Две Ольги Чеховы. Две судьбы. Книга 2. Ольга Константиновна - Татьяна Васильевна Бронзова

– Да. У меня есть этот опыт. Но русский кинематограф находится еще только в самом зачатке.

– Как вы думаете, Эрих, – обратился мужчина к Поммеру. – А не попробовать ли нам эту молодую ученицу Станиславского на роль хозяйки замка?

– Почему бы и нет? – тут же согласился продюсер. – Ах да, – всполошился он. – Позвольте представить вам молодого, но уже очень известного немецкого режиссера Фридриха Мурнау. Видели его фильмы?

– Простите, нет, – растерялась Ольга. – Откуда? Ведь я только что прибыла из Советской России.

– Это ничего, что не видели, – улыбнулся ей режиссер. – Значит, у вас всё впереди.

– Фридрих сейчас готовится к съемкам детективного фильма «Замок Фогельод» на моей студии. А главной героини у нас до сих пор нет. Вы не против завтра попробоваться?

Ольге сразу захотелось закричать «Конечно!!!» и броситься на радостях ему на шею, но она сдержалась и произнесла с достоинством:

– Завтра я, к сожалению, не смогу, но вот послезавтра – в любое время.

– Договорились. Послезавтра, – тут же согласился продюсер.

– Почему не завтра? – удивилась Лора, когда они отошли от киношников на достаточное расстояние.

– Завтра я пойду в кинотеатры. Я должна посмотреть немецкие фильмы. Должна понять жесты, разобраться в том, как быть более естественной, понимаешь? И еще надо где-нибудь найти хоть один фильм этого Мурнау. Это очень важно!

– И искать не надо, – улыбнулся граф Соколовский. – Его фильм о вампирах «Носферату. Симфония ужаса» недавно вышел на экраны и имеет бешеный успех. Идет почти везде.

– Так это его фильм? – воскликнула Ольга. – Я видела рекламу в городе. Завтра же иду смотреть!

– И я с тобой! – воскликнула Лора.

– Но ведь мы с тобой его уже видели? – удивился граф.

– Ну и что? Посмотрю еще раз.

– Ты настоящая подруга, – сжала ее запястье Оля.

⁂

Режиссер Мурнау ждал Ольгу с нетерпением. Декорации к фильму уже были почти готовы, актеры на все роли найдены, и только главной героини все еще не было. Многие пробовались, но всё что-то было не то. Хотелось какое-то новое лицо, новые эмоции, и вот оно… Ольга Чехова! Актриса Художественного театра. Ученица самого Станиславского, школой которого уже бредят многие режиссеры и актеры. Красивая, женственная…

Ольга была точна. Ровно в девять утра она вошла в павильон.

– Вчера видела ваш фильм о вампирах, – сразу же сообщила она после того, как поздоровалась и Мурнау галантно поцеловал ей руку. – Страху натерпелась! Очень талантливо. Еле попала на сеанс, между прочим.

– Приятно слышать, – улыбнулся ей Фридрих.

Девушка ему очень нравилась. Нравилось в ней всё: и то, как она выглядела, и то, как говорила, и то, как небрежно поправляла прядь своих коротких волос, падающих ей на лицо…

– Надеюсь, в этом вашем фильме не будет так много крови, – засмеялась «актриса Станиславского», и ее смех тоже был прекрасен.

– Сейчас вам принесут сценарий, – тут же засуетился режиссер. – Фрау Эльза…

– Не надо сценарий, – испугалась Ольга.

Она умела говорить по-немецки, так как родители учили ее этому с детства, но читать… Как пишутся те слова, что она произносила, она не знала.

– У меня на пробах будет партнер? – спросила она, уводя разговор о прочтении сценария в сторону.

– Да. Пауль Хартман.

– Отлично. Просто дайте мне задачу, чего я должна от него добиться. Ах да! Может, это он от меня что-то будет хотеть? – рассмеялась она. – Давайте сделаем это этюдно. Именно так нас учил Станиславский правильно и естественно выражать свои эмоции.

Этому учил ее, конечно же, не Станиславский, а бывший муж, Михаил Чехов, в то время, когда она играла у него в «Сороконожке», но, в конце концов, какая сейчас разница?

– Очень интересно, – отвечает режиссер. – Давайте попробуем так, как вас учил Станиславский.

Мурнау был уже весь во власти чаровницы. Рядом с ней даже театральный актер Хартман начал играть по-другому. Все-таки бывший муж успел ее кое-чему научить. Пробы прошли блистательно.

– Если бы у вас не было такого чудовищного акцента, фрейлейн, я непременно бы рекомендовал вас в наш театр, – говорит Хартман, восхищенный и красотой, и игрой своей партнерши.

– О, это вопрос времени, – мило улыбается ему Ольга.

«Необходимо немедленно взять педагога», – тут же решает она.

Ольга Чехова утверждается на главную роль. Лед тронулся! Берлин был взят!

Глава восьмая

Качаловская группа между тем колесила по югу России. Осенью 1919 года, отплыв из еще пока безопасного Крыма, они совсем ничего не знали о разгроме войска Колчака на востоке, не знали о провале армии Юденича на севере и отступлении войск Деникина, которого Красная армия разбила под Тулой. Ничего не ведая об этом, актеры с успехом выступили со своими спектаклями в Новороссийске и двинулись в Ростов. Ехали в теплушках. Никакого комфорта. Но их это уже не пугало. Задавала тон Ольга Леонардовна. Она спокойно ставила перед собой чемодан, стелила на него белоснежную салфетку, зажигала свечу в стеклянном подсвечнике, раскрывала книгу в сафьяновом переплете и читала. Казалось, что она находится в какой-то изящной гостиной. Это всех подстегивало к тому, чтобы не опускаться и достойно вести себя даже в тех условиях, в которых им теперь приходилось перемещаться и жить. Поезд прибыл в Ростов глубокой ночью. То, что их не встречал антрепренер Леонидов, выехавший сюда раньше них для организации гастролей в этом городе, никого не удивило. Ведь поезда не имели точного расписания. А вот то, что на вокзале оказался всего один грузчик, удивило страшно.

– У нас много вещей, – разволновался Берсенев. – Где еще грузчики?

– Домой ушли. Ночной-то у нас здесь только ваш.

– О боже! Так ведь он стоит только пятнадцать минут, – воскликнул Берсенев. – Давайте быстрее!

Актерам и другим работникам группы пришлось помогать выгружать тюки и сундуки с декорациями, реквизитом и костюмами. Вещи выбрасывали из вагона прямо на платформу. А от здания вокзала к ним уже спешил начальник станции.

– Господа, кто тут у вас администратор?

– Иван Николаевич, тут вас спрашивают, – крикнул актер Александров находящемуся внутри вагона Берсеневу.

– Пусть подождут! – отозвался тот.

В то время как все помогали выгружать вещи, директор Сергей Львович Бертенсон стоял рядом с вагоном в своем элегантном пальто, белых перчатках и руководил.

– Аккуратней обращайтесь с корзинами, господа, – недовольно говорил он актерам, принимающим багаж на платформе. – Не кидайте их. Там же дорогие костюмы!

Но вот наконец все было выгружено, Берсенев спрыгнул с подножки вагона на перрон и взглянул на часы. До отхода поезда оставалось две минуты. Успели!

– Кто тут меня спрашивал? – отряхиваясь от пыли и еще тяжело дыша, проговорил он, но, увидев человека