Граф, я против этого брака! - Кристина Миляева

от нее достаточно сложно отказаться. Наверное, будь у меня на несколько вариантов больше, я бы так сильно не переживала, но их, к сожалению, слишком ограниченное количество. И каждый последующий вариант намного хуже предыдущего. Так что заколдованный наставницей мужик, не такая плохая альтернатива, если посудить.

Отмахнувшись от дурацких мыслей, я позволила себе понежиться в горячей воде. Полчаса спустя, я, наконец-то, с огромной неохотой вылезла из остывшей воды, вытерлась насухо пушистым полотенцем и надела уже готовую, аккуратно сложенную нижнюю сорочку, которая лежала на столике рядом с умывальником. Ограничившись лишь полупрозрачной тканью, которая мгновенно облепила влажное тело, я все же решила, что до гостиной стоило прогуляться. Секс и бурная ночка, конечно, хорошо, но без еды, даже я могла загнуться. Все же меня за спасение приемного сына боги не прокляли бессмертием. Как некоторых…

Да и как дополнительный стимул, я не теряла надежды застать там своего неуловимого любовника, который обещал больше не сбегать. Головой я понимала, что творю неведомую дичь, которая вообще-то не свойственна будущей главе Альянса, но это головой… По дороге я сердито бубнила себе под нос что-то о капризных и непостоянных заколдованных графах, которые сбегают при каждом удобном случае. Со стороны данный монолог казался нерациональным и не зрелым, так что я впервые порадовалась тому, что других людей тут не было. Лишь магический замок и парочка призраков, которые шлялись за мной уже с неделю и думали, что я их не чую.

Сейчас не время и не место распускать нюни и сидеть жалея себя и наматывая сопли на кулак. Моя судьба только в моих руках и если я хотела добиться чего-то в этом мире, то обязана была пробивать головой любые стены. Преодоление препятствий и способность огрызаться даже в самой патовой ситуации — отличительные черты тех, кому суждено стать главами Альянса. И я не собиралась падать в грязь лицом и позорить свой род. Коли боги так захотели, то кто я такая, чтобы разочаровывать их и лишать подобного зрелища. Судьбы невидимые нити связывали наши жизни в причудливый клубок проблем и неурядиц, преодолевая которые мы становимся на шаг ближе к той цели, которую поставили перед собой.

Недолго думая, я толкнула двери в гостиную и обшарил всю комнату недовольным взглядом. Объект моих тщетных поисков оказался не в зоне видимости. Так что настроение поползло резко в низ и на личике появилась недовольная гримаса. Я нахмурилась еще сильнее, когда поняла, что кроме наглых призраков рядом со мной вообще отсутствуют какие-либо источники магии. Что мне делать в подобной ситуации, я не знала. Замок был необъятен… И был ли вообще смысл лезть из кожи вон, чтобы отыскать его хозяина? Не считая легкого магического зуда под кожей, других проблем я не ощущала.

Да и на поиски потребуется несколько дней. И была огромная вероятность того, что пока я обыскиваю одну половину, Никануар уже перемещается в другую. К тому же как бы я не хотела в этом признаваться, но заколдованный дом еще сильнее ограничивал и без того калечную магию и притуплял чувства. И если этот чертов граф вздумал спрятаться от меня и носа ни казать, я с этим не могла ничего поделать… Отыскать его не смогу даже при всем своем страстном желании продолжить терапию.

Удивительно, но по какой-то необъяснимой для себя причине, я не чувствовала отвращения или какого-то пренебрежения. Наоборот, мне казалось, что мы прекрасно понимали друг друга. Накануар, казался некой условной единицей, способной вытерпеть все мои залетные мыслишки и дурной нрав. Точнее именно этим он и занимался. Ни у каждого хватило бы смелости пригласить в свой дом ведьму и потом просто наблюдать за тем, как она переворачивала устоявшуюся жизнь с ног на голову и превращала все в цирковое представление с клоунами и шутами. На такой поступок требовалось недюжинное желание и сила духа.

Я невольно скривила губки, вспомнив, как застенчив и даже немного робок был мой неожиданный любовник несколькими часами ранее. Потом правда разошелся и очень даже неплохо… Но первые порывы нежности действительно выдавали в нем девственника. Неужели этот великовозрастный ребенок теперь отсиживался где-нибудь, пытаясь побороть смущение? Да ну… Вряд ли! Все же он цельный темный канцлер, держащий всю страну в священном ужасе и трепете, он на такие проявления эмоций был попросту не способен. Но мне бы хотелось узнать, при своей бытности человеком Накануар был таким же? Или это несколько десятилетий затворничества и смерть от магической змеи двух бывших жен сделали его таким?

Ответом на все мои вопросы в очередной раз стала гнетущая тишина. Она раздражала и заставляла воздух вокруг меня вибрировать с натуги. Магия все так же пыталась пробить магический барьер, но на это пока не хватала силенок. Я нервно топнула и села в кресло. На столе в одно мгновение появился сытный обед, которым я собиралась заесть собственное горе, даже несмотря на отсутствие хозяина замка. Пусть и дальше сидит в своей норе и баюкает покалеченную гордость, я его сразу предупреждала, со мной связываться себе дороже. Но коли пригрел на груди, будь добр нести ответственность!

Плотно пообедав и закусив горе вкусным вишневым пирогом, я села прямо на полу на шкуру. Возле камина было тепло и уютно, так что я могла не бояться замерзнуть в одной ночной сорочке. Практически не мигающим взглядом я уставилась на пляшущие языки алого пламени и попыталась вспомнить, как призвать наставницу. Вот только все мои мысли то и дело возвращались к чертовому графу, который так и не объявился. Я сердито зашипела и попыталась выкинуть глупые мысли из головы. Мне только проблем лишних не хватало.

Если так подумать, то проблема лежала даже не с той плоскости, в которой я пыталась накрутить себя до истерики. Нет… Совершенно точно, тут вопрос даже был не в том, способна ли я адекватно оценивать происходящее со мной. Точнее, лишь частично решаемые проблемы, все еще оставались проблемами. Точно так же, как печать на моем животе свидетельствовала о том, что пока отец был на несколько шагов вперед и я никак не могла отомстить ему. Прощение не мой путь! К тому же он на самом деле заслуживал всех кар небесных и проклятий на свою голову, ибо такого родителя и врагу нельзя было желать.

Что уж говорить про само мое существование на этом белом свете. Если бы не печать, скорее всего его бы уже не было в живых. Все же моя сущность иногда