Паника, убийство и немного глупости - Оксана Обухова

Татьяна поморщилась, расправила спину…

– Ах, Танечка, – елейно лепетала Софья Тихоновна, втекая в номер, – какое счастье, что вы на месте! Я только что позвонила Вадиму Арнольдовичу, он дал согласие на продажу квартиры!

Репина придала недовольной гримасе еще более отчетливое выражение.

– Простите, Софья Тихоновна, я не совсем здорова…

– Ах! – Гостья прижала унизанные перстнями руки к жабо, сколотому камеей, и села на уголок кровати. – Алевтину вновь обманывает Ядвига! – И с таким вниманием уставилась в телевизор, что, пожалуй, даже забыла, зачем, собственно, пришла в этот скромный одноместный номер.

Татьяна пробуравила гневным взором подрумяненную щечку профессорской жены – та даже подведенной бровью не дернула, – покашляла. Промычала: «М-гм…» И только тогда поняла, что все же повезло ей встретить ту самую тупую домохозяйку, избегающую метлы и тряпки.

Господи, неужели ее муж – реальный профессор?!

Татьяна встала, потянулась, расправляя футболку на арбузоподобной груди, и бросила рассеянный взгляд в окно: синий автомобильчик намертво вмерз всеми колесами в бетон стоянки. Смахнула с футболки несколько чешуек подсолнуха…

Входная дверь резко распахнулась, в комнату вошла Ирина-Кира; и от порога, как кулак, в Татьяну полетел такой разъяренный взгляд, что Репина аж присела и подавилась рвущимся наружу зевком.

«Ну вот и все, – пронеслось в понятливой Таниной голове, – спалилась».

Ирина-Кира медленно, не отводя глаз от омертвевшей сыщицы, шагала вперед; Татьяна попятилась, беспомощно посмотрела на профессорскую клушу… И почему-то испугалась еще больше: на краешке постели сидела совсем другая женщина. С цепким, умным – всевидящим! – взглядом серо-стальных глаз.

Да и заговорила недавняя клуша отчего-то первой. Ирину переполнял гнев, Татьяна даже подумала, что та может ударить, точнее – не только ударить. Впечатать в стену, и, если бы не тихие слова «ленивой домохозяйки», скорее всего, так бы и произошло.

– Татьяна. Мы знаем, что вас направили следить за Ириной. Ответьте – по чьему приказу вы работаете?

– Что? – Растягивая время, Татьяна облизала вмиг пересохшие губы. – О чем вы?.. Что за бред?!

– Не ври! – выкрикнула Ира и так шагнула на бывшую приятельницу, что та съежилась, готовая к пощечине. – Тебя подослал мой муж?!

По большому счету Татьяна понимала – отпираться бесполезно. Ее выдали глаза. Она оказалась не готова к такому «подлому» приему.

С ненавистью посмотрев на расслабившую ее «клушу», Репина скрестила руки на груди:

– Не понимаю, о чем вы говорите. – Не в правилах ее славного детективного агентства сдавать позиции под малейшим нажимом. – Ты взбесилась, Кира? – спросила уже с усмешкой. – Плохо себя чувствуешь? Головка болит?

– Болит, болит, – закивала входящая в номер бабка в коричневом пальто и вязаном берете с козырьком. Из-за плеча суровой старухи торчала заинтересованная физия брата любовника Ирины. Именно он и закрыл плотно дверь, войдя в номер последним. – И ты сейчас, деточка, захвораешь.

– Да что вы себе позволяете?! – Голос Тани сорвался на фальцет, замок из рук на груди разомкнулся, палец указал на выход: – Сейчас же уходите вон! Я вызову охрану!

– Это мы вызовем, голубушка, – ухмыльнулась бабка в берете. – Но не охрану. А милицию. Ты хоть живешь-то тут по своему паспорту? Или филькину грамоту какую-то подсунула? – Бабка шагала вперед, «профессорская клуша» доставала из кармана длиннополого вязаного жилета сотовый телефон, бормотала: «Наденька, у тебя, кажется, была визитка следователя Князева…»

– Не надо никуда звонить, – обреченно произнесла Татьяна. Села в кресло и повесила руки вдоль расставленных колен. Исподлобья посмотрела на Ирину. – Ничего личного, Ира. Только работа.

– Мы знаем, что ты здесь работаешь не одна, – продолжила с брезгливой суровостью коричневая бабка. – Где твой помощник?

Репина собралась неопределенно махнуть рукой, но жест повис без окончания при следующем вопросе:

– Это вы убили нашу знакомую, Марину?!

Татьяна дернулась, выпучилась на бабку:

– Вы что… с ума сошли?! Да вы что?! Мы только за Ириной Николаевной следили! К убийству мы не имеем никакого отношения!

