Три мужа и ротвейлер - Наталья Александрова

Скажу сразу, по части сыска я многих могу заткнуть за пояс, потому что следила я за своим объектом виртуозно, и даже, как в лучших традициях советского детектива, спряталась за развернутый газетный лист, проделав в нем дырочку для наблюдения. В вагоне метро мы с дамой уселись каждая в своем углу, поскольку народу было немного. Я с интересом прослушала мысли своей соседки справа — вульгарной ненатуральной блондинки, которая размышляла о своей личной жизни, употребляя сочную смесь из терминологии героинь телесериалов и некоторых непечатных оборотов великого и могучего русского языка. Затем я ненадолго переключилась на мысли сидевшего напротив пожилого седовласого господина абсолютно профессорского вида, который меланхолично поглядывал на мою соседку и примерно в тех же терминах обдумывал все то, что бы он сделал с ней, оставшись по счастливой случайности вдвоем на необитаемом острове.

Разочаровавшись в отечественных преподавательских кадрах и с грустью подумав о том, в чьи руки попадают неокрепшие умы нашей молодежи, я отвела душу, прислушавшись к мыслям рыженькой девушки, которая проигрывала про себя фрагмент «Брандербургских концертов» Баха.

Тут я заметила, что моя подопечная дама в пальто встала и направилась к выходу. Стараясь не привлекать ее внимания, я тронулась тоже, и так долго не выходила из вагона, подражая героям кинобоевиков, что еле успела выскочить в последнюю секунду, чуть меня дверью не прищемило.

Мы находились на «Горьковской». Моя злодейка поднялась по эскалатору, вышла из метро и свернула направо мимо сквера к памятнику «Стерегущему». Я исправно следовала за ней на приличном удалении, так как место было довольно уединенное, несмотря на близость станции метро.

И тут я заметила впереди припаркованный у тротуара бежевый «крайслер». Угу, дама, которая купила то самое пресловутое пальто в бутике на Вознесенском, по наблюдению продавщиц, тоже приезжала на бежевом «крайслере». Моя подопечная, как и следовало ожидать, открыла дверцу и села рядом с водителем, а я, очень расстроившись, осталась стоять, потому что вся моя сегодняшняя авантюра не принесла никаких ощутимых результатов. «Крайслер» развернулся и поехал прочь, я сделала несколько шагов следом, стремясь запомнить на всякий случай номер машины, и уже подивилась на странность этого номера, как вдруг ощутила за спиной подозрительное шевеление. Я хотела обернуться, но дальше намерений дело не пошло: чья-то сильная и грубая рука обхватила меня за шею, в то время как вторая рука прижала к лицу платок, смоченный сильно и неприятно пахнущей жидкостью. Я пыталась сопротивляться, но в глазах потемнело, памятник «Стерегущему» поплыл в туманную даль, и я потеряла сознание.

Я очнулась от странных звуков — как будто кипел чайник со свистком, причем свист раздавался через равные промежутки времени. Не открывая глаз, я постаралась сосредоточиться, потому что в голове бродили смутные воспоминания о чем-то нехорошем.

Свист очень мешал до тех пор, пока я окончательно не очухалась и не сообразила, что свист издает моя носоглотка, пересохшая, как колодец в пустыне. Я закрыла рот, свист прекратился, но в горле страшно запершило.

В тишине думалось лучше, и я вспомнила, как преследовала злодейскую даму, как вдруг кто-то подошел сзади и прижал к моему лицу тряпку с пахучей жидкостью, я вдохнула, и дальше все пропало. Стало быть, меня усыпили и похитили. В комнате было тихо, так что я отважилась приоткрыть один глаз. Ничего не произошло, тогда я широко раскрыла оба и села. Оглядевшись по сторонам, я определила, что лежу, вернее сижу, на старом продавленном диване, который еще к тому же страшно вонял не то карбофосом, не то еще какой-то гадостью для уничтожения домашних вредных насекомых. Вся моя одежда была на мне, и обувь тоже, правда, в карманах отсутствовали кошелек и косметичка с разными дамскими мелочами. Комната была маленькая, но с высокими потолками, из чего я сделала вывод, что нахожусь в старом доме.

Еще в комнате совершенно не было окон, да и мебели, кроме моего дивана и старого стула со сломанной спинкой, тоже не было. Ну что ж, в старых квартирах бывают кладовки размером с небольшую комнату. Я еще раз внимательно оглядела комнату и заметила на потолке множество пятен, а один угол просто даже покрылся плесенью. Если протечки, то кто-то сверху должен регулярно лить воду.

Такое бывает редко, поэтому я сообразила, что квартира находится на последнем этаже, и пятна на потолке появились оттого, что протекает крыша.

В голове моей немного прояснилось, только очень хотелось пить. Я решила даже постучать в запертую дверь, чтобы не мучиться ожиданием и жаждой, но тут раздались шаги, и ко мне вошел мужчина.

