Пять баксов для доктора Брауна. Книга первая - М. Маллоу

- «Жаннетта», барк, Тихий океан, — продолжал бубнить юный Маллоу, — … вышла. «Веселая голова», шхуна… вышла. «Бонанза», шхуна… черт, тоже!

Джейк, слушая его одним ухом, знай себе шагал вперед, волоча компаньона. Завернув за угол, потом снова за угол, потом перейдя улицу, они остановились перед низеньким зданием с вывеской «Джозеф и Вильямс К. Кинг. Морское агентство». Здесь же, судя по вывеске, можно было приобрести «Готовую одежду, шляпы и шарфы за прекрасную, среднюю и низкую цену, по желанию покупателя, а также полный комплект принадлежностей для китобойного промысла».

- Ух ты! — выдохнул Джейк. — Для китобойного промысла!

- И что мешает двум джентльменам наняться на китобой? — прищурился Дюк.

Морское агентство «Джозеф и Вильямс К. Кинг» Возле дверей толпилось разношерстное сборище, которое с первого взгляда можно было бы назвать так: неизвестно зачем собравшийся сброд. В общем, эти люди были похожи на кого угодно, только не на моряков. И все-таки их поведение говорило о том, что это именно моряки. То ли табак, который жевали все без исключения, то ли гвалт, который поднимала эта толпа, то ли что-то такое было в манере держаться, но только было ясно, что перед искателями приключений те, кто, подобно им самим, рассчитывает поступить на какое-нибудь судно. Дюк тихонько вздохнул. Джейк возвел глаза небесам. Но не успели компаньоны высказать друг другу свои суждения, как дверь распахнулась и двое энергичных мужчин стали сгонять всех, словно какое-нибудь стадо, внутрь.

- Нам бы китобой, — Дюк обратился к тому из мужчин, что выглядел наименее устрашающе.

- Проходи-проходи, будет тебе китобой!

За их спинами кто-то высказался на чужом языке. Кажется, по-португальски. Все заржали. Джейк поморщился, его компаньон передернул плечами, как будто нашел на рукаве мокрицу, и оба, изо всех сил не обращая внимания на изысканное общество, проследовали по узкому коридору. Дощатый пол скрипел, по левую руку находилось множество дверей, а по правую — деревянные полированные стойки, за которыми обслуживали клиентов вежливые господа в очках и с усами. Дощатый пол под тяжелой поступью толпы немилосердно скрипел. Наконец, вместе со всеми компаньоны оказались в небольшой комнате.

Маленькая комната

Это была типичная контора, каких полно по всей Америки от Атлантического до Тихого океана: большой шкаф с резным верхом, тяжелый письменный стол с резными ножками, бюро у окна, и все полированное, темного дерева. За столом в кожаном кресле сидел серьезный пожилой господин с длинными висячими усами и лицом, как у пожилого моржа. Господин разговаривал по телефону, постукивая пальцами по большой, очень толстой и засаленной на углах книге, возлежавшей на самом видном месте письменного стола на тяжелом деревянном бюваре, полном каких-то документов. Стены конторы украшали картины и картинки каких-тоникому неизвестных художников: грубо нарисованные парусники, раскачиваемые аляповатыми волнами, колесные пароходы, трансатлантические лайнеры. Над седой головой господина, под самым потолком, раскинуло крапчатые крылья большое чучело альбатроса.

- Посторонись, слышь, ты!

Джейка больно толкнули в спину: к столу усатого господина бесцеремонно лез, наклонив вперед коротко стриженную голову, наглый тип с гладким румяным лицом и толстыми жирными губами. Раздвинув компаньонов локтями, он встал перед столом и почтительно замер, комкая в руках потертую матерчатую кепку. Следом влезли еще двое: высокий лысый детина в синем свитере и белобрысый субъект с красным веснушчатым лицом.

Господин положил на подставку рожок аппарата, повесил наушник и, взяв какую-то бумагу, стал читать ее вслух: это был текст контракта, который надлежало подписывать всем морякам, нанимавшимся через агентство. Делал он это не то, чтобы очень быстро, но понять нельзя было ничего.

- Сэр, — шепотом спросил Джейк, наклонившись к уху компаньона, — он точно говорит по-английски?

- Нет, что вы. Это китайский, — не дрогнул лицом Дюк.

Когда с чтением покончили, нанимающиеся стали по очереди подходить к агенту, отвечать на какие-то вопросы, которых в общем гвалте было не разобрать, и подписывать бумаги.

- Сколько тебе лет?

Седые усы агента пошевелились. Искатель приключений прочистил горло. В коленях ощутилась слабость.

- Шестнадцать.

- В море бывать приходилось?

