Миссия «Сатурн» - Екатерина Викторовна Авсянникова

ли будет заметно на фотографиях) и, отмахнувшись от Димы, пошел знакомиться с местностью.

Дима переключился на Валика. Академик возился с одной из «пчел».

– Чем занимаешься?

– Проверяю точность работы дальномеров. «Пчелы» для Титана сложнее, чем те, что летают у Васи в огороде. Вместе с радиодальномерами они используют более точные, но более капризные лазерные лидары[26]. Эти приборы по-разному реагируют на изменение плотности воздуха. Здесь воздух в четыре раза плотнее, чем на «Альфа Ориона». Скорость распространения волн (и радио, и световых) здесь и на корабле разная. Причем меняется она неодинаково. На небольших расстояниях погрешность будет невелика, а на больших может оказаться существенной. И страшна даже не сама погрешность, а именно разница, которую дадут разные технологии. Если показания будут отличаться слишком сильно, наши «пчелы» начнут сходить с ума.

– Они что, будут думать, что улетели от дома на сотню метров и на пару километров одновременно?

– Можно и так сказать. Хотя разброс ты, конечно, преувеличил.

– И что же делать?

– Максимально точно измерить плотность воздуха и зафиксировать показания дальномеров. Потом мы вернемся на корабль. Я проанализирую данные и внесу корректировки в программу «пчел». Через четыре часа выйдем еще раз, проведем первую разведку. С этим затягивать нельзя: нужно успеть доложить о результатах на «Альфа Ориона».

* * *

Пока Валик возился с «пчелами» и ел на ходу, остальные вели неспешный разговор о перспективах колонизации Титана.

– Во всей Солнечной системе это единственное место, кроме Земли, где атмосфера не только не ядовита, но вполне пригодна для терраформирования[27], – рассуждал Никита. – Девяносто пять процентов азота против семидесяти восьми на Земле – это, конечно, многовато. Но если немного разбавить кислородом – получится очень даже неплохо. Здесь есть все, что нужно для создания полноценной колонии: плотная атмосфера, вода, а значит, и кислород, а главное – практически неиссякаемый источник энергии.

– Ты это о чем? – с набитым ртом промычал Дима.

– Посмотри на карту. – Никита ложкой указал на бумажную карту на стене. – Все эти моря, озера и реки заполнены жидкостью. И это, как ты понимаешь, не вода. Это природный газ. Такой же, как в кухонной плите у Сорокиных или в топливных баках нашего «Альфа Ориона».

– Так газ или жидкость? – хохотнул Дима.

– При местных температурах газ становится жидкостью, – отмахнулся Никита. – На Титане этого добра в сотню раз больше, чем нефти и газа на Земле, вместе взятых. Не исключено, что его морей хватит, чтобы разогреть всю махину Титана до комфортных пятнадцати-двадцати градусов.

– А ничего, что при этом она растает? – вставил Валик, слушавший их беседу в четверть уха.

Никита пожал плечами:

– Как по мне, даже хорошо. Получится уютная такая планета-океан. А если немного воды разделить на водород и кислород, то здесь и дышать можно будет без всяких скафандров.

– Угу, только при наличии в атмосфере кислорода все твои моря загорятся синим пламенем, причем в прямом смысле. Если, конечно, раньше они не растворятся в водах созданного тобой же океана.

– Ладно, – проворчал Никита, – отапливать можно не весь Титан, а отдельные города. Принципиально ситуация не изменится. Потом вокруг городов вырастут леса, и кислород будет получаться уже не из воды, а из углекислого газа, как на Земле.

Леша улыбнулся:

– Не ожидал, что у тебя такие далеко идущие планы насчет Титана. Думал, в отношении жизни на других планетах ты неисправимый скептик.

– Дружище, не путай инопланетную жизнь с колонизацией, – отозвался Никита. – В том, что мы не найдем здесь ничего живого, кроме нас самих, сомнений у меня нет. А вот идея сделать Титан обитаемым кажется вполне перспективной.

– Вы еще не доели? – прервал его рассуждения Валик. – Я закончил с «пчелами» и выхожу наружу через двадцать минут. Кто со мной?

– Я пойду, – вызвался Леша. – Ради колонизации Титана я готов пожертвовать недоеденным обедом.

– Не стоит, – хмыкнул Валик. – Просто поторопись. Этого вполне достаточно. Я пока соберу оборудование.

* * *

Первый вылет «пчел» занял около двух часов. Одну Валик отправил к озеру Цзинбо, вторую – в сторону моря Кракена. Остальных запускать не стал: вдруг что-то пойдет не так.

«Пчелы» отработали идеально. Вернувшись в посадочный модуль, Валик с Лешей в ускоренном темпе просмотрели данные с их камер и выбрали место, потенциально пригодное для базовой станции: небольшую ложбину между двумя холмами к северо-востоку от места посадки.

Леша связался с «Альфа Ориона». Сигнал принял Мишка и тут же позвал Юру. Командир не заставил долго ждать.

– Слышу вас хорошо. Доложите обстановку.

– Температура за бортом – все те же –178 градусов по Цельсию, давление – 150 килопаскалей. Приборы работают в штатном режиме. Показатели жизнеобеспечения в норме.

– Как прошел день? Удалось осмотреться?

– Пока все по плану. Выбрали место для базовой станции. Поужинаем и будем перебираться…

* * *

После разговора с «Осой» Мишка хотел уйти, но Юра остановил его:

– Ты-то как? Полетишь на Титан?

Мишка замер.

– А можно?

– Я же обещал.

– Прямо в следующий раз?

– Нет, в следующий раз полетим мы с Эдиком, Настя и Клава. Это будет сложный вылет с забором проб из колец и погружением в атмосферу Сатурна. К тому же Эдик планирует закончить с вертушками к концу следующей недели (вертушками на корабле стали называть индивидуальные летательные аппараты, которые придумал Эдик). Значит, мы повезем их на Титан и будем тестировать. А потом полетите вы с Варей.

– Ух ты! А кто полетит с нами?

– Леша и Валик. Они как раз успеют восстановиться.

– А мы полетим прямо на Титан?

– Нет, на четвертый виток у нас запланирован Энцелад.

– О-о-о… – протянул Мишка с придыханием.

Современная наука считает Энцелад одним из основных претендентов на обнаружение внеземной жизни. Неужели у него будет шанс поучаствовать в ее поисках?! А может, и обнаружить ее одним из первых!

Юра посмотрел Мишке в глаза и улыбнулся:

– Вижу, тебе такая идея нравится.

– Еще бы!

– Вот и прекрасно. Ладно, мне нужно вернуться в мастерскую. А ты, если не сложно, посиди здесь еще немного. «Оса» уйдет в тень примерно через полчаса. Пока лучше оставаться на связи: вдруг Леша вспомнит еще что-нибудь.

– Хорошо. – Мишка кивнул.

– Встретимся за ужином. – Юра обогнул кресла и направился к лестнице.

Мишка остался один. Он решил еще раз посмотреть снимки, сделанные «Альфа Ориона» во время второго сближения с Сатурном.

Среди бесчисленных вихрей, похожих на струи молока, вылитого в чашку с цикорием, больше всего Мишку поразил огромный шестиугольник, который они сфотографировали над северным полюсом. Он был желтым, с голубой воронкой посередине. Не слишком контрастный, но