«Старый знакомый!» — чуть не сказала я.

Потому что хотя я этого человека никогда раньше не видела, Валентин Сергеевич описал его очень точно. Мужчина был невысок ростом, очень худой, но жилистый и крепкий. Прямые, достаточно длинные волосы он зачесывал за уши, и на лице его выделялись густые черно-бархатные брови, совершенно не гармонирующие со всеми остальными составляющими его физиономии. Глаза были маленькие и так близко посажены, что казалось они сейчас скатятся с длинного носа.

В общем, передо мной стоял главарь тех самых бандитов, которые отравляли последние дни жизни Валентину Сергеевичу, и, думаю, именно он распорядился устроить ту самую аварию, после которой старик потерял память и в результате умер. Так-так, значит, они решили взяться за меня. В квартиру вломиться побоялись — все-таки Гораций, и соседи кругом, а тут прихватили меня на улице, когда я увлеклась слежкой и потеряла бдительность. Внезапно я осознала всю глупость своего поведения. Ведь велел же Эрик мне тихо сидеть дома и носа не высовывать на улицу! И кем он после этого меня посчитает?

Полной идиоткой! Тут я немножко подумала и решила, что, во-первых, Эрик очень вежливый мужчина и не употребляет ругательных слов, а во-вторых, неизвестно, увижу ли я еще в своей жизни Эрика. Стало очень себя жалко, но потом я рассердилась и от злости вспомнила содержание записок Валентина Сергеевича, а также о том, что я приняла двадцать миллиграммов препарата В-17 или его аналога и могла читать чужие мысли. Я прислушалась к себе. В голове стоял ровный гул, ничем не напоминающий те шепоты и крики, которые там звучали перед тем, как меня заставили вдохнуть пахучую гадость. Очень жаль, как раз сейчас бы мне очень пригодилось умение читать мысли. Я напряглась, сделала титаническое усилие, в голове раздался знакомый скрежет, но был он какой-то тихий, очевидно, действие препарата ослабело, пока я спала. Но все же мне удалось если не прочесть мысли этого типа, то увидеть мысленно картину, которая осталась у него в мозгу. Я зафиксировала эту картину теперь уже в собственной голове и все, больше ничего не смогла выяснить.

— Ты знаешь, кто я такой? — начал мой визитер.

— Не знаю и знать не хочу! — отрезала я хриплым голосом. — И пока не дадите воды, слова не скажу.

— Ага, сейчас, — миролюбиво отозвался он, — пить, есть, писать, горячую ванну, чашечку кофе… Для того мы тебя сюда привезли, чтобы вокруг тебя бегать.

Оттого, что я начала говорить, в горле запершило еще больше, я закашлялась нарочно посильнее и даже сделала вид, что задыхаюсь.

— Сейчас отек Квинке начнется, — просипела я между приступами кашля, — запросто помереть могу. Вам это надо?

Бровастый злодей промолчал, но я поняла, что на него произвела впечатление незнакомая фамилия Квинке, потому что он крикнул что-то, и на зов явился здоровенный такой амбал со стаканом холодной воды. Я взяла в руки стакан и принюхалась: пахло ржавчиной и хлоркой.

— Это что — из-под крана, что ли? — брезгливо осведомилась я.

Главный бандит сверкнул на меня глазами из-под нависших бровей.

— Не зарывайся.

— И правда, Корень, что ты с ней возишься? — оживился амбал. — Я бы с ней за пять минут разобрался.

— Иди-иди, — прикрикнул бровастый, — ты-то разберешься за пять минут, да только она потом ничего не скажет…

Чтобы не показать виду, как я испугалась, я внимательно посмотрела на главного и поняла, что кличку Корень он получил из-за своего длинного носа. Действительно, нос напоминал корень какого-то растения — не то хрена, не то сельдерея… И если уж и дальше следовать огородной тематике, то глаза Корня казались тогда личинками какого-то сельскохозяйственного вредителя, вцепившимися в растение.

— Чем такую воду пить, лучше сразу гроб заказывать, — проворчала я, потом прополоскала рот и выплюнула воду на пол, все равно там была ужасная грязь.

— Насчет гроба могу устроить, — оживился мой мучитель, — и очень даже скоро. Хватит дурака валять, время дорого: где препарат?

— Какой еще препарат? — удивилась я. — Понятия не имею ни о каком препарате.

Как видно, бандит был человеком дела, не зря выбился в главные. Я даже не успела ничего сообразить как он шагнул ко мне и залепил такую оплеуху, что у меня клацнули зубы. Было очень больно и унизительно. Но усилием воли я взяла себя в руки. В моем положении нужно было сохранять абсолютное спокойствие, только так я могла выбраться из той передряги, в которую влипла по собственному легкомыслию.