История гаданий и предсказаний - Марина Валентиновна Голубева

как додумались славяне, у которых существует множество примет, связанных с птицами, а в древности были даже специальные волхвы — кобники, которые наблюдали за птицами и, толкуя особенности их полета, предсказывали будущее. Однако факт остается фактом — древнейшие тексты о «птичьих» гаданиях написаны на хеттском языке и относятся к XIV–XII векам до н. э. Древние римляне утверждали, что их орнитомантии научили этруски, и жрецы-авгуры считали себя их преемниками.

Упоминание об этом виде гадания встречается в разных источниках, причем не только в историко-философских трактатах Цицерона («О дивинации»), Аристотеля («О душе»), Геродота и пр. Упоминание орнитомантии есть у Гомера в «Одиссее», где рассказывается о трижды пролетающем орле с голубкой в когтях, что было плохим предзнаменованием, тем более что летел орел слева направо. И действительно, это был знак, предсказавший женихам Пенелопы, жены Одиссея, скорую гибель.

Эсхил в своей трагедии «Прометей прикованный» вкладывает в уста Прометея признание, что это именно он научил людей искусству гадания, в том числе указал на добрых и злых птиц:

Установил я способы гаданий;

Растолковал пророческие сны —

Что правда в них, что ложь. Определил

Смысл вещих голосов, примет дорожных.

Я объяснил и хищных птиц полет,

И что вещают — счастье иль беду, —

Их образ жизни, ссоры и любовь…[131], [132]

Большое значение полету и крикам птиц придавалось и в Древнем Риме. Там орнитомантией (ауспициями) занимались специальные жрецы — авгуры. Они гадали не только по птицам, а по всему, что имело связь с темплумом — небесным, верхним пространством. Ведь в небе не только птицы летали, в ведении авгуров было толкование молний, грома, облаков необычной формы.

Поскольку небесная сфера была в приоритете, то ритуалы авгуров предваряли все важные государственные мероприятия. И не только восшествие на престол нового императора, но и принятие должности правителем провинции, сенатором или мировым судьей всегда сопровождалось гаданием по полету и крикам птиц, и авгур предсказывал, каким будет правление нового владыки или высшего чиновника. Этот обряд назывался инаугурация. Слово происходит от латинского существительного inauguratio, производного от глагола inaugurare, который означал «принимать предзнаменования от птиц в полете». В наше время так называют ритуал вступления в должность президента, правда, по полету птиц при этом уже не гадают.

Авгур

Гравюра Николя Беатризе (приписывается) по картине Полидоро да Караваджо, 1545 г. The Rijksmuseum

Хотя ауспиции у римлян были распространены и почитаемы, о том, как проходили гадания, нам почти ничего не известно. Jus augurale (закон предзнаменования) держали под строгим секретом, поэтому о процессе церемоний и ритуалов записано очень мало. Но сохранилось описание обряда инаугурации в «Истории Рима» Тита Ливия, где он рассказывает о вступлении на престол царя Нумы Помпилия: «Приглашенный в Рим, он, следуя примеру Ромула, который принял царскую власть, испытав птицегаданием волю богов касательно основания города, повелел и о себе воспросить богов. Тогда птицегадатель-авгур, чье занятие отныне сделалось почетной и пожизненной государственной должностью, привел Нуму в крепость и усадил на камень лицом к югу. Авгур, с покрытою головой, сел по левую его руку, держа в правой руке кривую палку без единого сучка, которую называют жезлом. Помолившись богам и взяв для наблюдения город с окрестностью, он разграничил участки от востока к западу; южная сторона, сказал он, пусть будет правой, северная — левой; напротив себя, далеко, насколько хватало глаз, он мысленно наметил знак. Затем, переложив жезл в левую руку, а правую возложив на голову Нумы, он помолился так: “Отец Юпитер, если боги велят, чтобы этот Нума Помпилий, чью голову я держу, был царем в Риме, яви надежные знаменья в пределах, что я очертил”. Тут он описал словесно те предзнаменованья, какие хотел получить. И они были ниспосланы, и Нума сошел с места уже царем»[133].

Гаруспиции, весьма неприятная для нашего современника процедура, была для граждан Рима вполне обычным и даже уважаемым ритуалом гадания и предсказания. Причем к нему прибегали в самых важных случаях: например, при восшествии на престол императора, перед началом военного похода или во время больших праздников, чтобы узнать судьбу города на ближайший промежуток времени. Никто бы не стал по пустякам тратиться на жертвенное животное (а часто, и не на одно) и платить немалые деньги жрецу-гаруспику.

Римляне считали, что искусство гадания по внутренностям животных к ним пришло от этрусков, которые вообще стояли у истоков италийской культуры. Альфред Леманн