Полярная станция - Мэтью Рейли

Военный корабль Wasp — флагманское судно корпуса морской пехоты США. Это один из семи десантно-вертолетных кораблей-доков корпуса, и он является военным центром любой крупной морской операции. Большинство случайных наблюдателей принимают его за авианосец.

Многие не знают, что морская пехота обладает сильной авиационной частью. Хотя она прежде всего используется для транспортировки военных сил, но также и как опора наземным наступательным отрядам. Для этой цели ее оснастили смертоносными штурмовыми вертолетами AH-1W «Кобра» — мгновенно опознаваемые благодаря вытянутой форме — и сконструированные в Британии (но модифицированные американцами) истребителями AV-8B Harrier II или, более известные под названием реактивные самолеты Harrier. Это единственные штурмовики в мире, способные взлетать и садится вертикально.

— Шофилд был пилотом Harrier на Wasp. He сомневаюсь, одним из лучших, — продолжал Райли. — он был в Боснии в 1995 во время наиболее тяжелых сражений, патрулируя в бесполетной зоне.

Гант внимательно наблюдала за Райли, пока он говорил. Рассказывая, он смотрел в никуда.

— Однажды, в конце 1995 года он был подбит сербской мобильной ракетной батареей, о которой ПНШ по разведке не сообщил. Я полагаю, впоследствии выяснилось, что это была атакующая команда из двух человек в небольшом разведывательном самолете с шестью зенитными управляемыми ракетами «Стингер».

— В любом случае, — сказал Умник. — Шофилду удалось катапультироваться за секунды до того, как «Стингеры» достигли цели. Он упал где-то на сербской территории.

Райли повернулся к Гант.

— Наш лейтенант выжил в течение девятнадцати дней в лесах Сербии — один — когда свыше сотни сербских солдат прочесывали лес и искали его. Когда они нашли его, он не ел уже десять дней.

— Они отвезли его в заброшенный деревенский дом и привязали к стулу. Потом они били его деревянной доской с торчащими из нее гвоздями и задавали вопросы. Почему он летел в этой зоне? Был ли он шпионом? Они хотели знать, какой информацией он обладал относительно расположения их сил, так как они думали, что с воздуха он оказывал поддержку американским силам, находящимся на территории Сербии.

— Американские силы были на территории Сербии? — спросила Гант.

Райли молча кивнул.

— Два отряда спецназа ВМС находились там. Совершая секретные удары по центральным позициям сербского военного командования. Им удалось посеять хаос среди сербов, абсолютный хаос. Они появлялись и исчезали прежде, чем кто-либо мог обнаружить их существование. Они появлялись, резали глотки своим жертвам и растворялись в ночи. Некоторые из местных начали поговаривать, что это призраки, преследующие их за то, что они делают со своим народом.

— Страшила знал об этом? О том, что отряды спецназа ВМС находились на территории Сербии? — спросила Гант.

Какое-то мгновение Райли молчал. Затем он сказал:

— Да. Официально, Шофилд патрулировал бесполетную зону. Неофициально, он посылал координаты деревенских домов, где располагалось сербское командование отрядам спецназа на земле. В любом случае, это не имело значения. Он не сказал ни слова.

Гант пристально смотрела на Райли. Он сделал глубокий вздох. Как будто готовился сказать что-то важное.

— Сербы решили, что Шофилд был разведчиком отрядов спецназа ВМС — определял местонахождение стратегических объектов с воздуха и передавал их координаты на землю. Они решили, что раз он видел то, что не должен был видеть, они вырежут ему глаза.

— Что? — сказал Гант.

— Они извлекли бритвенное лезвие и стали насильно удерживать его. Затем один из них вышел вперед и медленно провел лезвием две вертикальные линии по глазам Шофилда, Очевидно, как только он сделал это, этот человек процитировал отрывок из Библии. Что-то о том, что если твоя рука согрешила, отрежь ее, если твои глаза согрешили, вырежи их.

Гант почувствовала тошноту. Они ослепили Шофилда.

— Что они сделал потом? — спросила она.

— Они заперли его в шкафу и оставили истекать кровьвю.

Гант была в ужасе.

— Как же он выбрался?

— Джек Уолш послал разведподразделение за ним, — сказал Райли.

Гант насторожилась, когда услышала это имя. Каждый морской пехотинец знал капитана Джона Т. Уолша. Он был капитаном Wasp, наиболее почитаемым членом корпуса морской пехоты.

