Огонь на снегу - Барбара Картленд

— Вы уверены, что она говорит правду?

Генерал только пожал плечами.

Граф Иван догнал Алиду у дверей, и они молча пошли к выходу, где слуги помогли им закутаться в меха.

И только когда они отъехали от канцелярии, граф Иван несколько виновато произнес:

— Надеюсь, вы понимаете, что такие господа, как Таченский, — враги нашего государства. Они не должны беспрепятственно проникать в Россию.

— Разумеется понимаю, — с милой улыбкой согласилась Алида. — Я уверена, его величество оценит вашу бдительность, да и великая княгиня будет благодарна вам, если я расскажу ей об этом.

После короткой паузы граф Иван сказал:

— Я хочу попросить вас об одолжении!

— Каком же?

— Не рассказывайте великой княгине, где мы сейчас были. Она, как вы знаете, водит дружбу с Николаем Милютиным, который может доставить нам массу неприятностей. — Алида молча ждала. — Милютин настроен революционно. Он был на обеде в день вашего приезда, что немало удивило моего отца.

— Боюсь, я его не припомню!

— Держитесь от него подальше! — предупредил граф. — И обещайте, что ни великой княгине, ни князю Воронцову не скажете о встрече с генералом Дубельтом!

— По-моему, вы слишком много на себя берете, граф Иван. Или у вас принято допрашивать английских подданных вот так, без адвоката или даже опекуна?

— Вы правы, — согласился граф, — вот потому я и прошу вас ради кузины не рассказывать о том, что произошло сегодня утром.

Алида подняла брови:

— Ради моей кузины?

— Мэри незачем втягивать в эту историю, — пробормотал граф.

— Разумеется, — согласилась Алида. — Она же не разговаривала с господином Таченским, тогда как я — под подозрением, потому что сказала несколько слов сочувствия незнакомому человеку, которому явно пришлось немало выстрадать! — Не дождавшись ответа, она воскликнула: — Боже, что за страна, где даже такой пустяк вызывает подозрение!

Алида не помнила себя от злости и, к своему облегчению, увидела, что они уже подъехали к Михайловскому дворцу.

— Надеюсь, я могу положиться на ваше молчание? — спросил граф.

Алида затаила дыхание:

— А я на ваше, граф Иван!

Она посмотрела в его глаза и прежде, чем он смог что-либо ответить на ее дерзость, спрыгнула с саней и быстро побежала по лестнице.

Было очень рано, и, войдя в гостиную, девушка поняла, что Мэри еще спит.

Только сейчас она почувствовала озноб и страх. Она с ужасом подумала, где только что побывала. Только из-за своей ненависти к князю граф Иван смог подвергнуть ее такому испытанию! Вот где ключ ко всему! Ненависть графа к князю! Надо немедленно предостеречь его!

Алида стала горячо молиться, чтобы господин Таченский нашел свою матушку и люди князя помогли им вы, браться из России. Но если их поймают, князь окажется замешанным в эту историю. Что же будет?

Алида содрогнулась и подошла к печке.

Надо как-то предостеречь князя. Девушка отлично понимала: только в его апартаментах можно не опасаться всеслышащих ушей шпионов, которыми, должно быть, наводнен дворец.

Слуга доложил, что завтрак будет подан рано.

— Понятно почему! — весело сказала Мэри, появившаяся наконец в гостиной. — Сегодня великая княгиня повезет нас в Зимний дворец, чтобы показать драгоценности императрицы.

— Как интересно! — воскликнула Алида. Но особой радости она не испытывала: ее переполняла тревога за князя.

За завтраком, поданным в малую столовую, его не было. Войдя в комнату, Алида сразу же отдала великой княгине ее атласную сумочку.

— Я совершила глупую ошибку, сударыня! — четко произнесла она, чтобы услышали слуги. — Взяла вчера вашу сумочку вместе со своей! На балу было так весело, что я совсем потеряла голову!

— А я все думала, куда она подевалась! — воскликнула великая княгиня. — Спасибо, дорогая, что сохранили ее.

Положив пропажу в сумку, которую держала в руке, она села за стол и принялась за завтрак.

По дороге в Зимний дворец, удобно сидя в больших санях, Алида размышляла, как ей сказать великой княгине, что ей необходимо наедине поговорить с князем. Она боялась, что их подслушают, да и вообще днем во дворце почти невозможно где-либо уединиться.

Зимний дворец, как и предполагала Алида, производил огромное впечатление. Построенный императрицей Елизаветой в 1762 году, он вместе с Эрмитажем составлял одно грандиозное целое.

— Здесь живут шесть тысяч человек, — сообщила девушкам великая княгиня.

— Так много! — с благоговейным ужасом воскликнула Алида.

— У ее величества двести фрейлин да одних поваров четыреста!

— Должно быть, они хорошо готовят! — засмеялась Алида.

Им предстояло увидеть столько чудесного и драгоценного, что девушке казалось, ее жизни не хватит, чтобы осмотреть и четверти всех сокровищ дворца,

Потолки, так же как и в Михайловском дворце, были расписаны итальянскими мастерами. Залы украшали коллекции ваз, торшеров, различных столиков из яшмы, порфира, нефрита и малахита. Все сверкало, и каждая вещь была ценней другой.

Стены были увешаны картинами всемирно известных художников, а убранство парадного тронного зала просто ослепляло роскошью.

— Если хватит времени, — сказала великая княгиня, шествуя с девушками по залам дворца, — я обязательно покажу вам прекрасную оранжерею. Это настоящий сад. — Великая княгиня улыбнулась: — Вы уже, наверное, поняли, что зимы у нас очень длинные. Большую часть времени мы проводим в помещении. Поэтому у нас в России многие выращивают цветы.

— Я все еще под впечатлением от цветов из вашей оранжереи, сударыня, — призналась Алида.

— Ну, здесь сады более чем удивительные! Деревья выращивали в специальных квадратных ящиках с обогревом, и они выросли до тридцати футов в высоту! Более того, в саду есть клумба, сохраняющая свежесть круглый год благодаря частому поливу. — Она улыбнулась: — По-моему, князю следует показать вам сад во дворце: ведь это была его идея расположить лампы так, чтобы создать впечатление солнечного света!

— Необыкновенно! — воскликнула Алида.

— Иногда, — продолжала великая княгиня, — глубокой зимой мы танцуем на траве при лунном свете или сидим в беседках, утопающих в розах и жимолости.

— Как в сказке! — откликнулась девушка.

Времени на подробные расспросы уже не осталось, так как они подошли к личным апартаментам императрицы.

Первая гостиная, довольно маленькая, была выдержана в ярко-розовых и белых тонах. Мебель обита атласом. В следующей, которую они миновали, на стенах висели чудесные картины, а в высокой золоченой клетке сидел разноцветный попугай. Оттуда они вошли в угловую комнату с четырьмя окнами, где их уже ждала императрица.