Три женщины - Владимир Лазарис

внесли последние уточнения в план захвата Рима и по поводу завершения работы отправились на премьеру вагнеровского «Лоэнгрина». Муссолини впервые появился с Маргаритой на людях.

Опера еще не кончилась, когда помощник Муссолини попросил его срочно выйти. Оказалось, чернорубашечники начали преждевременную атаку на один из полицейских участков в Риме, и плану захвата города грозит провал. На Муссолини не было лица.

— Уедем в Иль Сольдо, — прошептал он Маргарите, — перейдем швейцарскую границу, отсидимся, а там видно будет.

Кровь бросилась Маргарите в лицо. В эту минуту она ненавидела своего возлюбленного. Она смотрела на него и вспоминала, как во время нападения националистов на «Иль пополо д’Италия» он предложил бежать через черный ход. Она не сказала ни слова. Начался третий акт.

Весь тот вечер Маргарита внушала Муссолини, что нужно захватить Рим. Сейчас или никогда.

— Ну, что ты такое говоришь! Они уже раскусили наш план. Армия даже не подпустит нас к городу, — Муссолини лихорадочно ходил по комнате, стараясь не смотреть на Маргариту.

— Возьми себя в руки. Сядь. Ничего они не раскусили.

— Откуда ты знаешь?

— Чувствую.

— Что же ты предлагаешь? — повернулся Муссолини к Маргарите.

— Пусть король узнает, что ты — его союзник. Без королевского приказа армия пальцем не пошевелит.

Муссолини созвал в Неаполе фашистскую ассамблею. Выступив с речью, он повторил свое обещание чтить монархию. Потом состоялся парад. Проходя перед Дуче, его когорты, где было много монархистов-южан, кричали: «Вива король!» Стоявший рядом с Муссолини один из участников этого парада позднее вспоминал:

«Я обратился к Муссолини (…) „Ты тоже кричи: „Вива король!““ Он ничего не ответил. Я повторил: „Кричи: „Вива король!““ Он снова промолчал. Когда я в третий раз повторил, он холодно отрезал: „Да уймись ты“. „Почему?“- спросил я. Он пожал плечами и провел рукой по лицу. Это был его привычный жест. Потом, показав глазами на толпу, сказал: „Хватит того, что они кричат…“»[155]

Но, несмотря на демарши Муссолини, армия ждала приказа короля, чтобы выступить против фашистов. А те ждали приказа Муссолини приступить к взятию Рима. В Милане на улицах появились танки. «Иль пополо д’Италия» была оцеплена армейскими подразделениями, но редакционный телефон еще работал. Муссолини сообщили, что четыре колонны чернорубашечников уже в предместьях Рима. А он боялся вооруженного столкновения с армией. Маргарита вышла из себя:

— Или ты умрешь, или захватишь Рим. Не сомневаюсь, ты выберешь второе.

Как сказала позднее Маргарита, поход на Рим должен был состояться еще и потому, что она одолжила фашистской партии миллион лир из своих личных средств и не хотела их потерять.

* * *

Премьер-министр принес на подпись королю указ о введении в стране военного положения, чтобы армия могла начать действовать. Но трусоватый король тоже боялся гражданской войны и указ не подписал. Ночью он совещался со своими генералами, и те убедили его не применять силы против фашистов, потому что, сказали они, Муссолини выбросил из головы всякую революционную чушь и обещал чтить монархию. А убеждали они короля потому, что, опять же по совету Маргариты, фашисты успели убедить генералов, что их положение резко улучшится, если к власти придет Муссолини.

Премьер-министр подал в отставку. Найти ему замену не удалось. Муссолини сводил на нет все усилия политических противников создать правительственную коалицию.

В такой неопределенной обстановке Муссолини с Маргаритой готовили очередной номер газеты, когда в его кабинете раздался телефонный звонок. Один из кандидатов в премьер-министры предлагал Муссолини войти в правительство. Муссолини отказался. На вопросительный взгляд Маргариты он сказал:

— Все или ничего.

Любые попытки разных парламентских фракций создать правительство без Муссолини провалились. Тогда позвонили из королевского дворца, что король предлагает Муссолини пост премьер-министра и уверен, что Муссолини сформирует правительство.

— Ну, — схватила его за руку Маргарита, — теперь чего ты ждешь? Соглашайся!

— Нет. Пусть пришлют телеграмму. Мне нужно, чтобы все было черным по белому.

Телефон снова зазвонил. Помедлив, Муссолини снял трубку.

— Да, — сказал он, — я вас понимаю, но и вы поймите меня. Пока я не получу телеграммы, я не двинусь с места. Как только она придет, вылечу.

Телеграмма пришла. «Срочно. Совершенно секретно. Муссолини — Милан. Его Величество король просит немедленно прибыть в Рим и принять на себя формирование правительства».

Прочитав телеграмму, Муссолини протянул ее Маргарите и откинулся на спинку стула. Маргарита бросилась его целовать, а он встал, прошелся по кабинету и слегка охрипшим голосом сказал:

— Вот если бы папа это видел!

Бенито Муссолини стал самым молодым премьер-министром за всю историю Италии. Ему было тридцать девять лет.

В Рим Муссолини поехал поездом: не хотел показаться излишне горячным. Маргарита проводила его до вокзала.

Муссолини предстал перед королем в черной рубашке, в котелке и в гетрах.

— Простите мой вид, Ваше Величество, — церемонно сказал он королю, — я прямо с дороги.

В полдень того же дня Муссолини разрешил своей милиции промаршировать по улицам столицы, после чего отдал приказ всем чернорубашечникам покинуть Рим. Но прежде чем пьяные от радости чернорубашечники залезли в вагоны, они успели убить тринадцать человек, устроив потасовку на вокзальной площади.

31 октября 1922 года король привел к присяге премьер-министра Бенито Муссолини и членов его правительства.

Парламентские соперники Муссолини радовались тому, что новый премьер считается с их мнением. Ватикану понравилось, что Муссолини приказал повесить распятие в школах и в судах, а народу — что фашисты больше не хулиганят.

Едва Муссолини стал премьер-министром, как почувствовал, что теперь ему больше не нужно лезть из кожи, чтобы дотянуться до уровня Маргариты. Теперь он чувствовал себя намного выше нее. Да и вообще, кто теперь выше него? Кто? Бог, что ли?

14

Муссолини жил теперь в Риме в Гранд-отеле. Ракеле с детьми оставалась в Милане и каждый день говорила с ним по телефону. Маргарита тоже часто перезванивалась и переписывалась с ним. Кроме обычной журналистской работы Маргарита занималась по просьбе Муссолини иностранной прессой. Но, зная, что он занят по горло, она не хотела приезжать к нему, пока он сам ее не позовет. Когда он ее позвал, она остановилась в отеле «Континенталь», в нескольких кварталах от Гранд-отеля, и позвонила ему. Увильнув от телохранителей и личного секретаря, Муссолини вышел из своего номера и направился к Маргарите. Когда он входил в «Континенталь», один из его шоферов засек идущего без охраны премьер-министра и поднял на ноги полицию. Полиция послала в «Континенталь» агентов, переодетых официантами, чтобы с премьером ничего не случилось.

Обнимая Маргариту, Муссолини поймал себя на том, что думает о делах.

В