Некоторые думали, что он должен был быть командующим — высшее звание корпуса морской пехоты США, но презрение Уолша к политике в любом ее проявлении помешало этому. Командующий должен регулярно поддерживать связь с членами Конгресса, и всем было известно — Уолшу в большей степени, чем кому-либо другому — что Джек Уолш не вынесет этого. Кроме того, Уолш заявил, что он лучше будет командовать Wasp и поддерживать контакт с солдатами. Морские пехотинцы любили его за это.

Райли продолжал:

— Когда Скотт О'Гради спасся из Боснии 8 июня 1995 года, он попал на обложку журнала «Time». Была организована торжественная встреча с президентом. Он сделал все, чтобы об этом стало известно.

— Когда Шейн Шофилд спасся из Боснии пятью месяцами позже, никто об этом даже не слышал. Не было никаких телевизионных камер, ожидающих того, чтобы запечатлеть, как он выходит из вертолета. Никаких газетных корреспондентов, чтобы узнать его историю. Ты понимаешь почему?

— Почему?

— Когда Шейн Шофилд приземлился на Wasp после того, как отряд морских пехотинцев США вытащил его из того деревенского дома в Боснии, он выглядел так, что страшнее в своей жизни ты ничего и никогда не видела.

— Спасательная операция была кровавой. Жаркой, как ад. Сербы не хотели отдавать доставшегося им американского пилота и поэтому жестоко боролись. Когда вертолет приземлился на взлетно-посадочную полосу Wasp, на борту находились четверо серьезно раненых морских пехотинца. И Шофилд.

— Врачи и экипаж поддержки быстро забрали всех с самолета. Кровь была повсюду, раненые кричали. Шофилда унесли на носилках. Кровь струилась из обоих глаз. Спасательная операция была настолько быстрой — настолько тяжелой — ни у кого не было возможности даже наложить ему повязку на глаза.

Райли замолчал. Гант пристально смотрела на него.

— Что было потом? — спросила она.

— Джек Уолш чуть не разнес Белый Дом и Пентагон. Они не хотели, чтобы он посылал кого-либо за Шофилдом, потому что не предполагалось, что он там находится. Белый Дом не хотел политического скандала, который последует за американской поисково-спасательной операцией по обнаружению сбитого шпионского самолета.

— Что со Страшилой? Что стало с ним?

— Он ослеп. Его глаза были порваны на куски. Его отвезли в госпиталь университета Джона Хопкинса, штат Мэриленд. Там работают лучшие глазные хирурги в стране.

— И?

— Они вылечили его глаза. Не спрашивай меня как, потому что я не знаю как. Похоже, порезы лезвия бритвы были достаточно неглубокими, поэтому сетчатка глаз не была затронута. Была сильно повреждена внешняя часть глаз — радужная оболочка и зрачки. Чисто физические повреждения, сказали они. То, что можно было восстановить. — Райли покачал головой. — Я не знаю, что они сделали — какая-то новая процедура с использованием лазера, я что-то слышал об этом — но им удалось, удалось вылечить его глаза. Черт возьми, все, что мне известно — это то, что если ты можешь себе это позволить — а в случае со Страшилой, корпус мог себе это позволить — можно спокойно обходиться без очков.

— Конечно, на коже все еше оставались шрамы, но все равно, им это удалось. Шофилд снова мог видеть. И зрение осталось нормальным, — Райли сделал паузу. — Была только одна проблема.

— Какая?

— Корпус больше не разрешил ему летать, — сказал Райли. — Это стандартное правило во всех вооруженных силах: если ты получил любую глазную травму, ты не можешь управлять военным самолетом. Черт, даже если ты всего лишь носишь очки для чтения, тебе не позволят управлять военным самолетом.

— И что Страшила стал делать?

Райли улыбнулся.

— Он решил служить в линейных частях морской пехоты. Уже будучи летчиком, он стал офицером, поэтому сохранил свое звание. Но это было единственное, что ему удалось сохранить. Ему пришлось все начинать сначала. С поста командующего лейтенанта воздушных сил он мгновенно опустился до звания лейтенанта второго класса пехоты.

— Он вернулся в школу. Школу основной специальной подготовки в Квантико. И прошел все курсы, предлагаемые там. Он изучил курс тактического оружия. Планирование стратегии. Малокалиберное оружие. Курс разведчика/снайпера. Все что угодно, он изучил все. Он сказал, что хочет быть как эти люди, которые вытащили его из Боснии. Он хотел уметь делать то, что они сделали для него.

Райли пожал плечами.

— Как ты возможно догадываешься, недолгое время он оставался незамеченным. Он был слишком умен, чтобы долго оставаться младшим лейтенантом. Через несколько месяцев его повысили до лейтенанта и вскоре предложили командовать разведподразделением. Он согласился. Это было почти два года назад.