Баллада о байкере - Олег Силин

Я и капитан поднялись на второй этаж, где располагались переговорные кабинеты – небольшие помещения с хорошей звукоизоляцией. В таком помещении обсуждали детали сделки, не боясь подслушивания, или же выбивали деньги из партнера, не желающего платить. Вроде как и такие случаи бывали.

Капитан провел к семнадцатому кабинету. За дверью с табличкой «Идут переговоры» оказалась комната, выдержанная в светло-бежевых тонах, за исключением черных кресел вокруг столика. Их занимали Лукас, байкер лет двадцати, потерявший в недавней стычке пальцы левой руки и теперь работавший администратором в опорном офисе, и его собеседник – плотный мужчина в форме с полковничьими погонами. Тот самый не в меру ретивый папаша.

Видимо, отец Алианы тоже меня припомнил – на его лице возникло кислое выражение. Но он быстро взял себя в руки и даже поздоровался первым.

– Полковник Болдин. Можно Виктор Степанович.

– Байкер Змей. Можно Евгений, – в тон ответил я.

Я и капитан тоже сели в кресла. Полковник сухо заговорил:

– Два дня назад моя дочь сбежала из дома. У меня есть основания полагать, что она уехала с кем-то из ваших. Денис, – полковник кивнул на капитана, – опросил всех ее подруг и подтвердил мою догадку. Я хочу, чтобы ты нашел ее. Нашел и вернул. Чего бы это ни стоило.

– Идея понятна. Однако я не общаюсь с вашей дочерью уже несколько месяцев. Полагаю, вы в курсе. – Болдин кивнул. – Прекрасно. Тогда почему обратились ко мне, а не к моему «преемнику»?

– Мне о нем мало известно, – полковник чуть опустил глаза, признавая свою вину. Странный поворот, ну да ладно, разберемся. – Ты знаком с моей дочерью, знаешь, как она выглядит. Саша могла изменить внешность, это раз. А два – ты единственная моя зацепка среди ваших гонщиков. – Полковник помолчал и неожиданно выпалил: – Встреть я тебя на улице еще раз… ох, не поздоровилось бы тебе. А так я вынужден сотрудничать…

– Товарищ полковник, – в голосе капитана звучала вежливая предупредительность, – не время сейчас.

– Да. Верно. Приношу извинения.

Лукас взял папку, вытащил несколько листов бумаги с текстом и положил передо мной и полковником.

– Ваш контракт. Я адаптировал его под ситуацию. С полковником Болдиным текст уже согласован.

Я пробежал глазами текст. Администратор приравнял работу к доставке груза высочайшей категории сложности. Пожалуй, он прав.

Можно потянуть время, сделать вид, что читаю контракт. Алиана жива, наверняка здорова и, возможно, счастлива. Почему я должен ей мешать?

Хотя, с другой стороны, если она сейчас на бэке у какого-нибудь красавца – то это очень плохо. Она совершенно не умеет ориентироваться в сложной ситуации. Чуть что – станет живым щитом.

Когда же я научусь не брать ответственность за весь мир? Ладно, косвенно я причастен к ее бегству из дома.

– Не возражаю. Виктор Степанович, условия вас устроили?

– Я на все готов, лишь бы вернуть Сашеньку.

– Тогда еще один вопрос.

– Да?

– Вы хотите, чтобы я просто привез Альку домой или уговорил ее вернуться по-хорошему?

Болдин задумался. Потом вздохнул.

– Постарайся ее уговорить. Мне бы не хотелось, чтобы она потом, через какое-то время, опять сбежала.

– Вообще-то мне тоже. Тогда… Лукас, сделай нам дополнительное соглашение. В случае, если Александра возвращается добровольно и осознанно, мой гонорар вырастает втрое.

Лицо полковника налилось кровью.

– Ты намерен нажиться на моем горе?

– Я намерен исправить ваши ошибки, – не менее резко ответил я. – А это сделать посложнее, чем силой притащить взбалмошную девчонку домой.

О том, что намерен исправить и некоторые свои, я предпочел умолчать.

Полковник стиснул зубы, достал ручку и витиевато расписался. Внимательно рассмотрел мою подпись, удовлетворенно кивнул.

– Я должен убыть в часть. Капитан Кашарнов ознакомит тебя со всей информацией. Не забывай докладывать мне про ход выполнения задания не менее трех раз в сутки.

Полковник встал, круто развернулся и вышел из кабинета.

Я слегка потянулся в кресле. Собрал бумаги, аккуратно вложил их в папку.

– Лукас, ты до скольки в офисе?

– До шести, может, до полседьмого.

– Возможно, мне понадобится кое-какая информация из наших баз, ты уж, будь добр, помоги. С меня пиво за заботы. Идем, капитан.

Мы вышли на улицу. Я вытащил сигареты.

– Будешь?

– Не откажусь.

Я несколько раз пощелкал зажигалкой, бездумно глядя на появляющийся огонек.

