Цвет страсти – алый - Черил Холт

Эмили пришла в ярость, больше всего ей хотелось схватить старинную вазу с камина и вдребезги разбить об пол.

– Обещай мне, что больше не поступишь так, – сказал он, напустив на себя обиженный вид. – Это огорчает мисс Барнетт.

– Но нам этого не хочется, не правда ли? – насмешничала Памела, однако Майкл был так углублен в себя, что не заметил сарказма в ее словах.

– Конечно, – ответил он. – Гораздо приятнее, когда ваша гувернантка довольна вами.

– Она такая косная и отсталая, – захныкала Памела.

– Именно такими и должны быть гувернантки, – согласился Майкл; они говорили о ней так, словно она не стояла рядом. – Они рождены брюзгами.

Они оба захихикали, и Эмили не могла больше сдерживаться.

– Лорд Уинчестер, я сказала Памеле, что предложу вам определить ей наказание. Каким оно будет?

Он улыбнулся самой ослепительной улыбкой, которая, Эмили была уверена, сводила с ума всех женщин в Лондоне.

– Думаю, мы обойдемся без наказания, – заявил он. – Она получила хороший урок, не правда ли, Пэм?

– Конечно, – промурлыкала Памела.

– Ну вот, видите? – Словно он разрешил самый серьезный кризис в королевстве, Уинчестер пожал плечами. – Почему бы тебе не пойти в свою комнату и не отдохнуть перед чаем?

Олицетворение мягкости и уступчивости, девушка кивнула.

– Мы встретимся за чаем?

– Скорее всего нет.

– Нам будет очень не хватать вас. – Она поднялась и повернулась так, чтобы Майкл не мог видеть выражение триумфа на ее лице, и проследовала к двери, грубо оттолкнув Эмили в сторону, чего граф, пристально изучавший ее округлый зад, не заметил.

В последний момент девушка обернулась и кинула через плечо:

– Пока, Майкл. Я болтала с Амандой в парке, она передает тебе привет.

С этой искусно продемонстрированной близостью и именем Аманды она покинула комнату, и вскоре ее шаги затихли в коридоре.

Эмили так разозлилась, что начала дрожать. Она не могла сосчитать способов, которыми ей хотелось бы расправиться с Памелой, а потом с Майклом. Было бы так приятно избавиться сразу от них обоих, возможно, одним хорошо нацеленным выстрелом из пистолета.

– А она – штучка, не правда ли? – усмехнулся Майкл.

– Это все, что вы можете сказать?

– В данный момент? Да.

Эмили не могла представить, на что она надеялась, потребовав встречи с ним, но когда она ворвалась в дом, таща за руку подвыпившую несносную Памелу, ей нужна была его помощь. Она вызвала Майкла из клуба, но он приехал лишь спустя несколько часов, так что к этому времени Памела протрезвела. Эмили напрасно рассчитывала на его поддержку, весь этот инцидент он списал за счет занудности Эмили, а Памела в его глазах была непонятым ангелом.

Эмили пора перестать наделять его качествами, которые ему явно не свойственны! Он нанял ее наблюдать за Памелой и Маргарет и ясно дал понять, что они его не заботят, но она не знала, как справляться с проблемами девочек.

– Вас хоть немного волнует эта ситуация? – язвительно поинтересовалась Эмили.

Его, словно плащом, укрыли безразличие и отрешенность. Он подошел к серванту и оскорбил ее, налив себе виски; затем Майкл вернулся к столу и сел, между ними пролегло его полированное поле.

– В общем, нет, – признался он, и ее настроение резко упало. Неужели его ничто не могло тронуть?

– Тогда что я здесь делаю?

Он потягивал виски со скучающим видом.

– Вы очень сердиты, Эмили, и я предлагаю перенести этот разговор на другой день, так чтобы не наговорить друг другу лишнего.

– Вы хотя бы понимаете, к чему ее может привести подобное безрассудство?

– Вы делаете из мухи слона, – настаивал граф. – Она еще ребенок, и ее забавляет то, что она дразнит вас и досаждает вам.

– Она не ребенок.

– Она побродила, пока вы занимались с Маргарет и Роуз. Она не думала о последствиях, и она…

– Она каталась в карете вашей бывшей любовницы!

– Достойный сожаления выбор компании.

Майкл покраснел, и она подумала: отчего? Вспомнил ли он о том, что Эмили видела, как он забавлялся с Амандой? Был ли смущен тем, что то же самое проделывал с ней, Эмили? Боялся ли того, что Эмили могла весьма мудро заключить, что он занимается этим и с другими женщинами?

Какая она жалкая! Она стремилась быть для него кем-то особенным, но как этого достичь? Он был соблазнитель чистой воды, а она – лишь мимолетное увлечение, с кем он поиграет, пока не утратит интереса.

Действительность была такой унылой. Но неожиданно ей страстно захотелось побороться.

– Это ваше единственное замечание?

Он проглотил виски, подошел к серванту, чтобы вновь наполнить свой стакан.

– Какой вопрос мы еще не обсудили?

– Перестаньте пить, когда я разговариваю с вами! – Его безразличие разожгло ее темперамент, и, хотя ее речь напоминала скандальную брань торговки рыбой, адресованную мужу, она не могла молчать.

Майкл поставил стакан и резко повернулся; Эмили была рада, что наконец дождалась от него ответной реакции. Он тоже рассердился, и ей захотелось узнать, каков он будет в гневе. За исключением физической страсти, она никогда не видела никакого проявления эмоций с его стороны, так что спровоцировать его было не такой уж плохой идеей. Он был раздражен, как лев, которого потянули за хвост.

– Эмили, – сказал он очень спокойно, – вы злоупотребляете нашей дружбой. Я просил вас не поднимать больше этот вопрос, но вы слишком раздражены, чтобы удовлетворить мою просьбу, поэтому я приказываю вам воздержаться от дальнейших обвинений. Ваша аудиенция окончена.

Он буквально довел ее до бешенства. Его поведение по отношению к ней перешло все границы приличия. Эмили чувствовала себя такой близкой ему, верила, что может обсуждать с ним любые темы, и ее взбесило, что он буквально лишил ее слова.

Как он осмеливается командовать! Она не была его рабыней, и нечего обращаться с ней подобным образом.

– Она была с Амандой! – закричала Эмили. – Представляете, что станет с Памелой, если их увидят вместе? Это может сломать всю ее жизнь. А как насчет вашей репутации? Если вас не заботит, что люди думают о вас, меня волнует, что они подумают обо мне. Вы представляете, какие распространятся истории, если пройдет слух, что я позволила ей совершить такой безответственный поступок?

– Я поговорю с Амандой, и это больше не повторится.

У нее на минуту перехватило дыхание.

– Вы видитесь с ней?

Эта возможность не приходила раньше ей в голову. Когда она согласилась стать гувернанткой, он поклялся, что Аманда никогда не встретится ей на пути. Позже, когда он начал заигрывать с ней, Эмили предположила, что он порвал с пресловутой куртизанкой.