Граф, я против этого брака! - Кристина Миляева

что? — ехидно оскалилась ведьма похлеще любого матерого волчары. — Ты ведь сегодня утром нарушил собственное слово. И вместо того, чтобы честно мне все рассказать, пытался играть внесознанку. Расслабьтесь ваша светлость. Вам будет так приятно, что про собственные не могу, даже не вспомните! Значит, тебе можно меня вылизывать с ног до головы, доводить до оргазма и наслаждаться моими стонами. А мне тебе отсосать ни в коем случае… Знаешь, как-то нечестно выходит. Не считаешь?

— Это другое! — прорычал я с легкой паникой в голосе.

— Конечно-конечно, совсем другое, — заверила она меня и, не дожидаясь новых протестов, наклонилась, убирая хвост и резко насаживаясь на мой член своим ртом.

Воздух со свистом вылетел сквозь плотно стиснутые зубы, и я едва не заревел от резкого притока новых ощущений. Из моей пасти вырвался полупридушенный рык, и я дернулся так, что проклятой ведьме с трудом удалось удержать на моих бедрах. Мягкий и теплый рот обволакивал головку со всех сторон. Она нежно, едва ощутимо посасывала ее, как конфетку. Ее голова ритмично двигалась в неспешном темпе, опускаясь и поднимаясь. Язычок проворно скользил по венам обрисовывая их и дразня пуще прежнего. Миленькие розовые губки усердно растягивались на моем стоящем колом члене, а юркий язычок ласкал небольшое отверстие на головке.

Мой хвост нервно задергался из стороны в сторону, начиная бешено колотить по мягкому матрацу. Мне на самом деле показалось, что даже без этого единственного жеста, который выдавал меня с головой, Кариса поняла, что со мной происходит. Хотя это и не удивительно, в отличие от меня она большую половину жизни не просидела запертой в замке в облике чудовища. Напротив, яркая, шумная ведьма, манящая каждого, кто готов был ей любоваться. В постельных утехах она точно побольше моего смыслила.

Упершись передними лапами в матрац позади себя, я стиснул зубы и едва не завыл от переизбытка ощущений. Оставляв на нем глубокие борозды, со скрипом вдавливал когти в ни в чем неповинную тряпку и млел под страстными и умелыми движениями гостеприимно распахнутого рта. Мое личное наказание постепенно ускоряла темп, и брала все глубже. Мне в один момент даже показалась, что она сейчас задохнется. Словно я толкался ей в самое горло, хотя, оно так могло в действительности и происходить. Чему ее там драконова ведьма учила, ума не приложил бы. По слухам, у той вообще в любовниках сразу два дракона были, еще и перевертыша.

Не сдержавшись, я громко зарычал, борясь с подкатывающим к нутру чем-то горячим и влажным. По телу прошла волна судороги и я, откинув голову все же позволил себе толкнуться внутрь горячего рта. Каким чудом смог продержаться еще пару минут, не смог бы сказать даже под пытками. Но все же, теснота и теплота ведьмовского ротика победила, и я с протяжным рычанием кончил. Кариса с довольной улыбкой приподняла голову и облизнулась. По ее подбородку стекала тоненькая струйка густой белой жидкости, которую она с наслаждением собрала пальцами, которые обсосала с пошлым, чмокающим звуком.

Я устало откинулся на гору подушек позади себя и стыдливо прикрыл сияющие глаза, не желая видеть этого разврата в ее исполнения. Кариса вытерла лицо и еще раз облизнув губы, медленно и соблазнительно скользнула по моему телу обратно вверх, давая почувствовать насколько мокрой она была снизу. Резко распахнув глаза, я попытался взять себя в руки. Но выходило до ужаса плоха. Она вышибла все мысли из моей головы и растеребила давно позабытые чувства.

— Ты конченная извращенка, — пробормотал я, не желая открывать глаза и встречаться с ней взглядом. — Такое творить без зазрения совести…

— Неправда, — обиженно прошептало мое личное наказание. — Я самая обычная ведьма. Причем даже без магического дара. Так, пустая оболочка, которую украшает одна интересная печать, которую мне с такой любовью нанес родной отец. Так что, можешь считать меня кем угодно…

— И это тебя не оправдывает, — я вздрогнул, ощутив, как ее губы оставляют на моем носу очередной влажный поцелуй. — Ты определенно хочешь свести меня с ума, и похоронить под ближайшим кустом, тем самым избавив страну от темного канцлера.

— Да, — весело согласилась она. — Я хочу, чтобы один вредный, обидчивый, капризный и немного трусливый мужик взял себя в руки и как следует меня трахнул, чтобы чертова печать окончательно сломалась, и мы оба оказались расколдованными. Смотри, она уже практически померкла. Напоминает серую кляксу.

— Кого я согласился взять в свой замок? — я снова закрыл глаза, не в силах выносить ее пристального взгляда. — И от чего мне спокойно не жилось?

— Если я проснусь, и тебя снова не окажется рядом, я найду тебя… — прежде чем погрузиться в сон, пробормотала ведьма. — И тогда твоей пушистой заднице очень сильно не поздоровится.

— И что же ты мне сделаешь, маленькая извращенка? — тихо усмехнулся я.

— Изнасилую, — сонно пообещала та мне, зевнув и окончательно провалившись в сон.

— Ты можешь, — рассматривая расслабленные черты, пробормотал я.

И снова Кариса провалилась в глубокий сон, начав тянуть с меня магию. На этот раз она спала спокойно, без придыханий и стонов. Девушка лежала на моей широкой мохнатой груди, укутанная моим теплом, и ощущала на спине приятную тяжесть моей лапы и пушистый хвост, прикрывающий голую задницу. Во сне ведьма то и дело крепко обнимала меня за мех, по-видимому, опасаясь, что я снова сбегу от нее и не оставлю даже записки. Я же с нежностью перебирал ее спутанные пряди, любуясь их блеском в лучах прорезавшегося солнца.

Это чудо неожиданно появившиеся в моей жизни ломало всю привычную картину мира. Она не боялась меня, напротив липла, как банный лист к голой заднице. Вот только отодрать ее и выкинуть не хотелось. Кариса дарила какой-то покой и умиротворение, словно одним своим присутствием позволяла мне находить в себе силы жить дальше. И тем страшнее было от осознания того, что это счастье не вечно. Ей не нужен был брак, я или кто-то другой. У ведьмы, будущей главы Альянса, был свой путь. По которому она следовала с высоко поднятой головой и без зазрения совести сметала все на своем пути.

Глава 11. Новое и старое

Когда первые солнечные лучи осветили комнату, окрасив ее в розовый цвет, я с тоской поняла, что Накануар все еще не сомкнул глаз и пристально наблюдал за каждым моим вздохом. Я проснулась спустя час после очередной попытки сломать печать и тихо лежала, думая над тем, как же повернуть все в свою пользу, пока выходило не особо хорошо. Я