Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

нас этих «гениальных» решений короля и его шавки казначея. Пора поднимать боеспособность войск.

— Самое время…

— Вооружить армию…

— Покажем Уртании нашу сил…

Зал совета наполнился криками, которые быстро перешли в ругань и рукоприкладство со стороны аристократов. Пытавшегося навести порядок, председателя уже никто не слушал. Только вмешательство королевских гвардейцев, дежуривших на постах, и вызванных по тревоге председателем, смогло успокоить буянов, восстановив порядок и тишину в зале.

— Вы, почтенные феодалы, возомнили себе, что я изменник? Что я не патриот своей страны? Что мое сердце не болит за судьбу нашего с вами королевства и его народов? Если война начнется, я первым встану под знамена нашей великой армии с клинком в руках, защищая пределы нашей родины. — Председатель почти рычал, привстав со своего стула. Его глаза метали молнии, а лицо раскраснелось от едва сдерживаемого гнева. — Вы говорите, что я спятил, что решил поддержать сокращение финансирования и отмену строительства боевых кораблей? Распустил полки? Да, так дела и обстоят. Но казначей не дурак, а в мудрости нашего с вами короля, которому каждый из вас принес клятву верности, сомневаться не стоит. Если пришло подобное решение, то можно не сомневаться, что высвободившиеся деньги и ресурсы, будут пущены на другие, более насущные и глобальные цели. Каждый из нас готов отдать жизнь за свое королевство. Поэтому я прошу вас поддержать принятие этого решения.

— Король знает что делает…

— Слава королю…

Лояльные королевской власти аристократы горяче поддержали решение. Как и ожидалось, сокращение финансирования прошло вполне успешно. Северные и восточные феодалы, ратующие за усиление войск, как всегда оказались в меньшинстве, проиграв голосование. Их попытки прервать совет, отложить голосование ни к чему не привели. Решение было принято.

Мададим Хумур — барон западных земель и глава совета тяжело вздохнул, смахнув со лба выступившие капли пота. Это заседание, как и ожидалось, прошло в весьма не простой обстановке и ему пришлось прикладывать все силы, чтобы успокоить смутьянов, не понимающих мудрых и дальновидных повелений своего монарха.

Идя по коридорам, мимо отдающих честь гвардейцев, мужчина потянул отворот рубахи. Вся одежда буквально пропиталась каплями пота. Нужно будет приказать служанкам как следует выстирать одежды. Да и пополнить гардероб не помешало бы. Впереди еще две седмицы предстоящих советов, и глава должен блистать в лучах величия и роскоши. Не приведи боги, тупорылые дети скунсов еще подумают, что у влиятельного и богатого рода, к которому принадлежал Хумур, возникли финансовые трудности. Нет, он должен показать всем и каждому силу и величие его семьи.

Проходя мимо одного из постов гвардии, глава совета, сперва, даже не понял что случилось. Вместо того, чтобы, как и полагается, расступиться перед сиятельным аристократом, стражники заступили ему дорогу. Погруженный в свои мысли, Мададим не успел сориентироваться и затормозить, больно ударившись носом в латный доспех воина.

— Какого хе… вы псы собачьи! — В ярости заорал во всю глотку аристократ. — Да я вас…

Что он собирался дальше с ними сделать, Хумур сказать не успел, так как именно в этот момент за его спиной мелькнула серая тень. В воздух взметнулся выхваченный из рукава мешочек с песком, быстро и точно опустившийся с размаху на затылок главы совета. Аристократ тут же обмяк, свалившись без сознания на пол.

— Хватайте его. Вяжите руки и ноги, граф уже заждался его в четвертой пыточной. — Безликим тоном, не отображающим интонаций, сказал мужчина в серых невзрачных одеждах.

— Не наша вина. Совет сегодня длился дольше обычного. — В свое оправдание сказал один из гвардейцев. — Между прочим, парни из нашей смены хорошо потрудились: обычно в этих коридорах толпа народа. Так что могли бы хоть спасибо сказать!

— Спасибо. — Все так же ничего не выражающим тоном сказал мужчина в сером. — С нас причитается, а пока несите его куда сказано.

Мададим приходил в себя долго. Погруженное в пучины боли сознание, никак не хотело возвращаться к кошмарной реальности. Наконец, внезапная вспышка боли в левой ноге привела мужчину в чувства. Заорав от нестерпимой боли, Хумур пришел в себя, и его тут же вырвало себе на живот.

— С возвращением, барон. Надеюсь, мои люди не доставили вам слишком много проблем.

Глава совета открыл глаза, обведя взглядом комнату, в которой он находился. Это был каменный мешок с одной толстой деревянной дверью. В комнате, у дальней стены, где расположился очаг, был один единственный стол, за которым сидел, разминая пальцы писарь. Кроме этого сутулого человека с забрызганным чернилами лицом, здесь так же присутствовали еще двое. Первым был, несомненно, палач, с надетым на голову мешком с прорезями для глаз, он держал в руках раскаленные щипцы, которыми только что прижигал пленнику ногу.

Последний же был однозначно аристократом. В красивых, пусть и не броских одеждах, с одноручным клинком на поясе он стоял, опираясь на резную трость, с интересом в глазах глядя на пленника. Увидев именно этого человека, Хумур внезапно все осознал, и в его душе бушующим ураганом пронеслась дикая паника.

Сам глава совета висел, прикованный цепями к потолку. Он был абсолютно гол. Его одежда была аккуратно сложена в углу комнаты на грубо сколоченном деревянном табурете.

— Граф Алистер, как ты посмел напасть на главу палаты дворян? — Горло барона першило, но он старался выдавливать из себя слова, хотя очень хотелось пить. — Я один из советников его милости короля Родвалии. Правая рука казначея. Как только они узнают, что здесь произошло, ты сам окажешься на моем месте!

— Возможно. — Невозмутимо ответил граф. — Однако пока они ничего не узнали, мы с тобой успеем поговорить. Ты ведь не откажешься от, скажем так, непринужденной беседы?

— Тварь! Я сам, лично, перережу тебе глотку! Как только казначей…

— Это я уже слышал. Не стоит повторяться, милейший. — Прервал граф.

Хумур попытался ответить графу, послав его далеко и надолго, но именно в этот момент палач вновь приложил раскаленный кусок металла к его ноге. Казематы наполнились дикими криками человека. Все помещение заполнил запах горящей плоти, противно щекотавший нос. Вновь и вновь палач прикладывал кусок раскаленного металла, нанося прикованному пленнику все новые ожоги.

В какой-то момент мужчина потерял сознание от нестерпимой боли. Впрочем, долго пребывать в беспамятстве ему не дали. Ведро ледяной воды, которой его окатил мучитель, быстро привела барона в чувства.

— Я надеюсь, что ты найдешь в себе силы и желания пообщаться? — Все так же спокойно произнес граф.

— Что вам от меня надо? Я не принимаю самостоятельных решений. Все законы мне спускает казначей с одобрения его величества. Я лишь обеспечиваю их принятие и слежу за тем,