Кости в стене - Сьюзен МакКоли

чиркнула спичкой, зажгла свечку внутри фонаря и повела нас в гостиную, где в кромешной тьме уже мерцало порядка десятка белых свечей.

– Почему бы просто не включить свет? – Мне вовсе не хотелось принимать участие ни в каком спиритическом сеансе.

Тётя Елена опустила фонарь на столик и протянула мне небольшой пакетик с чем-то очень похожим на каменную соль, смешанную с травами:

– Просто не хочу лишний раз помогать мистеру Уилксу. А ты иди пока, прими ванну.

– Что сделать? – Последнее, чем я собирался заниматься в доме двоюродной сестры, это принимать ванну.

Джейсон и Ханна дружно рассмеялись. Я мрачно уставился на обоих. Особенно раздражало поведение Джейсона.

– Предатель, – буркнул я в его сторону. Он никогда раньше не болтал так много ни с кем, кроме меня – особенно с девчонкой… Да ещё и с моей двоюродной сестрой-чудачкой. Я потряс головой, стараясь не думать о них.

Тётя Елена легонько подтолкнула меня в сторону ванной комнаты:

– Прими ванну с морской солью, шалфеем и розмарином. Это поможет защититься от мистера Уилкса. Воду я уже набрала.

Взяв фонарь и рюкзак, я задумался, о чём эти двое могут говорить без меня.

– А это надень, когда закончишь. – Тётя Елена протянула мне небольшой серебряный кулон с печатью Соломона, той самой, которую я заметил в ложбинке на шее Фрэнка. – Это Четвёртый пентакль Луны. Он оградит тебя от злых духов.

Я надел кулон на шею сразу, где он звякнул о мамин амулет. Я надеялся, что с ними мне станет спокойнее. Под болтовню Джейсона и Ханны я скрылся в ванной и запер за собой дверь. Над водой поднимался горячий пар, и я вдохнул его поглубже. Я не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя так же расслабленно. Явно ещё до смерти мамы. Я поставил фонарь на тумбу, рюкзак положил на бочок унитаза, а одежду сбросил на пол. Затем высыпал соляную смесь в ванну и медленно погрузился в воду. Тепло и ароматы шалфея и розмарина мягко окутали меня, успокаивая ноющие мышцы повреждённой ноги. Голова опустела, и все тревоги, ожидания и страхи просто улетучились.

Похоже, в эту ночь у меня были все шансы поспать спокойно. Под присмотром тёти Елены, Джейсона и Ханны – что могло пойти не так?

Я с наслаждением дышал ароматным паром. Прикрыв глаза от мерцающего света свечей, я расслабил плечи и скользнул пониже, глубже погружаясь в воду.

Вииииииии-вииииииии-вииииииии…

Ванную комнату так густо заволокло паром, что я едва различал белую плитку на стенах.

Вииииииии-вииииииии-вииииииии…

Кто-то водил мокрым пальцем по стеклу. Я напряжённо всматривался туда, где висело зеркало, но ничего не видел.

Вииииииии-вииииииии-вииииииии…

Сглотнув застрявший в горле комок страха, я вылез из ванны, обернул вокруг талии пушистое белое полотенце и вцепился в кулон Елены. Когда я подошёл к зеркалу, на запотевшей поверхности как раз появилась последняя буква…

Я ТЕБЯ ВИЖУ

У меня перехватило дыхание. В отражении, сквозь надпись и пар, я различил позади себя лицо. Чужое лицо. Лицо старика с косматой бородой и ртом, перекошенным от ярости.

От его близкого дыхания по затылку и плечам поползли мурашки, и буквально через секунду его когтистая рука рассекла кожу на моей спине.

Я закричал от боли, распахнул дверь ванной комнаты и выскочил в коридор.

Когда я вбежал в гостиную, тётя Елена зажигала последние свечи. Сердце бешено ухало в груди.

