Причуды любви - Джейн Фэйзер

Ратерфорд вернулся на прежнее место, собираясь дождаться Мерри. Солдаты привыкли часами лежать в засаде и терпеть неудобства. Но время шло, плечи Ратерфорда сильно затекли, а рана разболелась. Хотя была середина лета, трава промокла от росы, и одежда Дэмиена отсырела. Но холод был ничто по сравнению с той тревогой, которая с каждой минутой все больше его донимала. Он напрягал слух, боясь услышать шум битвы, то и дело поглядывал на небо, не поредела ли тьма, не показались ли на горизонте первые лучи солнца. Доставка груза потребовала довольно долгого времени, если только он не ошибся и возвратившаяся другой дорогой Мередит давно уже спит в теплой постели. Но если это правда.

Лорд Ратерфорд, дрожащий от страха за проклятую девчонку, поклялся, что Мерри Трелони заплатит за все собственной шкурой. Он уже отчаялся дождаться ее и хотел было вернуться, когда снизу донесся тихий свист. Вытянув шею, он узрел знакомую стройную фигурку. Сунув руки в карманы штанов, она подбрасывала ногами песок и беззаботно, хотя и фальшиво, насвистывала какую-то мелодию. Лорд Ратерфорд ощутил облегчение, смешанное с яростью. Да как она смеет вести себя так беззаботно, когда он тут замерзал и мучился неизвестностью!

Она внезапно закружилась в танце и, тихо смеясь, подкинула в воздух шапочку. Гнев Дэмиена тут же улегся, сменившись восхищением и чем-то вроде зависти. Он тоже познал чудесное чувство избавления от опасности, сознания на совесть сделанной работы, заслуженного покоя и облегчения.

Потребовалась вся знаменитая выдержка лорда Ратерфорда, чтобы удержаться и не окликнуть Мерри, не погасить светлую радость молодой женщины, так и бьющую через край.

На душе у Мерри действительно было легко. Плоды ее трудов распирали кожаный кисет в потайном кармане. Завтра она разделит добычу, и Барт позаботился, чтобы все получили поровну. Контрабандисты единодушно согласились сделать в следующем месяце две ходки. Первую партию товара доставят в «Орел и дитя» в Фауи. Если все пройдет хорошо, можно и дальше действовать в таком духе.

Все еще насвистывая, она вытащила из пещеры метлу и принялась подметать песок, уничтожая следы людей и животных. Ненужная предосторожность, но береженого Бог бережет.

Вскоре Мерри Трелони исчезла за огромным валуном, и тишину нарушали только шум прибоя и крики чаек. Кто посмел бы сказать, что Пенденнис служит убежищем главаря контрабандистов?

Дэмиен, морщась от боли в ногах, встал. Что ж, пока она в безопасности, и можно со спокойным сердцем вернуться к себе. Однако неизвестно, сколько еще таких ночей он способен вынести в молчании. За долгие часы своего бдения он немного по-другому взглянул на ошеломляющее открытие, сделанное при виде изящной стройной фигурки, оседлавшей нагруженного контрабандой пони. То, что началось как забавная игра, подстегиваемая желанием отомстить за насмешки, приобрело поистине серьезный оборот. Он влюбился, впервые за свои тридцать лет, причем в самое странное на свете создание, совершенно неподходящее для столь нежных чувств. Нетрудно представить реакцию матери и страдающего подагрой герцога, когда они узнают все. Но как ни странно, мысль об этом вызвала только улыбку. Одно было ясно. Если он и сумеет ввести обедневшую корноульскую вдову в лоно семьи, ни о каких контрабандистках не может быть и речи. Придется любым способом убедить Мерри Трелони стать законопослушной гражданкой.

В следующий раз они встретились всего через шесть часов. Колокола церкви Святого Иакова весело звенели, призывая верующих и не очень к утренней службе. Только умирающим и прикованным к постели дозволялось пропустить это важное событие в деревенской жизни, и Дэмиен после трехчасового крепкого сна, плотного завтрака и каждодневного массажа мчался по полям, разрываемый желанием увидеть Мередит и тоской при мысли о той роли, которую она будет играть в присутствии посторонних; окруженная семьей скорбящая вдова.

Мередит в сопровождении братьев стояла у ворот, погруженная в беседу с престарелой четой, в которых Дэмиен узнал адмирала и леди Питершем. Привязав Сарацина к ограде и сняв перчатки, он направился к компании.

— А, лорд Ратерфорд! — приветствовала леди Питершем с рассеянной улыбкой.

— Доброе утро, Ратерфорд! — прогремел тугоухий адмирал, прикладывая ладонь к уху, чтобы расслышать ответ.

— Доброе утро.

Ратерфорд почтительно поклонился, прежде чем обернуться к Мерри.

— Мадам, ваш покорный слуга.

— О Господи, лорд Ратерфорд! Вы оказываете мне слишком большую честь, — протрещала Мередит, пытаясь одновременно протянуть руку, присесть и не уронить молитвенник.

К сожалению, это ей не удалось. Молитвенник полетел на землю, и Дэмиен с бесстрастным видом наклонился, чтобы его поднять. Вручая ей книгу, он встретил полный лукавства взгляд. Его светлость решил при первом же удобном моменте известить, что если она ищет в нем союзника в той недостойной игре, которую ведет с соседями, с ним ей придется быть скрупулезно честной.

Почти невежливо оборвав поток благодарностей, он повернулся к мальчикам, не обращавшим никакого внимания на выходки сестры. Хьюго, скромно одетый, держался, как всегда, чинно и сдержанно. Тео выглядел спокойным и смирившимся с необходимостью просидеть битый час в церкви, и только физиономия Роба, подозрительно невинная, наводила на мысли о какой-то очередной выходке, что подтверждалось едва подавляемым возбуждением в фамильных глазах Трелони.

Колокольный звон затих, и прихожане потянулись к тяжелым дубовым дверям. Мистер Грэм, церковный служка, был известен своим пристрастием к пунктуальности, и только отчаянный храбрец мог прокрасться в церковь после того, как двери закрывались.

Дэмиен шагал рядом с семейством Трелони, не сводя глаз с самого младшего. Как только они взошли на крыльцо. Роб сунул руку в задний карман, который как по волшебству ожил. Рука Ратерфорда сжала плечо мальчика.

— Вынь-ка поскорее, друг мой, что бы там ни лежало, до того как мы войдем внутрь.

Мередит повернулась, окинув их растерянным взором, и раздраженно поморщилась при виде виноватой мордашки брата.

— Ну, что на этот раз?

Поняв, что надежды не остается. Роб извлек из куртки крошечную полевую мышь и под неумолимыми взглядами старших выпустил несчастное создание в траву.

— Это все? — резко осведомилась сестра и, дождавшись обескураженного кивка, толкнула брата к дверям.

Заиграл орган, мистер Грэм нетерпеливо поморщился, так что Мерри успела лишь обменяться понимающими кивками с Ратерфордом, прежде чем поспешить к местам Блейков, где решительно поместила Роба между собой и стеной. Лорд Ратерфорд последовал за помощником старосты к местам Мэллори.