Двойной удар - Владимир Поселягин

— Побрейте голову и подбородок, вот вам кинжал, он острозаточенный. Помойтесь и переоденьтесь. Одежда во второй комнате от лестницы, там склад, — велел я им.

Пока бывшие узники ковыляли наверх, а Игорь помогал одному из ослабевших, я подошел к той камере, из которой меня окликали.

— Двое у дверей, остальным отойти в глубь камеры, — скомандовал я.

Убедившись в глазок, что заключенные выполнили мой приказ, я открыл дверь и кивком головы велел узникам выходить. Когда они вышли в коридор, закрыл дверь на ключ и громко сказал:

— Я отдам вам ключи. Как только мы уйдем, можете выпустить остальных, а пока — за мной наверх, будете под присмотром.

— Нам нужно уходить вместе, — покачал головой один из заключенных. Это был дородный мужчина в когда-то роскошном халате. Судя по голосу, это с ним я вел переговоры.

— Нет. В этой ситуации вам будет легче всего, охрана отвлечется на нас, и вы сможете разбежаться по городу.

— Но охрана потом переключится на нас, не так ли? — спросил первый узник, второй продолжал хранить молчание.

— Есть такая надежда. Пусть это будет вашей благодарностью за освобождение. Ладно, идем наверх, как только мы уйдем, дальше действуйте сами.

— Хорошо.

Мы поднялись с нулевого этажа на первый, где, расплескав на каменном полу большую лужу, мылись бывшие узники. Запах немытых тел еще стоял в воздухе, но уже не такой резкий. Игорь обмывал двух немощных, остальные осторожно мылись сами, используя мокрые тряпки. Это, конечно, неполноценное мытье, но они были уже не такими грязными. Посмотрев на их чисто выбритые головы со следами ссадин и порезов на макушках и лицах, я только хмыкнул. Явно не сами брились, сто процентов — Игорь этим занимался.

— Как только закончите, вы трое, что пониже, переоденьтесь в одежду стражников и их броню, — велел я и вышел из помещения, давая дорогу шедшим со мной узникам.

Судя по запахам, на первом этаже хранилась провизия, в том числе и из украденных у меня запасов. Я, когда зачищал территорию, мельком осмотрел помещение, нет противника — и ладно.

Часть мешков и кувшинов была распотрошена, бывшие узники набросились на еду. Напомнив им о проблеме долгого голодания, я велел ограничить себя на первых порах, а вот пришедшие со мной ногайцы поглощали еду, не обращая внимания на возможность переедания. Хотя и не выглядели такими заморышами, как русичи.

На все про все нам понадобилось полчаса. Наконец все было готово, и когда трое воинов облачились в подогнанную ремешками броню и вооружились саблями и кинжалами, я открыл дверь и выпустил Игоря. Он изрядно трусил, но, выпрямившись, уверенно направился к тарантасу, справившись со своими чувствами. Его нужно было подогнать к входу, чтобы погрузить неходячих.

А дальше все просто — осталось подъехать к охраняемым воротам, потом на небольшую площадь перед зданием стражи, где полным полно этих самых стражников, и двинуться к выезду из города. Раз плюнуть… М-да.

Тут главное наглость. Стражники никак не ожидают, что совершившие побег узники могут вот так спокойно выехать со двора. Нет, в их понимании, общий побег трудно совершить втихаря, он должен происходить, прежде всего, с шумом и гамом. И охранников всегда можно опознать, ведь заключенные русичи, по сравнению с местными — гиганты. И даже надев двойную одежду, они все равно покажутся высокими и худыми, еще не дистрофиками, но близко к тому. У меня была другая идея: на мой взгляд, в тарантасе они не привлекут внимание. Я посоветовался с Игорем, он несколько секунд подумал и согласно кивнул. Главное — не подпускать стражников близко, а то сразу просекут, увидев лица.

Игорь обещал вывезти бывших узников из города, была у него лазейка. Приятель на воротах. Так что тут я все переложил на его плечи, чтобы бывшие узники не стесняли меня. Времени прошло не много, по идее он должен догнать караван из купленных мной воинов, я объяснил, куда они идут. Дальше отправится с ними. Чуть подотстав, договоренности на сопровождение не было, но с ними. Отблагодарил я его по-хански, золотой монетой. Так что он хоть и был бледен, но рвался в бой.

Мы внимательно наблюдали из разных окон за его слегка неуверенной походкой, когда он шел к тарантасу, и за тремя стражниками, которые разговаривали у входа в главное здание. Они не обратили особого внимания на Игоря, продолжая общаться, так что грек спокойно подошел к повозке и проверил ее. Погладив коня, он отвязал от крюка поводья и повел лошадь к нам.

Я тоже облачился в стандартную кожаную броню стражника. Шлем был надвинут на лоб, одна сабля снята и замотана в чистые тряпки, в остальном я почти не отличался от местных.

Как только тарантас остановился у дверей, я распахнул створки и вышел наружу, слегка пригнув голову, — лицо у меня все-таки европейское, сразу можно заподозрить, — обошел тарантас и повернулся к страже спиной.

Все трое стражников как один с интересом посмотрели в нашу сторону. Гады.

Угроза эвакуации была под вопросом. Слишком опасно.

Обойдя повозку вокруг, я положил на дно сверток с саблей и подошел к греку, делая вид, что разговариваю с ним. Ростом от местных я не очень отличался, высоковат, но были и выше меня. Проблема заключалась в том, что стражники знали друг друга в лицо, и это нас волновало. Спасение было в одном, как сообщил нам мальчишка, тот воришка с перевязанной рукой, из Кафы прибыла сотня стражников на усиление, это не считая других городов, так что можно было сыграть под них.

Любопытные стражники быстро потеряли к нам интерес и продолжили беседу. Выводить бывших узников было пока стремно, но нужно. Махнув рукой, я дал знак, что пора начинать.

Во двор вышли двое переодетых воинов, они спокойно прошли мимо тарантаса и замерли спиной к стражникам, слегка закрывая им обзор. Под их прикрытием в тарантас попали и остальные. Они изображали узников, даже сбитыми кандалами звенели. На их головах были холщовые мешки — стандартная процедура при перевозке.

Как только они это сделали, я кивком головы велел остальным садиться, а сам шел рядом с Игорем, он вел лошадь за узду. Дверь в тюрьму закрыли за нами те двое узников, с которыми мы договорились. По моим прикидкам, через несколько минут двор захлестнет волна освобожденных заключенных, но мы должны быть уже далеко, если повезет, конечно.

Завернув за угол, который скрыл нас от зрителей, мы подъехали к воротам. Я распахнул их, когда тарантас выехал на площадь, закрыл и сел рядом с Игорем на облучок. Дальше мы не спеша направились к выезду.

Стражников прибавилось, и это было заметно, однако никто нас не остановил, слишком деловитый у нас был вид. Не так просто едем, с заданием. На пассажиров они внимания не обращали, больше на нас косились. Мы, играя на публику, чтобы отвлечь внимание от остальных, сделали вид, что спорим. Однако это не прокатило, я заметил, как один из стражников толкнул соседа в бок и показал пальцем на нас, но среагировать они не успели. В это время поднялась тревога и до нас донеслись крики стражи о побеге. Почти все стражники ломанулись туда, что дало нам возможность спокойно выехать с площади и углубиться в улочки, все набирая и набирая ход. Игорю нужно пересечь ворота до того, как поднимется тревога по всему городу и ворота перекроют.