировал помощь всем пострадавшим. – За спиной у блондинки-телеведущей отображались картины развалин и спасательных работ. – Эксперты придерживаются мнения, что обрушение одной из станций метро в Шанхае стало запоздалым отголоском землетрясений, которые в минувший четверг произошли в сорока шести странах на всех континентах. Пока еще невозможно оценить ущерб от этой глобальной катастрофы, но, несмотря на то что ожидаемого цунами по необъяснимым причинам так и не произошло, число государств, в которых объявлено чрезвычайное положение, увеличилось до двадцати пяти. В настоящее время неизвестно, последуют ли в дальнейшем подземные толчки и в каких областях это может случиться. Однако ООН призывает граждан всех стран сохранять благоразумие. Беспорядки и грабежи принимают…

Райан выключил звук и провел рукой по лицу.

– Мы обязаны его остановить, так?

– Как будто нам это под силу, – сухо ответил Гидеон. – Но да, верховный мастер уже отдал соответствующие приказы.

Татуированный охотник выругался.

– Лучше бы он позаботился об этой стерве ведьмо-брахионше, которая на своем пути к отмщению расправляется с половиной демонического мира. Тогда и проблема с Люцианом была бы решена.

Я