Замуж за чудовище, или Хозяйка драконьего замка (СИ) - Лена Хейди

касания к моей руке. Словно он распечатал мой магический дар и успел без спроса черпнуть из него энергию, от которой чувствовал себя сейчас опьянённым.

Его движения стали вальяжными и неуклюжими, а язык начал заплетаться.

– Как в дела в Сита... Цита... дели? – икнул Грегори.

– Стабильно, – ледяным тоном отозвался Габриэль.

– Стабильно хорошо или стабильно плохо? – король не просто хохотнул, а даже хрюкнул.

– Без изменений, – не захотел вдаваться в подробности мой супруг.

– Я слышал, у тебя там сущности шалят. Побеги устраивают, – махнул вилкой Грегори.

– Пытаются. Но всё под контролем, – ответил Габриэль.

– Кстати, а ты знаешь, что тот замок – не первая тюрьма для магов из Чёрной долины? – загадочно улыбнулся король.

– Что? – опешил Габриэль.

– Твоя Цитадель – не первая. Изначальная была прямо здесь. Тардион – это Цитадель номер один. Не знал? – хохотнул Грегори, наслаждаясь произведённым эффектом.

– Здесь что, осталось хранилище с сущностями? – потрясённо уточнил мой супруг.

– Говорят, всё вывезли в замок на скале. Туда, где ты сейчас каждый день развлекаешься, – криво усмехнулся король.

– Никогда об этом не слышал, – честно признался Габриэль.

– Думаешь, просто так именно ты Страж Цитадели? – фыркнул кузен. – Ты, можно сказать, уже родился в этой должности. Она у тебя семейная. Именно твои предки замутили всю эту идею с тем, чтобы заключать опасных магов в кристаллы и складировать у себя в подвале.

– Наши предки, – сдержанно поправил его  Габриэль.

– Ну да, точно, – снова махнул вилкой король и почему-то поморщился.

– И где именно находилось хранилище в Тардионе? – уточнил мой супруг. – В подвале?

– Откуда мне знать? – развёл руками монарх. – Это же твоё гнездо, не моё. Я тебе про дворец всё, что хочешь могу рассказать. А Тардион – это твой замок. Так что советую тщательнее присматривать за своей супругой-феечкой, чтобы она не напоролась на какую-нибудь сущность. Вдруг при перевозке кого-то забыли?

– Спасибо за совет, ваше величество, – отозвался Габриэль. На его скулах ходили желваки.

– На здоровье, – почти равнодушно ответил Грегори. – Кстати, вижу, ваш охранный контур немного поблек. Надо подновить, – взмахнул он рукой.

– Не надо! – крикнул Габриэль, но было поздно.

По стенам и окнам проплыла медленная огненная волна, словно сжигающая защитный купол.

– Вот, так гораздо лучше, – ухмыльнулся король.

Мне безумно захотелось пристукнуть его ближайшей сковородкой.

Не успела моргнуть, как в монарха полетела посуда...

Глава 42. Арнифей

Арина

– Ого, вот это прыть! – восхитился король.

Вся летящая в него посуда, включая несколько сковородок, напоролась на невидимый защитный экран и, к моей досаде, посыпалась на пол. К счастью, ничего не разбилось.

А стоявшие у двери королевские охранники метнулись на защиту монарха, только опоздали: к тому времени, как они подскочили к Грегори, все метательные снаряды уже лежали на полу.

Парни, как по команде, развернулись в мою сторону, ожидая приказа короля схватить бунтарку, которая посмела организовать покушение на монарха. Они понимали, что для этого им придётся сразиться с бешеной мантикорой, поэтому нервно дёргали кадыками и мысленно прощались с жизнью.

Но правитель был весел, немного пьян от переполняющей его энергии и бодро размахивал вилкой:

– Ну ты даёшь, шальная фиалка! Только обрела силу, как уже перемещаешь такой объём. Все эти кастрюльки – они же тяжёлые, но ты метнула их, как пушинку. Присматривай за ней получше, Риэль.

– Я постараюсь, – отозвался озадаченный увиденным супруг.

Габриэль смотрел на меня так, словно у меня выросли крылья.

– Что ж, приятно было с вами пообщаться, дорогие родственники, – король поднялся из-за стола.

В его голосе проскальзывал сарказм, и было ясно, что он ничего не забыл: ни того, что я не пускала его на порог, ни нападения мантикоры, ни летящих в его голову сковородок.

Но в общем и целом чувствовалось, что он очень доволен.

Не знаю, зачем он приходил на самом деле, но свою задумку он выполнил, да ещё немало энергии от меня отхватил.

– Не забудь забрать свадебные подарки из дворца, – напомнил кузену Грегори, помахал нам на прощание рукой, хохотнул и вышел, не дожидаясь от нас никаких поклонов.

Вся его свита и охранники потянулись за ним, радуясь, что наконец-то могут покинуть жилище опасной мантикоры и его непредсказуемой жены-полуфеи.

Когда вся эта процессия вышла на улицу, обратилась драконами и взмыла в облака, я с облегчением выдохнула, опустилась на колени и принялась подбирать с пола посуду.

– Подожди, Арина, оставь всё это, – взяв за ладони, поднял меня на ноги супруг. – Как ты себя чувствуешь? – в его голубых глазах светилась тревога.

– Не знаю, – честно ответила я. – С одной стороны, нормально, а с другой – словно меня ударили пыльным мешком из-за угла. В теле появилась странная лёгкость, и при этом ноги – будто в оковах. Легко и тяжело одновременно, понимаешь?

– Это нормально, когда пробуждается магия, – авторитетно и с явным облегчением произнёс Габриэль. – Вдобавок Грегори из тебя много энергии выпил. У меня были подозрения, что он энергетический вампир, а сейчас я в этом убедился.

– Правда? – удивилась я. – Ты представляешь, я тоже про него думала, что он вампир. Обычно в сказках моего мира вампиры самые обычные: они питаются кровью. И они не могут зайти в помещение без приглашения от хозяина. Поэтому я не хотела пускать Грегори в дом, уж больно настойчиво он просил разрешения войти.

– Да, я сам его впустил: не было выхода, – отозвался Габриэль, задумчиво потирая висок.

– И что нам теперь делать? – растерянно спросила я супруга.

– Надо приглашать сильных магов, которые поменяют здесь защитный контур с нуля, – тяжело вздохнул мой супруг.

– Он его порушил, да? – хмуро уточнила я. – Я видела, как сгорал полупрозрачный купол.

– Он уничтожил то, что было, и поставил свой защитный экран. Разумеется, меня это не устраивает. Сейчас вместо того, чтобы лететь на работу в Цитадель, придётся отправиться за магами. Причём несколькими: одного будет маловато, чтобы изменить то, что наворотил тут Грегори, – пояснил мой супруг.

– А что думаешь насчёт его слов о том, что Тардион – это первая Цитадель? Может, нам