Золото Иссык–Куля - Виктор Кадыров

Выбравшись наружу, все возбужденно обсуждали увиденное. Пещера продолжается! Значит, впереди новые открытия!

Виктор расспрашивал Омана о легенде, о поисках в 1926 и 1952 годах и сообщил, что года два назад он встречался с одним довольно известным человеком, Сергеем Мельникоффом, который утверждал тогда, что откопал мифическую пещеру и нашел в ней раку – серебряный гроб апостола Матфея. Оман отмахнулся. Этого быть не может. Русло, по которому он отводил реку, выкопали зеки майора Алиева. Никаких земляных работ, кроме штольни энкавэдэшников, Оман не обнаружил. Значит, Мельникофф жулик и нагло врет. И академик Плоских, который ищет на Иссык–Куле место захоронения святого апостола, тоже говорит, что американец русского происхождения – аферист и мыльный пузырь. Пещера лежит на глубине около восьми метров от поверхности. Энкавэдэшники копали далеко в стороне и ушли гораздо глубже. Был ли открыт ход в 1926 году? Об этом молчат все источники, живых свидетелей не осталось. Так что разгадка впереди!

Великий комбинатор и путешественник

Вернувшись в Бишкек, Виктор не мог выбросить из головы Сергея Мельникоффа. Этот человек заставил говорить о себе весь Кыргызстан где–то в 2002 году. Виктор помнил помпезную рекламу на телевидении: компания Мельникоффа IPV берет на себя продвижение Киргизии в туристическом плане. Это совпадало с доктриной первого президента республики Аскара Акаева, рассчитывавшего, что туризм станет главнейшей отраслью страны. Тут и подвернулся русский американец с грандиозными проектами. Мельникофф предлагает снимать на Иссык–Куле серию передач о поисках подводных сокровищ. Настоящих поисков, а не киношных. То есть Сергей обязуется найти сокровища затонувших Атлантид горного озера и заснять на пленку все действо. Все найденное добро Мельникофф презентует киргизскому государству – его лично древние сокровища не интересуют. Ведь Мельникофф миллионер, все его проекты приносят баснословные прибыли. Он – киношник, зарабатывает деньги на съемках приключенческих путешествий и программ. Сергей привезет на Иссык–Куль небольшую субмарину – и успех поисков гарантирован. У него в распоряжении мощная техника зондирования, любой цветной металл будет обнаружен и вытащен на поверхность. Плюс ко всему Мельникофф обещал показ своих фильмов по каналу «Дискавери», передачи по ВВС и ССN. Мир ахнет от незнакомого до сих пор Кыргызстана, и в страну ринется огромный поток туристов. Возникнет киргизский бум. Туристические агентства будут захлебываться от работы, отели не будут знать, где селить людей. В общем, Москва–Васюки. У нашей верхушки, видимо, челюсти отвалились от такого подарка судьбы. Как же, такой знаменитый человек, принимавший, по его словам, участие в подводных поисках легендарного «Челюскина», – и тут, у нас – в Кыргызстане!

Конечно же, Мельникофф получил все карты в руки. Ему дали информацию обо всех подводных исследованиях археологов, познакомили со всеми мифами, которые связаны с Кыргызстаном. В первую очередь – с мифом о захоронении святого апостола Матфея на берегах озера Иссык–Куль. Дело в том, что в атласе карт, который издавался в Каталоне в 1375 году, была карта Центральной Азии, где возле озера Иссык–Куль был нарисован дом с крестом и рядом стояла надпись: «Исикуль, монастырь армянских братьев–несториан, где хранятся мощи святого Матфея». Сам атлас являлся копией с более древних карт. Очевидно, монастырь существовал в четвертом–пятом веках нашей эры, возможно, что он продолжал существовать и в начале тринадцатого века, когда в эти земли пришли монголы Чингисхана.

Несториане – последователи еретического направления в христианстве – считают, вслед за своим духовным учителем Несторием, что Бог вселился в человека – Иисуса Христа. Они не поклоняются Марии, не считая ее Богородицей, ибо она родила обычного младенца, которому была уготована необычная судьба. Это осуждалось в Римской империи и на первых Вселенских соборах, и несториане вынуждены были бежать на Восток. Так они появились и на территории, которую ныне занимает Киргизия.