– Что девчонки говорят?

– В один голос: «Не знаю, куда она подевалась». Саша либо специально им не говорила…

– Либо сама не представляла, где окажется. С ее характером скорей второе.

Капитан кивнул.

– А с кем она могла сбежать – не говорят?

– Точно нет. В последнее время Саша встречалась с каким-то парнем. Настоящего имени никто не знает, она всегда называла его «Мачо». Вроде бы он байкер.

Необычное прозвище для райда.

– К нашим обращались, пробивали?

– Естественно. С этого и начали. Несмотря на некоторое… предубеждение командира. Получили список, фотографии, но ни одна из подруг не опознала его.

– Можно взглянуть?

– Сейчас.

Капитан порылся в портфеле, вытащил папку. У военных цифровая эпоха так и не наступила. Я раскрыл ее. Да, маловероятно, что это – поклонники Алианы.

Юсси Мачиколкка, Петрозаводск. Ээлгэн Толгой, откуда-то из Бурятии. Еще парочка физиономий из СибРФ, один москвич. В Харькове никто из них не был. Тупиковый ход.

Нет имени, нет прозвища. Уехал из города два дня назад. Вероятно, с конвоем. Надо вытащить из базы всех, кто регистрировал контракты на конвой из Харькова. Плюс если пресловутый «Мачо» был слобожанским сабом для транзита – проверить записи по Гоптивке.

От мыслей отвлек голос капитана.

– Змей, раз уж мы работаем вместе. Хочу вопрос задать. Ты раньше сталкивался с подобными заданиями?

Я бросил окурок в урну.

– Нет. Но я пообещал Болдину, что найду его дочь. Поставил подпись под соглашением и намерен выполнить его до конца. Хотя, знаешь, дело не столько в контракте. Он, скажем так, лишь фиксирует намерение. Алька все-таки не чужой человек. Может, где-то я в свое время не объяснил ей законы байкерского мира, вот она и потянулась за типа-романтикой. Если с ней что-то случится… я ж спокойно спать не буду. Вот, собственно, и все.

Во взгляде капитана появилось уважение.

– Командир не пожал тебе руки. Очень зря. Хочу исправить это упущение.

После рукопожатия Денис спросил:

– Куда едем?

– К Болдиным. Хочу осмотреть комнату Алианы.

– Адрес знаешь?

Я хмыкнул и сказал:

– Конечно.

Капитан улыбнулся. Он понял.

Уже возле байка в голову пришел очевидный вопрос. Почему я не задал его раньше?

– Денис, а как вы узнали, где я?

– Договорились с оператором, вычислили по мобилке. Твой номер телефона при желании можно найти в сети. Командир бросил на поиски дочери все, до чего дотянулся.

– Алькину мобилку искали?

– Незачем. Она ее демонстративно оставила дома.

– Предусмотрительная.

– Не то слово.

По дороге я связался с Лукасом и попросил его вытащить из базы сведения о последних конвоях. Администратор хихикнул, ответил: «У дураков мысли сходятся», – и дал отбой.

Мы подъехали к хорошо знакомой пятиэтажке на моем «Кавасаки». Я заглушил мотор, огляделся. Нахлынуло странное чувство, как будто никакой поездки в Крым не было. Сейчас я поднимусь на четвертый этаж, распахнется дверь и Алька повиснет на шее. А потом мы будем кататься по городу…

Я помотал головой. Наваждение исчезло.

От топота мощных ботинок в подъезде рождалось эхо. Поднялись, Денис отпер дверь.

Вспомнив, как Аля пилила меня за обувь, я присел расшнуровывать «Мартинсы». Снял и двинулся налево. Алиана занимала одну из двух комнаток за проходным залом, вторая служила полковнику Болдину мини-спортзалом. Сам полковник обитал в комнате у входа.

– Змей, вижу, ты не просто адрес знаешь, а уже бывал в квартире, – заметил капитан.

Я обернулся:

– Естественно. Ты же понимаешь, не мог я здесь не бывать. Но начальство пока не травмируй. Успеется.

Мы зашли в ее комнату. Странно вновь оказаться тут. Каждый раз я размышлял, как Алька со всеми вещами ухитрялась жить на столь маленьком пространстве – не больше восьми квадратных метров. Справа – окно, в дальнем углу небольшой стол и стул, рядом со мной – телевизор. Стену напротив окна занимали шкаф и кровать – узкая, на одного человека. Проверяли. Над кроватью полки, прибиты довольно низко. Проверял – после чего Аля со смехом приносила лед и заново расставляла сбитые фигурки. Комната в розовых тонах, со здоровенным медведем и стайкой мелкой плюшевой живности совершенно не увязывалась с образом той Алианы, которую я знал. От нее-настоящей были только плакат «Интерференцы» над телевизором и нашлепка с анкхом на ноутбуке. Стоп. Вот ноутбука-то и нет!