Огонь на снегу - Барбара Картленд

— Мисс Шенли, я пригласил вас, потому что только вы можете помочь нам в одном очень серьезном деле!

— В каком деле? — справилась Алида, придавая своему вопросу оттенок удивления.

— Речь идет о человеке, который является врагом нашего государства, человеке, с которым вы говорили на «Девушке из Гулля». Его фамилия Таченский.

— Да, конечно, я помню его, — спокойно промолвила Алида.

Генерал внезапно оторвал лицо от бумаг и резко спросил:

— Зачем вы приезжали вчера утром встречать «Босфор»?

— Часть моего багажа осталась в Киле, — тихо ответила Алида. — Я подумала, что власти любезно пришлют его в Петербург со следующим кораблем.

— Как такая ценная часть багажа могла затеряться по пути от «Девушки из Гулля» до императорской яхты? — спросил генерал Дубельт.

— Не представляю! — улыбнулась Алида. — Это маленькая сумочка, я, наверное, оставила ее в каюте.

— Но ведь ваша служанка могла приехать на пристань и забрать пропажу, — намекнул генерал.

Алида покачала головой:

— Горничная, которая приехала с нами из Англии, прислуживает только моей кузине, леди Мэри. Она никогда не была моей горничной и не укладывала мои вещи перед отъездом. На моей сумочке нет монограммы, так что она вряд ли узнала бы мою вещь.

Какое-то время генерал молчал, и Алида заметила, что сидящий напротив граф Иван внимательно наблюдает за ней.

Заставив себя улыбнуться, девушка сказала:

— Меня всегда поражало, как во время долгих путешествий багаж не пропадает! Ведь во время частых пересадок немудрено что-нибудь потерять!

Граф промолчал. Генерал, словно почувствовав уверенность Алиды, спросил:

— Когда вы говорили с этим Таченским, он сказал вам, когда будет в Петербурге?

Поняв, что это каверза, Алида не колеблясь ответила:

— Но господин Таченский говорил мне, что едет в Стокгольм!

— Он не сказал зачем?

Алида покачала головой.

— Он говорил вам, что пытается найти свою мать?

— Он только сказал, что его отец умер. Как я поняла, он был сослан в Сибирь.

— Он был революционером, анархистом, — резко произнес генерал.

— Господин Таченский теперь британский подданный, — заметила Алида.

— Он вам сказал об этом? Да, это правда, если уж на то пошло! Полагаю, вы знаете, мы в России умеем добывать сведения, которые нам нужны.

— Каким же способом? насмешливо спросила Алида. — С помощью тисков для больших пальцев, не используемых в Англии с елизаветинских времен? Или на дыбе, на которой пытали людей в Испании во времена инквизиции? Я уверена, что мой дядя, герцог Беркемстедский, часто бывающий у королевы, и моя тетя, состоящая в родстве со многими королевскими семьями Европы, будут очень удивлены, если я вернусь в Англию на шесть дюймов ниже ростом или без больших пальцев на руках!

Алида видела, что граф поражен ее речью.

Генерал же, постучав пальцами по столу, резко произнес:

— А теперь, мисс Шенли, как выглядел господин Таченский, когда сошел с «Босфора»?

Алида пристально посмотрела на него:

— А господин Таченский был на «Босфоре»?

— Вопросы задаю я!

— Но я же сказала вам, что он отправился в Швецию!

— Вы говорите так, словно не видели, как он сходил на берег. Но вы же стояли у сходней и наблюдали, как сходили другие пассажиры.

— Я ждала, пока они сойдут, чтобы самой подняться на борт. Двум людям на сходнях не разойтись.

— Это я знаю, — огрызнулся генерал. — Так, говорите, вы не заметили Таченского?

— Я не могу без конца повторять одно и тоже! — произнесла Алида с легким раздражением. — Господин Таченский сказал мне, что едет в Швецию, и у меня нет причин не верить ему. Так зачем же мне было обращать внимание на пассажиров, сходивших с «Босфора»? — Ее голос смягчился. — Мне было жаль его, когда он сказал, что его отец погиб в Сибири. Боюсь, генерал, я больше ничем не могу помочь вам, а сейчас, я полагаю, мне следует вернуться во дворец, пока моя кузина не хватилась меня.

С этими словами она поднялась и увидела, как у генерала удивленно блеснули глаза.

Он взглянул на графа Ивана, и тот категоричным тоном спросил:

— Князь Воронцов не говорил вам о своем глубоком сочувствии господину Таченскому?

— Сочувствии? — переспросила Алида. — Не понимаю…

— Князь не говорил вам, что господин Таченский приехал в Россию, Чтобы найти свою мать? — осведомился генерал.

— Мать господина Таченского еще жива? — воскликнула Алида. — Он говорил, что не был в России пятнадцать лет и за все эти годы ничего не слышал о ней, поэтому не исключено, что ее нет в живых. — Она вздохнула: — Мне было так жаль его. Он казался таким больным и печальным. Я пыталась выразить ему сочувствие, когда граф Иван увидел нас вместе в салоне.

— Да, да, мне об этом говорили, — подтвердил генерал Дубельт. — Я пытаюсь узнать, мисс Шенли, где сейчас господин Таченский.

— Боюсь, я больше не могу сообщить вам ничего полезного, — любезно проговорила Алида, — если, конечно, вы не пошлете кого-нибудь в Стокгольм. Его было бы нетрудно найти, если он был на корабле, отправлявшемся из Киля в столицу Швеции.

Генерал утомленно вздохнул и посмотрел на графа Ивана.

— Граф, — сказал он, — этот допрос нам ничего не даст.

— Я совершенно уверен, — ответил граф Иван, — князь Воронцов поможет Таченскому, если тот приедет в Россию. Он и раньше помогал таким людям.

— Но мы никогда не могли этого доказать! — заметил генерал Дубельт.

— Рано или поздно я это сделаю! — отрезал граф. — Мне кажется странным, что мисс Шенли в такую рань сама отправилась встречать «Босфор», когда любая служанка во дворце могла бы взять ее багаж!

Алида нетерпеливо вздохнула:

— Я вам уже объяснила: сумочку могла опознать только я. Кроме того, как вам известно, граф, Марта заболела еще на «Девушке из Гулля» и до сих пор нездорова. Мне было совсем нетрудно поехать на пристань, и я с удовольствием прокатилась на санях и еще раз полюбовалась городом. — Она повернулась к генералу Дубельту и заставила себя улыбнуться: — По-моему, катание на санях самое романтичное! Мне так повезло, что я попала в Петербург зимой, когда кругом снег!

Генерал Дубельт встал:

— Думаю, мисс Шенли, нет необходимости задерживать вас далее. Разрешите поблагодарить вас за приезд сюда. Если услышите что-либо о господине Таченском, будьте любезны, дайте мне знать!

— Не представляю, где я услышу о нем! — легкомысленно ответила Алида и направилась к двери. Проходя мимо графа, она услышала тихий вопрос графа:

— Вы уверены, что она говорит правду?