– Алекс, где твоя одежда?.. – Щёки Ханы порозовели, но я этого даже не заметил. Мои джинсы остались в ванной с этим чудовищем, и я не собирался возвращаться за ними.

Джейсон уставился на меня, его лицо побелело:

– У тебя вся спина в крови.

Я поднял дрожащую руку и указал в сторону ванной:

– Джинсы ещё там… – только и смог выговорить я. Глубокий, раскатистый стон эхом разнёсся по дому. – С ним.

Тётя Елена осмотрела мои царапины, глубоко вдохнула и, выставив перед собой тлеющий пучок шалфея, направилась прямиком к мистеру Уилксу.

Глава пятнадцатая

Ханна передала мне и Джейсону по бутылочке со святой водой:

– Пойдем, заберём твою одежду.

Серьёзно? Мы собираемся сражаться с призраком из-за одежды? Ни за что!

– А не могу я просто одолжить что-нибудь?

– О, конечно, возьми мою старую футболку, – насмешливо предложила Ханна. – На ней сердечки и цветочки. А ещё она розовая.

Джейсон от души веселился вместе с Ханной, мне же оставалось только хмуриться. Вспомнился случай из детства, когда мне пришлось одолжить у мамы Джейсона розовую футболку с принцессой. Ох, сколько я тогда натерпелся. Ну нет. Лучше уж ходить голым, чем наряжаться в девчачьи тряпки, или возвращаться в ванную.

Глаза Ханны искрились от смеха.

– У тебя ведь нет розовой футболки? – догадался я.

– Ну конечно нет… Но если серьёзно, Алекс… – Она расправила плечи и вздёрнула подбородок. – Нельзя позволять духам издеваться над тобой. Они питаются твоим страхом. Ты должен научиться давать отпор.

– Сильные слова для той, кого никогда не хватал призрак.

Тётя Елена остановилась на пороге прихожей и обернулась к нам:

– Алекс, Ханна, перестаньте препираться. Ваши споры дадут ему ещё больше власти. И Ханна права. Страх делает его сильнее. А сейчас мне нужна ваша помощь. Всех троих. – Она кивнула головой в сторону ванной комнаты.

– Погодите секунду. – Джейсон подбежал к своей сумке у входной двери. – Алекс, а где твой рюкзак?

– Я оставил его в ванной, а что?

Плечи Джейсона поникли:

– Я хотел взять твой мяч-ловушку. Сейчас такая возможность: мы могли бы опробовать его. Было бы хорошо, если бы нам не пришлось отпугивать старика Уилкса? Мы могли бы просто его поймать?

Если мы подобрали правильные сигилы, это могло бы сработать. А вдруг получится?

– А если мы его поймаем, что тогда? – Я не был готов отправлять злого духа на ту сторону.

– Не уверена, что стоит испытывать самодельную ловушку сейчас. Пусть Фрэнк сначала на неё посмотрит. А мы пока разберёмся с призраком по старинке. – Тётя Елена махнула рукой в сторону ванной. – Нужно прогнать его как можно скорее. Я не хочу, чтобы он оставался в моём доме. – Решимость на её лице немного утешила меня, и я покрепче сжал бутылочку со святой водой.

– Ханна, принеси Библию. Алекс, Джейсон, держите святую воду наготове. Мы произнесём очистительную молитву. Алекса призрак не оставит, но надеюсь, хотя бы покинет этот дом. Держитесь поближе ко мне. – Елена двинулась вперёд, окуривая пространство перед собой пучком шалфея, и начала читать молитву. – Отец наш Небесный, огради этот дом и это чадо, Алекса, от всех тёмных сущностей.

Стены ощутимо задрожали, и все фоторамки в коридоре одновременно затряслись.

– Вот ведь мышиные какашки, – пробормотал Джейсон себе под нос. Я бы посмеялся над ним, если бы сам не умирал от страха. С самого детства Джейсон привык заменять этим словосочетанием разные ругательства. Всё потому, что однажды он использовал при маме какое-то нецензурное ямайское словечко, и она заставила его вымыть