Повелитель Демонов 5: Эльфийский король - Александр Якубович

в итоге пришлось просить моей помощи, дабы сохранить свою голову. Ведь если бы я пришел сюда сам — а я бы пришел, в этом нет никаких сомнений — пощады не стоило бы ждать вообще ни кому. В том числе и Триерсу, как соучастнику жестоких расправ над мирными горожанами, живущими в тени пограничья Вечного Леса.

— Значит, очищение? — спросил я, пока Армель молчал. — Ты считаешь, что эти люди нуждались в кровавых ритуалах твоего бога?

— Но в твоих-то ритуалах они точно смыслят! — выплюнула Лавертен. — Мы нашли фигурки и жертвы, что эти нечестивцы готовили твоей коварной Нильф!

— Они готовились к празднику весны, идиотка! — прикрикнул я, теряя самообладание. — На севере всегда жгут чучела в ожидании тепла…

Осознание, что бессмысленные жертвы — а в будущем это обернется потерей части лояльности Кинашалона по отношению к Налору, ведь эльфы не уберегли приграничный город от произвола святош — возникли по причине того, что орденцы-южане не знают традиций этих земель, которые были древнее самих богов… Это осознание привело меня в степень крайнего раздражения.

Диалога с Лавертен не получилось. Со мной Пресветлая Дева говорить отказывалась, Армелю же только грубила и грозила святым трибуналом, что бы это не значило. В итоге мы оба сдались — просто приказали держать эту дурную девку под замком, а сами отправились в дом бургомистра. Думаю, и для Армеля там найдется койка. После осознания реального расклада мне хотелось держать этого плута как можно ближе к себе. По возможности — вообще не выпускать из виду.

Осознавая свое тактическое поражение на этом этапе, Армель не противился и последовал за мной. Только спросил, что бы я сделал с Лавертен на его месте.

— Отправил бы на костер, — без раздумий ответил я. — Точно так же, как она сделала это с уважаемыми горожанами. Вам нужен Кинашалон, рано или поздно войска Леннарта или их остатки двинут назад, и если тут они встретят закрытые ворота и враждебно настроенное ополчение…

Время было уже к полуночи, на кухне дома никого не осталось — тот редкий момент, когда все в доме замирает до трех-четырех утра, пока хозяйка не встанет протопить печь и поставить котел на огонь, готовить на всю челядь и для хозяев.

— Можете не продолжать, — выдохнул Армель, опускаясь на крепкий табурет и пододвигая к себе початый кувшин с вином. — Вот только боюсь, эта сучка не горит и не тонет. Ее на самом деле защищает бог Света.

Я довольно оскалился.

— Скажите, господин Триерс, вы знаете содержание двух наших разговоров с клириком Лавертен? Тогда и сейчас? Я имею в виду, когда она была клириком и сегодня, на площади?

Шпион только тряхнул лысой головой.

— Не имею понятия.

Моя улыбка стала еще шире. Почему-то именно Авелин Лавертен вызывала во мне стойкое чувство отвращения. Возможно, потому что она была в числе тех, кто навредил Лиан, либо же просто бесила меня своей никчемностью.

— Я сказал ей, что пока я рядом, ее бог ее не услышит, — ответил я Армелю. — Будьте уверены, господин Триерс, пока за казнью буду наблюдать я лично, Пресветлая Дева Авелин Лавертен будет гореть точно так же, как и любой из невинных горожан Кинашалона, которых она отправила на костер сегодня утром.

После этих слов я хлопнул по столу и оставил Армеля в компании вина и едва теплого очага. Думать над моими словами а также над тем, каким чудом он избежал той же участи, что я готовил Пресветлой Деве.

Бешеных собак не успокаивают, с ними расправляются. И я учиню эту расправу, если не именем Владыки Демонов, то именем наставника королевы Ирен и человека, который был уполномочен командовать войсками Н’аэлора на этом участке границы. В отличие от Армеля, я уже вынес свой приговор.

Паладина Лавертен нужно казнить.

Глава 12

Рассвет

— Пожар! Пожар!

Крики напуганных горожан разрывали ночную темноту и проигнорировать их не было никакой возможности.

Когда в дверь моей комнатушки заколотили, а на пороге появился лейтенант Ирнар, я уже затягивал ремни стального нагрудника, готовясь к выходу на улицу. Даже не открывая окон, просто по омерзительной вони, витающей в воздухе над Кинашалоном, я знал, что этот пожар дело рук святош и впереди нас ждет бой.

— Владыка, — невозмутимым кивком поприветствовал меня Ирнар.

Таким эльф мне нравился больше всего. Собранный, жесткий, почти такой же дерзкий, как в нашу первую с ним встречу, чем дальше мы отходили от границ Н’аэлора, тем больше своими повадками лейтенант походил на булыжник. Он уже освоился, осознал диспозицию и основные угрозы, и сейчас был готов действовать и выполнять приказы. А в отсутствии Эрегора, основные приказы конечно же будут исходить от моей фигуры.

— Собери бойцов, нам нужны все, — бросил я эльфу. — И поднимай Лиан. Для ее сабли будет работа.

Идеально выправленный и очищенный от крови клинок, перевязь с которым тут же отправилась на пояс.

Негоже командирам выбегать на тревогу в исподнем — это подрывает моральный дух солдат. Командующий всегда должен быть во всеоружии, выглядеть так, будто бы ждал этой ситуации, даже если на самом деле она застала его в одном ночном белье.

Ирнар мне ничего не ответил — просто растворился в узких коридорах дома бургомистра и отправился собирать тех бойцов, что квартировались здесь вместе со мной. Кроме меня и Лиан, тут остановилась еще дюжина эльфов моего личного сопровождения, и еще две дюжины бойцов были распределены между западными и восточными воротами города. Думаю, их десятники уже все поняли и сейчас двигаются к общей точке сбора в центре, оставив у стен по наблюдателю.

С Лиан мы столкнулись уже на самом пороге. Выглядела девушка заспанной, какой-то растрепанной и недовольной, но свою легкую дубленую броню все же надела, да и сабля была при ней.

— Как ты в этой железяке ходишь по такому холоду? — она всегда любила потрепаться если нервничала, так что и теперь без отвлеченных вопросов не обошлось.

— Без удовольствия хожу, — кисло ответил я.

Броня холодила, но серебристый герб Н’аэлора на моей груди однозначно давал понять, кто я такой и стоит ли меня слушать. Такой же доспех, только с чуть менее вычурной чеканкой, был и у лорда-командующего Арлена, прибытия которого с подкреплением мы ожидали как раз завтра. Одно дело — стремительным броском