Поместье любовных грез - Сильвия Торп

– Я, конечно, прыгнула за вами, но потом поняла, что не в силах ни вытащить вас, ни выбраться сама. К счастью, прискакал мистер Хоксуорт. Он нырнул в реку, достал из воды нас обоих и забрал к себе. Позднее приехала ваша бабушка и отвезла нас домой.

– Ну вот, а я ничего этого не запомнил! – посетовал Стивен. – Мне так хотелось съездить в Мэйз-Корт, а когда я попал туда, я даже этого не заметил. Ах, как скверно!

– При падении вы сильно ударились головой, – напомнила ему Памела. – Неудивительно, что вы ничего не помните.

– Кто-то стрелял в меня, мисс Фрэйн! – без всякого выражения произнес Стивен. – Мелисса говорит, что мистер Хоксуорт, но я этому не верю. А еще онаговорит, что он пытался пробраться в мою комнату и выронил этот кинжал. А если это был не мистер Хоксуорт, то, значит, Махду?

– Ни тот ни другой, – твердо сказала Памела. – И мистер Хоксуорт, и его слуга доказали, что в ту ночь они вообще не приближались к Таррингтон-Чейс.

– Я никогда в это не верил. С чего бы им захотелось сделать такое? – Он помолчал, нахмурив брови. – С чего бы кому-то желать этого, мисс Фрэйн?

– Стивен, однако есть одна вещь, которую я хотела бы выяснить, – улыбнулась Памела. – Что побудило вас пойти к дому Брина Моргана в то утро?

Стивен смутился, на щеках проступил румянец.

– Мне, конечно, не следовало так поступать раз я дал вам обещание. Но все дело в том, что Брин собирался свозить меня в Мэйз-Корт посмотреть на индийские сокровища мистера Хоксуорта.

– Он сам вам сказал, что собирается это сделать? – Памела нахмурилась.

– Об этом говорилось в записке, – сказал Стивен. – За два дня до этого, утром, когда я пошел за Рассетом, меня ждала записка, приколотая к стенке его конуры. В ней было написано, что, если я спущусь к реке в это время, Брин отвезет меня в Мэйз-Корт. Мисс Фрэйн, я знаю, что поступил неправильно, когда нарушил обещание, и вам следует меня наказать.

Памела погладила его по руке.

– Думаю, милый, ты уже достаточно наказан – сдержанно произнесла она. – Значит, это Морган написал записку?

– Нет! Брин не умеет ни читать, ни писать. Никакой подписи на ней не стояло, но я решил, что записка от мистера Хоксуорта и что Брин оставил ее там для меня.

– А что с ней стало?

– Я бросил ее в огонь. Не хотел, чтобы кто-нибудь ее увидел.

Памела кивнула. Вероятно, это не имело значения, потому что, даже если бы записка сохранилась, вряд ли она помогла бы установить личность автора. Кто еще на этом свете, кроме Стивена и ее самой, общался с Джейсоном и мог принять приглашение, посланное якобы от него?

– Стивен, ты рассказал кому-нибудь о нашей встрече с мистером Хоксуортом и с Махду в хижине у Брина?

– Нет, мисс Фрэйн. Я рассказывал Эдварду, что видел их там, но он не знает, что вы тоже там были. Я знал, что мне не нужно ничего про это рассказывать, но так уж получилось.

Эдвард! Неужели он?.. Не может быть!.. Если бы мальчик погиб, Эдварду пришлось бы зарабатывать себе на жизнь каким-либо менее приятным способом. И хотя на вопрос, как Стивена заманили в ловушку, теперь нашелся ответ, до разгадки тайны было все так же далеко, и опасность оставалась так же велика, как и прежде. Все в поместье сознавали это, и в Таррингтоне тоже. Гвенни, после последней поездки домой, сообщила поистине сенсационную новость, и стало ясно, что страсти в деревне вовсе не утихли и все более накалялись.

За день до этого, как рассказала Гвенни, Джейсон ехал вместе с мисс Деламер в своем экипаже, когда на таррингтонском мосту их окружила озлобленная толпа взрослых мужчин и мальчишек, осыпавших оскорблениями пассажиров экипажа. У Джейсона сбили с головы шляпу, его одежду и платье его спутницы забрызгали грязью, и от более серьезного урона их спасло лишь то, что Джейсон направил своих лошадей на толпу, которая бросилась врассыпную, спасаясь от ударов копыт.

Памела с ужасом слушала рассказ ликующей Гвенни об этом инциденте и не удивилась, узнав, что мисс Деламер и ее горничная спустя сутки покинули Мэйз-Корт в экипаже Джейсона. По слухам, они уехали в Лондон. Памела пожалела, что Джейсон ради собственного блага не отправился вместе с мисс Деламер.

Несколькими днями позже леди Таррингтон послала за Памелой и сообщила ей, что в начале следующей недели она собирается, забрав с собой обоих детей, на какое-то время поселиться у родителей их матери в курортном городе Челтнем.

– Мне не будет покоя, мисс Фрэйн, до тех пор, пока мой внук в пределах досягаемости Джейсона Хоксуорта, – продолжила она. – Никому ничего не рассказывайте и предупредите Гвенни, чтобы она тоже держала язык за зубами. Я не хочу, чтобы кто-то что-либо знал, особенно доктор Мередит! Он слишком тесно общается с Хоксуортом.

Памела вернулась в комнату для занятий стяжелым сердцем. Возможно, все складывается наилучшим образом, поскольку Стивен и Джейсон будут находиться в сорока милях друг от друга и последнего нельзя будет сделать козлом отпущения за последующие покушения на мальчика, но еще менее вероятным становилось, что она и Джейсон когда-либо встретятся снова. Памела лишалась даже малого утешения – сознания того, что он будет в пределах досягаемости, если опасность все-таки возникнет.

Она решила, что и ради нее самой, и ради Стивена Джейсону нужно рассказать об их скором отъезде. Она надеялась изыскать возможность отправить ему послание через Оуэна Мередита, но доктор уже не навещал Стивена столь регулярно, как прежде, и, в конце концов, когда до их отъезда оставалось всего два дня, отчаяние сделало Памелу безрассудной. У Мелиссы был урок музыки – учитель приезжал из ближайшего городка дважды в неделю, – и Стивен оставался с Эдвардом. Памела незаметно выскользнула из дома и пешком направилась к деревне.

Стоял холодный ноябрьский день, тусклый и унылый, и настроение у нее было под стать погоде такое же пасмурное, омраченное недобрыми предчувствиями. Хотя больше ничего не было сказано она не сомневалась, что леди Таррингтон не собирается держать ее у себя по истечении трех месяцев.

Оуэн Мередит жил в каменном доме у моста, и памеле посчастливилось застать его. Выслушав ее рассказ, он с одобрением произнес:

– Мудрое решение со стороны ее светлости! Этого будет достаточно для обеспечения безопасности Стивена – правда, не по той причине, о которой она думает. Хотя я бы больше обрадовался возможности установить личность преступника.

– Вы считаете, сэр, что мистер Истли пересказал кому-либо то, что рассказал ему Стивен? – предположила Памела.

– Что касается этого, то я бы заподозрил самого Истли, по он не мог искать какой-то выгоды в гибели молодого Стивена. Большая часть состояния Таррингтонов останется в семье, и даже если бы и Стивен и Мелисса погибли, в Шропшире есть другая ветвь, которая его унаследует, – заявил Оуэн Мередит.