Двойной удар - Владимир Поселягин

— Гарем.

Во внутреннем дворе у фонтана и небольшого бассейна на импровизированных шезлонгах и матрасах загорали и отдыхали жены и наложницы начальника стражи. А я еще удивлялся, чего это с этой стороны забор такой высокий. У-ух!

Дворик, где находились жены и наложницы начальника стражи, был внутренним. То есть дворик с трех сторон окружали другие дворы, с четвертой был дом. Охраны там не наблюдалось, кроме двух толстопузых евнухов. Вся охрана находилась в обычном дворе и сюда доступа, как я понял, не имела.

Теперь вопрос: как мне попасть в дом, если везде люди? Охрана попытается железками проткнуть, про баб ничего не скажу. Логика их поступков для меня темный лес.

Скинув броню стражника, я снял кафтан. Вывернул его обратно и снова надел, теперь меня не спутаешь с другими. Я — это я. Шлем-шапку тоже откинул в сторону. Теперь пусть видят, кто их штурмует.

Кинжал остался воткнутым в стену на высоте трех с половиной метров, и я, разбежавшись, стал снова карабкаться, цепляясь за выступы на стене. Вот я снова оказался наверху, осторожно высунул голову и быстро осмотрелся. Все то же, послеобеденная нега. Мне вообще показалось, что кроме двух девушек, которые плескались в бассейне, остальные крепко спят.

Быстро закинув одну ногу на забор — он был полуметровой ширины — и перевалившись через него, я ухнул куда-то в кусты. Судя по впившимся в меня шипам, это были розы или нечто подобное. Лучше бы я в ворота вошел и поубивал там всех, было бы не так шумно и больно.

Я мгновенно замер, закусив губу. Сквозь кусты было видно, что некоторые проснулись и вертят головами, а те, что плескались в бассейне, прижались к бортику и внимательно смотрят в мою сторону. Честно говоря, мое внимание больше занимали не они, а евнух, который стоял у дверей, второго не было. Видимо, он ушел куда-то в дом.

В кустах мне пришлось сидеть почти полчаса, дожидаясь пока встрепенувшийся евнух не перестанет крутить головой и не начнет снова клевать носом. Две купальщицы продолжали плескаться, правда, изредка кидая в мою сторону взгляды. Заметили или нет? Остальные уже давно заснули на теплом солнышке.

Как только я собрался вылезать, — хорошо, что тут кусты высокие, не видно, что в них, — появился второй евнух. Он толкнул напарника в плечо и что-то сунул ему в руку. Судя по тому, как оба начали жевать, активно работая челюстями, он ходил на кухню.

Воспользовавшись тем, что они отвлеклись, я ползком вылез из клумбы и, посмотрев на испачканную грязью одежду, только ругнулся. Как ни берег ее, все равно измазался. Видимо, цветы недавно поливали.

Спрятавшись за клумбой, я быстро окинул взглядом внутренний дворик.

Если сравнивать с размерами большого, основного двора, это был действительно дворик. Он имел форму восьмиугольника метров шестьдесят на восемьдесят, окружали его пятиметровые стены, тогда как ограда общего двора не превышала трех с половиной метров в высоту. Все вокруг было густо засажено цветами, между клумбами вились мраморные дорожки, а в центре, как я уже говорил, располагались фонтан и бассейн. В шести метрах от меня на матрасике возлежала одна из нимф в прозрачном шелковом одеянии. Всего их тут, по моим прикидкам, было штук тридцать. Многовато, на мой взгляд. Не для начальника стражи, хрен бы с ним, а для того чтобы незаметно проскользнуть в дом.

Двери было две, одну охраняли евнухи, вторую, как я подметил, давно не открывали. Да и не охранялась она, явно заперта изнутри. На первом этаже было шесть окон, четыре закрытых и два открытых. Балкон на втором меня не заинтересовал, а вот окна внизу — да. Все они имели вместо стекол резную деревянную решетку. Красиво и свежий воздух в доме.

Можно воспользоваться одним из окон. Ближайшее ко мне явно вело в кухню, слышалась перебранка поварят и звон кастрюль. Второе, судя по полумраку и едва видневшимся ступеням, находилось на лестничной площадке. Теперь нужно подумать, как мне пробраться мимо гарема и проникнуть в дом. Самое легкое я сделал. Осталось последнее и главное.

По-пластунски выбравшись из-за клумбы, я спрятался за лежанкой ближайшей ко мне девушки, кстати, старше двадцати ни одной не было, он их что, как Синяя Борода убивает и избавляется от тел?

Пока вроде все тихо. С трудом сдержав желание… погладить девушку по попке, спала она на животе, я быстро перебрался за следующую лежанку, эта красавица была уже в теле, и спрятаться за ней не составило проблемы.

«Тэк-с, еще три девушки, перебраться через тропинку с цветами, потом еще две девки — и можно сигать в окно!» — прикинул я, приподняв голову.

До тропинки я добрался без проблем, только одна из девушек полусонно перевернулась на спину, перепугав меня, я как раз прятался за ней. Сонно посмотрев в мою сторону, она подложила ладошку под щечку, сладко почмокала и снова уснула.

«И не боятся ведь отдыхать вот так под открытым солнцем, а если обгорят? И так бронзовые уже».

Через посаженные вдоль тропинки в линейку кусты по-пластунски мне было не перебраться. Оставалось только прыгнуть. Полметра всего, но опасные полметра.

Я замер, отслеживая ситуацию. Как только евнухи отвлеклись, их кто-то окликнул изнутри дома, а купальщицы начали топить друг друга, я одним скачком перемахнул через кустарник, быстро пробежал оставшиеся метры, ласточкой нырнул в окно и мягко, на руки, приземлился на каменный пол. И опять замер, превратившись в одно большое ухо.

«Секунда, криков нет. Хотя о чем это я, пока нервный импульс дойдет до мозга… четыре секунды… пройдет мыслительный процесс… шесть секунд… появится мысль-приказ поднять тревогу… девять секунд… и когда прозвучит испуганный вопль, который переполошит половину дома… одиннадцать секунд… я уже буду пить бражку на борту ушкуя… четырнадцать секунд».

В это время окно, через которое я попал в дом, заслонила чья-то фигура. Перевернувшись на спину, отчего непроизвольно звякнули ножны одной из сабель, я увидел в окне девушек, которые купались в бассейне. Да что говорить, на их бархатной коже до сих пор были капельки воды, которые так хотелось слизать… Бр-р-р, куда-то меня не туда занесло.

Обе девушки, поставив локотки на подоконник и положив подбородки на ладошки, с интересом рассматривали меня, давая мне возможность увидеть не только правильные черты лица, но и совершенные формы грудей и сосков. Одна была похожа на славянку, другая мулатка. Могу поклясться, что в их взгляде был гастрономический интерес, короче, передо мной стояли голодные самки.

Подскочив, я запечатал губы одной поцелуем, а другой ладонью.

— Ты кто? — оторвав мою руку, тихо спросила вторая. Первая прерывать процесс не желала никак.