- Н-нет, сэр.

Агент шумно вздохнул, и что-то там себе написал в бумагах. Пахло не то классной комнатой, не то канцелярией. Усы шевелились. Наконец, агент писать перестал, с минуту смотрел на молодого человека, опять черкнул что-то в бумагах и произнес:

- Тебе назначается пай в одно двести пятидесятую.

- А? — глупо спросил Джейк, но агент на него даже не взглянул, бросил на стол бумагу и ткнул сухим пальцем в то место, где надо было подписываться.

Джейк попробовал прочитать документ, но почерк был извилист, рука дрожала, и без одной минуты матрос поторопился поставить свою подпись: «Д.Э. Саммерс».

Бумагу забрали, агент крикнул «следующий!» и к столу заторопился Дюк. Он тоже соврал насчет шестнадцати лет, тоже не понял насчет «двести пятидесятой части» и расписался: «М.Р. Маллоу».

Проделав все это, искатели приключений по-прежнему не имели понятия, ни как называется судно, на которое нанялись, ни сколько времени проведут они в море, но зато теперь, кажется, можно было спокойно написать мистеру Мал-лоу, что дела в порядке, поступили матросами и пускай он совершенно не волнуется.

После этого опять пошли по коридору и вошли в другую дверь. Это оказалась лавка «Морского агентства Джозеф и Вильямс К. Кинг». Здесь компаньоны, толкаясь и пробираясь сквозь толпу, экипировались по всей форме: два матросских сундука (на дне одного из которых тут же исчез не в меру элегантный саквояж), здоровенные тяжелые ботинки, четыре голубые шерстяные рубашки, такие же вязаные носки, два дождевых пальто, две брезентовых куртки-штормовки, две зюйдвестки, шесть пар теплых панталон (почему-то все брали по шесть), а также две железные кружки, кастрюли и по особому складному ножу, содержащему также ложку и вилку.

«Джозеф и Вильямс К. Кинг» действительно любезно предоставляло все необходимое в кредит.

Затем толпа, в сопровождении уже только одного из двоих представителей агентства, двинулась по улице.

Глава тринадцатая, в которой искатель приключений, наконец, поднимается на фок-мачту

Еще издали искатели приключений гадали, какое из судов «наше». Может быть, вот этот новенький пароход, «Чудо», из белой с красной полосой трубы которого без перерыва валил дым. Или это «Нарвал» с двумя мачтами.»На-шим» оказался старомодный трехмачтовый барк, старый, побитый, с гордым именем «Матильда». Компаньоны повернулись было друг к другу, но тут нанятые матросы, толкаясь и суетясь, стали подниматься на судно. У трапа появился высокий парень лет тридцати. Его телосложению оставалось только позавидовать. Мощная шея. Хищный нос. Уверенный прищур чуточку раскосых глаз. Светлые волосы под фуражкой завивались крупными кольцами.

— Ну, кто на этот раз? — лениво растягивая слова, спросил он у агента.

— Так, насобирали, кого смогли… — тот неопределенно махнул в сторону берега, где толпились матросы, и подал офицеру список. — На китобоях, мистер Хэннен, теперь не заработаешь.

— Да, китов в Атлантике поди поищи, — хмуро согласился Хэннен. — Ладно, заводи на борт, все равно других нет.

Поглядев, как М.Р. Маллоу тащит, перекладывая из руки в руку, тяжелый сундук, он по-волчьи задрал верхнюю губу, словно собираясь сплюнуть.

— Что ж ты в докеры-то не пошел, Геркулес. Самое тебе там место, с такими-то мускулами!

Геркулес сделал вид, что глухой, и прошел мимо.

Квартердек

— Становись на перекличку! — кричал агент, направляя всех прибывших с ним на шканцы — между второй и третьей от носа мачтой, где те становились в два ряда, переминаясь с ноги на ногу.

«Вот это грот-мачта, а это бизань», — подумал Дюк, вспоминая когда-то прочитанное, но эти красивые и романтичные слова показались ему никак не связанными с тем местом, где он сейчас оказался. На палубе «Матильды» не было ни гарпунной пушки, ни каких-либо надстроек, только сразу за фок-мачтой располагалась закопечная кирпичная печь футов восьми или десяти размером с вмазанными в нее двумя здоровыми котлами. Но зато на шлюп-балках были подвешены четыре прекрасных, новеньких вельбота: один на корме и три по левому борту. Оставшееся свободным пространство на носу было завалено бумажными упаковками мотков веревки, толщиной что-то около дюйма.

Экипаж «Матильды»

Офицер, которого назвали Хэнненом, забрал у представителя агентства список прибывших и начал выкликать экипаж по именам.