Танец на ветру - Медея Колхитида

Еще этот дроу! Понять его намерения совершенно невозможно, то девчонку убить нужно, то наоборот, привести живой и здоровой. Темнит Глава Тайной Канцелярии, определенно темнит. Еще и странный жрец из храма Единого! Несомненно, он тоже не так прост, больно уж вовремя у него приступ случился.

Трейн усмехнулся, покачал головой и налил себе еще один стакан. Теперь он медленно потягивал вино.

"Я становлюсь параноиком. Вот уже везде мерещатся заговоры".

Он продолжал пить, мрачно глядя перед собой.

Внезапно дверь открылась, и в таверну со смехом ввалились несколько молодых людей. Трейн посмотрел на них из угла, в котором сидел за столиком, и поморщился. От таких великовозрастных избалованных сынков обеспеченных родителей можно было ждать неприятностей, а у него было не то настроение, чтобы связываться с этой компанией. Ребята же были пьяны ровно настолько, чтобы еще твердо стоять на земле, но море уже было им по колено и тянуло на подвиги.

Молоденькая служанка, собирающая со столов грязную посуду, тоже почувствовала грядущие неприятности, поэтому попыталась скрыться на кухне, но один из них заступил ей дорогу. Она попробовала обойти его, но тот схватил ее за руку и потащил к одному из ближних столиков. Его друзья с шутками последовали за своим вожаком. Усадив на колени верещавшую служанку, он крикнул хозяину, чтобы тот принес им пива и мяса. Униженно кланяясь, тот принес требуемое.

Трейн не вмешивался. По-видимому, такое поведение этой компании не было в новинку. Он хотел, чтобы его оставили в покое, но, похоже, это не входило в планы юнцов. Заметив в углу за столом посетителя, вожак оттолкнул служанку, которая тут же поспешила спрятаться в безопасности кухни, и стал совещаться со своими дружками, поглядывая на незнакомца.

— Эй, ты! — крикнул он спустя несколько минут.

Трейн не соизволил даже обернуться на голос.

— Эй, к тебе обращаются! — вожак медленно подошел и, взяв Трейна за плечо, попытался развернуть его к себе лицом.

Холодная и бешеная ярость поднялась откуда-то из груди. Все, что раздражало Трейна за последние дни, вся его неприязнь к своему нынешнему положению, сосредоточились на этом самонадеянном юнце. Он почувствовал, что стремительно трезвеет, а тело наполняет боевой азарт. Ребята нарывались на драку, и он был готов им ее обеспечить.

Трейн вскочил и нанес удар снизу кулаком с такой быстротой, что у противника не было никакого шанса его избежать. Голова парня дернулась вверх, и он повалился на пол без чувств.

Трейн повернулся к остальным.

Они молча смотрели на него и на своего друга, который теперь не казался таким уж грозным, а лежал на грязном полу бесчувственной грудой.

— Этот тип нарывается на неприятности, Хок, — изрек, наконец, один из компании.

— Он уже нарвался, Хейлок, — ответил другой.

Переглянувшись, они сжали кулаки и направились к Трейну. Третий член теплой компании старался незаметно удалиться, пятясь и не спуская глаз с не такого уж безобидного, как казалось вначале, незнакомца.

Но Трейн, более опытный в драке, чем эти молодцы, не дал им времени для начала хоть каких-нибудь действий. Хок получил сильный удар в челюсть и, пока приходил в себя, Трейн ударом в живот заставил Хейлока согнуться пополам и ударил его ребром ладони по шее. Хейлок свалился, не издав ни звука. Трейн повернулся к Хоку и, легко уклонившись от его кулака, схватил его за руку и перебросил через себя. Тело Хока мелькнуло в воздухе и, сломав стол, с грохотом упало. Расправа заняла всего пару минут.

Трейн огляделся, трое лежали без сознания, а четвертый продолжал пятиться от разгневанного сыщика.

— Я никогда не нарываюсь на драку, — обратился Трейн к единственному уцелевшему члену компании. — Но если вам захочется подраться, то теперь вы знаете, к кому обращаться.

— Что здесь происходит?! — Сквозь толпу к нему пробирался хозяин заведения, покрасневший от гнева.

— Ничего не происходит, — спокойно ответил Трейн.

Увидев лежащих без сознания на полу задир, хозяин заведения всплеснул руками и горестно захлопотал около зачинщика драки. Приводя его в сознание, он похлопал того по щекам. Видя, что парень не спешит приходить в себя, он возмущенно посмотрел на Трейна.

— Что же ты наделал, варвар! — возопил он. — Моей смерти хочешь? Ты хоть знаешь, кто это такой?

Трейн равнодушно пожал плечами.

— Это сын Ночного Правителя, — крикнул один из посетителей.

— Вот именно, — продолжал жаловаться хозяин, трагически заламывая руки. — Пропала моя таверна. А все из-за тебя! За что Единый решил меня наказать, послав такого клиента?

— Плох, значит, этот Правитель, раз не может воспитать собственного сынка, — ответил Трейн, игнорируя вопли мужчины.

Решив, что ему здесь больше нечего делать, он спокойно повернулся спиной и вышел. Как он и предполагал, на него никто не собирался нападать: зачинщики только что стали приходить в себя, а остальные решили с ним не связываться.

Ночь была ясная и прохладная, узкий серп месяца сиял в окружении звезд. Остановившись на пороге, Трейн вдохнул полной грудью опьяняюще свежий воздух. В голове удивительно прояснилось, он даже улыбнулся, что такая простая мысль раньше не пришла ему в голову. Теперь ему понятно, где искать неуловимую воровку!

Трейн нащупал за пазухой кошель с деньгами. Пожалуй, этого хватит, чтобы совершить путешествие. Подумав пару минут, он решил не заезжать домой за вещами, а отправиться прямо сейчас, благо его конь был в конюшне неподалеку.

Свернув за угол, Шихан подошел к неприметной двери. Отдышавшись, он подумал, что уже не в том возрасте, чтобы так торопиться, и постучал. На условный стук: три коротких, два длинных, три коротких стука, раздался грохот отодвигаемого засова, и дверь открылась.

За дверью стоял крупный, похожий на тролля, привратник. Жрец достал из-за пазухи медальон и показал его привратнику. Убедившись, что у пришедшего человека есть пропуск, тот посторонился и пропустил его. Заперев дверь сразу на несколько запоров, привратник приглашающе махнул рукой и пошел вперед, показывая дорогу.

Шихан тяжело преодолевал многочисленные лестницы и переходы, все-таки малоподвижный в последнее время образ жизни плохо влиял на здоровье. Когда они достигли нужного зала и остановились, жрец обрадовался возможности отдышаться. Наконец он восстановил дыхание и неторопливо вошел в зал.

Центральное место в полутемном зале занимал круглый стол, вокруг которого стояли двенадцать стульев, десять из них были уже заняты. Шихан подошел к одному из свободных стульев и занял свое место. Оставалось дождаться последнего члена Совета.