Повелитель Демонов 5: Эльфийский король - Александр Якубович

отряда копейщиков. Верный меч скользнул из ножен, клинок, как в масло, вошел промеж камней и костей в вершину обелиска едва ли не по рукоять.

Сила крови хлестала через край. Необузданным потоком она кипела, пузырилась алым, пыталась проложить себе путь. Нильф была бы не слишком рада подобной кровавой жертве, но сейчас я опирался исключительно на свои силы и способности, даже толком не прибегая к печатям и прикормленным демонам. Нужно показать, что если я окажусь в полном окружении Святого Воинства — справиться со мной многочисленные клирики, аколиты и даже паладины будут просто неспособны.

Несколько мгновений ничего не происходило. Я спиной чувствовал навязчивый интерес Лиан, которая осталась у подножья выросшего до десяти футов кровавого холма, будто одинокий сторож на посту. Я же собирал воедино всю кровь, которая пыталась ускользнуть от меня в землю и глину под рыночной площадью. Собирал, только лишь для того, чтобы она красной сетью выстрелила из каждой щели, из-под каждого камня, ища себе жертву.

Магические нити острее бритвы, практически чистый поток колдовской силы, замешанный на боли и крови, они мгновенно опутывали руки и ноги, заставляли бойцов Святого Воинства бросить оружие и рухнуть на колени, а те же, кто упорствовал — лишались пальцев, ладоней или даже головы. Масса солдат, которая сейчас напирала на горстку эльфов, колыхнулась, послышались испуганные вопли сменяемые полными ужаса криками и мольбами. Многие из солдат на самом деле стали молиться своему богу.

— Пусть прекратят свои мольбы! — усиленный внутренними демонами, отдаваясь тысячей голосов, мой приказ прокатился над рыночной площадью, огибая обугленные позорные столбы и доходя до ушей каждого из присутствующих.

Наверное, меня и вовсе услышал весь Кинашалон.

Фигура Алевин Лавертен, фанатичной девы в броне паладина, показалась на помосте, установленном на другом конце площади. Вслед за ней на помост поднялось и несколько аколитов в характерных балахонах. Видимо, именно там проводилось так называемое дознание и судилище, которое отправляло людей на костер. Там же я видел и обязательные атрибуты этой процедуры: дыбу, ведра с водой, стол с инструментами и жаровню. Все, как любят представители Ордена Духа.

Пресветлая дева проигнорировала мой приказ. Я видел, с какой силой сжаты ее челюсти, с какой ненавистью она смотрит на меня, стоящего на одном колене на вершине кровавого обелиска, опирающегося на рукоять и гарду своего верного меча.

Вместо подчинения дева вскинула в небо свой молот, который тут же засиял небольшим солнцем. Те нити, на которые падал свет от оружия Лавертен, рассыпались пылью.

— Проклятый колдун! — взвизгнула Пресветлая Дева. — Я положу конец твоей грязной магии! Тварь!

Понимая, что мое колдовство нарвалось на мощную магию света, я вырвал клинок из камня и плоти, после чего съехал вниз. Привычно крутанув клинок в ладони, я сделал единственное, что было логично в данной ситуации — пошел навстречу паладину Света, принять бой.

Тройка аколитов за спиной Лавертен вознесла руки к небесам. Миг, другой, третий. Я чувствовал, как над моей головой собирается заклинание Пламени Небесного Гнева, как начинает трещать сухой воздух вокруг, как вот-вот небеса разверзнутся и все вокруг на десяток футов превратится в кипящее стекло.

Лиан, которая было дернулась следовать за мной, увидев мой короткой жест, остановилась, провожая мою фигуру встревоженным взглядом. Лейтенант Ирнар перегруппировал бойцов и занял оборону по другую сторону обелиска, прикрывая тыл и левый фланг. Справа же бойцов Святого Воинства, которые сумели освободиться от темных нитей, сдерживали вызванные мной демоны.

Я же шел к своей цели, более ни на что не отвлекаясь.

Пресветлая Дева, не сводя с меня взгляд, резко опустила свой молот, словно указующим перстом, направила оружие мне прямо в грудь.

Луч Небесного Гнева ударил по мне, когда до помоста оставалась всего дюжина шагов. Святой огонь моментально превратил камень под ногами в бурлящий поток, он бушевал с такой силой, что продержись заклинание чуть больше — пламя перекинулось бы на окрестные дома и дотла сожгло Кинашалон.

С чувством собственного превосходства Лавертен опустила свой молот и наблюдала за огненным кошмаром, который разверзся под ее ногами. Волны огня дошли и до некоторых из ее солдат — крики заживо сгорающих людей смешались с тихими стонами тех, кого ранили эльфы или мое заклинание.

Но торжествовала Пресветлая Дева недолго. Когда я шагнул из бушующего пламени, совершенно целый и невредимый, лицо Лавертен перекосило сначала от удивления, а после — от ужаса. Не веря собственным глазам попятились и аколиты. Как это⁈ Колдун выдержал совместный удар четырех сановников, на площади, где только что была вознесена хвала Богу Света, где были наказаны еретики⁈ Их, трех аколитов и паладина Света совместная атака провалилась⁈

Демоны, из печатей растеклись дымной лужей и сложились под моими ногами в небольшую лестницу. Шесть шагов, и я встал прямо перед девой, которая все еще сжимала в руках свой бесполезный молот.

— Свет несущий и дарующий… — не задумываясь, пробормотала дева.

— Я же уже говорил тебе когда-то, — вроде бы тихо шепнул я Лавертен, но демоны разнесли этот шепот по всей площади, доводя мои слова до всех и каждого. — Пока я здесь, твоему богу тут нет места!

Молитва застряла в горле паладина. Это уже происходило с ней, тогда, на лесной поляне, где я вырезал весь ее отряд, а саму Лавертен отправил в качестве посланца к епископам. Напомнить о старых договоренностях. И как тогда, будучи маленьким клириком, так и сейчас, являясь полноценным паладином Света, она ничего не могла мне противопоставить. Маленькая, жалкая, беспомощная фанатичка, у нее было лишь два пути. Подчиниться или умереть.

Лавертен с ненавистью посмотрела мне прямо в глаза, но выдержать их глубину не смогла. Как и снова не смогла выбрать смерть.

Дрогнув, сломленная тысячелетней тьмой внутри древнего колдуна, Пресветлая Дева выронила свой бесполезный молот и упала пред Владыкой Премудрой Нильф на колени.

Глава 11

Плутовство

Чтобы навести порядок в Кинашалоне, мне пришлось буквально взять в заложники верхушку Святого Воинства, а оставшихся без командования солдат — передать под управление Армеля Триерса.

Шпион Скокреста прибыл в Кинашалон вечером того же дня, так что слишком долго держать круговую оборону нам не пришлось. Лекари и оставшиеся на свободе клирики помогали раненым, которые попали под мечи темных эльфов и мою магию, а те из солдат, кто в битве участия не принимал — стаскивал трупы убитых за пределы города, где будет проведен погребальный обряд согласно традициям Трех Орденов.