– Значит – мы, – многозначительно кивнула престарелая «следовательница». – А кто – имеет? – Старуха неслась вперед по всем правилам «момента истины», не давая Репиной опомниться. – Ну! Говори!

Татьяна высоко подняла плечи:

– А я откуда знаю.

– Где ты была позавчера в полночь?!

– Господи! Да в кино я была! Потом сюда вернулась!

– А твой помощник?!

– У него тоже алиби! Можете проверить!

– Ничего, – попыталась напророчить бабка, – в милиции ваши алиби вмиг расколют. Им только зацепиться дай. Приехала, понимаешь ли, риелтора из себя изображает…

– Да чего там колоть-то?! – уже со слезой взывала Таня. – Мы никого не убивали! Нам платят за слежку!

– Ага, – зловредно ухмыльнулась самая отвратительная из всех противнейших старух, но была перебита Ириной:

– Подождите, Надежда Прохоровна. Кто платит, Таня?

Татьяна дернула головой, опустила глаза:

– Твой муж.

– Давно?

– Две недели, – распрямляясь, с некоторым вызовом ответила шпионка.

– Две недели, – помертвевшим голосом повторила Ирина. – А… за мамой и Кирюшей тоже следят?

– Следят, – не слишком уверенно кивнула Репина.

– И даже сейчас?

– Ир, я не знаю. Мне говорят ровно столько, сколько нужно для дела.

– А Петр? Вы знаете, где Петр?

Татьяна пожала плечами:

– Он нам не нужен. Зачем распылять силы? Мы знали, где вы должны встретиться, я приехала в отель чуть раньше, ждала вас обоих.

– Откуда вы все узнали? Подслушивали наши телефонные разговоры?

– Наверное. Я к техническим деталям отношения не имею.

– Значит, вы и о документах знали, – вступила в разговор вредная бабка.

– Надежда Прохоровна, подождите! – с мольбой перебила Ирина. – Татьяна, какой была конечная цель вашей слежки?!

– Поймать тебя на «горячем».

Ирина как была в дутом пальто, так и села на кровать. Дальнейшие расспросы были уже не нужны: муж узнал о ее планах и затеял ответную игру. Решил дать ей возможность «исчезнуть» и велел сыщикам ждать, пока она встретится с любовником.

А мамочка, вероятно, и не подозревает, что находится в похожем положении, она до сих пор считает, что план дочери удался. И будет думать так до тех пор, пока в российских снегах ее дочку не поймают на «горячем»…

– Гадко… как все гадко!..

– Ничего личного, Ира, только работа.

– А номера наши вы тоже по работе обыскивали? – не выдержала паузу нетерпеливая Надежда Прохоровна.

– Какие номера? – искренне изумилась Татьяна.

– Наши, наши. Мой, Виталика, Марины… Документы небось искали, да?

– Какие документы?! – взвыла «риелторша», любое упоминание имени Марины мгновенно сбивало с нее показное спокойствие. – О чем вы говорите?!

– О Петиных документах! – пикой выбросила вперед указательный палец гневная бабка.

– Впервые слышу! – вскрикнула Татьяна и нервно заходила по комнате. – Мы только следили за Ирой. Нам не давали задания обыскивать какие-то номера…

– Татьяна, – перебила стенания сыщицы Софья Тихоновна. – Вы знаете, кто мог убить Марину?

– ОТКУДА?!?! Я работаю в нормальном детективном агентстве, а не в синдикате киллеров! Мое дело – слежка за неверными супругами! Личный контакт с объектом первоначально даже не входил в мою задачу!

В это можно было поверить. По расчетам сыщиков, Ирина и Петр должны были приехать в отель практически одновременно. Только после того, как Ирина осталась одна, к ней решено было направить Татьяну – вдруг расстроенная, одинокая женщина сболтнет новой приятельнице что-либо полезное для дела…

– А ваш коллега? – мягко упорствовала Софья Тихоновна. – Он мог знать о документах?

– Да что вы к нам пристали с какими-то документами?! – возопила сыщица. – Ни я, ни Борька знать ни о чем не знаем!

– Но ведь разговоры Петра и Иры вы прослушивали.

– Прослушивали. Но не мы, а техники! Разговоры слушались – сотовые!

– А техники могли доложить начальству о документах?

– Господи, как надоели… – помотала опущенной головой Репина. – Не знаю. Могли доложить.

– Таня, в этом отеле, кроме вас и Бори, есть еще кто-либо из вашего агентства? – негромко продолжала допрос жена профессора. – Вы всех своих коллег знаете в лицо?

Татьяна фыркнула: «Нет тут никого», заложила за ремень джинсов большие пальцы и отвернулась к окну.

– Надо к Боре идти, – выразительно посмотрела на членов малого совета Надежда Прохоровна. – В каком номере он живет?

Татьяна, не ответив, осталась к обществу спиной.