Мельникофф узнал и о Курментинском кладе и о его поисках.

Еще более сильно укрепилась дружба Мельникоффа с киргизским правительством и президентом в сентябре 2002 года, когда Акаев, с подачи американца, сделал Бушу поистине царский подарок – «гору», которую накануне первого визита киргизского президента в Америку покорила киргизско–американская группа альпинистов и назвала «11 сентября» в память о событии 2001 года, разорвавшем мир на две части: воинствующий ислам и все остальные. Причем Мельникофф умудрился буквально за два месяца организовать экспедицию в Талас, где была непокоренная безымянная вершина, снять и смонтировать фильм о восхождении в формате, пригодном для показа по американскому телевидению. Кассету с фильмом и подарил Акаев растроганному Бушу. Фильм показали по нескольким каналам телевещания.

Было заявлено еще несколько проектов, которые постоянно рекламировало киргизское телевидение. Это – «Миллион за вершину» и «Ставка больше, чем жизнь». Оба проекта сильно не понравились Виктору. Если первые идеи Мельникоффа, в случае успеха, сулили Киргизии популярность, то последние поражали цинизмом и профанацией.

Миллион долларов обещал Мельникофф человеку без альпинистских навыков, который рискнет взойти на семитысячник Победа. Сам он обещал вести съемку восхождения в режиме он–лайн и передавать по всем мировым каналам телевидения. В случае непредвиденного ЧП участник восхождения не получал никакой помощи и должен был выжить или умереть перед лицом телекамеры. Виктор когда–то занимался альпинизмом и знал, насколько суров и опасен этот семитысячник, сколько жизней замечательных спортсменов он забрал. Решится на его восхождение без соответствующей подготовки может только самоубийца либо абсолютный профан. Результат заведомо известен. Как может шоумен предлагать такой проект? Это же чистое безумие.

Второй проект – «Ставка больше, чем жизнь» предполагал одиночное восхождение Эльвиры Насоновой на Эверест. Зная ее возраст, Виктор не сомневался, что это путь в один конец. Накакую высоту она поднимется и где умрет – будет зависеть только от физического состояния Насоновой. Да, в прошлом она была отличным спортсменом, Эверест для нее – недосягаемая мечта. Может быть, смерть на склонах Джомолунгмы будет венцом всей ее жизни, но зачем это снимать на пленку?!

Через некоторое время Виктор услышало том, что Мельникофф нашел мощи святого Матфея, но все специалисты говорили, что это «утка». В Киргизии это вполне возможно.

Как–то по новостям прошла информация, что киргизская экспедиция собирается штурмовать Эверест и уже разбила базовый лагерь. Виктор бросился по знакомым альпинистам в надежде разузнать подробности. Все пожимали плечами: по всей вероятности, кто–то у кого–то взял немалые деньги на эту экспедицию и теперь пытался «отмыться». Деньги, естественно, уплыли в неизвестном направлении, а на штурм горы никто и не собирался идти.

Потом налетела революция, жизнь закрутила так, что Виктор на время забыл о фантастических проектах Мельникоффа.

Однажды, когда Виктор вернулся из очередной поездки по Киргизии, ему сообщили, что его разыскивает Сергей Мельникофф. Теряясь в догадках о возможных интересах богатого американца, Виктор просмотрел оставленные шоуменом материалы. В них говорилось об открытии в Нью–Йорке художественной галереи–выставки знаменитого путешественника и фотографа Сергея Мельникоффа. Прилагалась ксерокопия фотографии выставки. Виктор был директором издательства, которое специализировалось по выпуску фотоальбомов и книг. Его наметанный глаз сразу определил, что фото выставки – фальшивка, то есть сделанная в компьютерной программе модель. Сейчас сплошь и рядом используются такие модели в рекламных буклетах, если, скажем, реклама опережает само событие. Но, по словам персонала издательства, Мельникофф утверждал, что выставка существует уже давно, поэтому отсутствие обычного снимка галереи настораживало Виктора. Тем не менее, интерес со стороны известной личности несколько польстил издателю. Может быть, Мельникоффа привлекли какие–то издания или фотографии Виктора? Это было бы приятно.

Вскоре в его кабинете появился и сам Мельникофф в сопровождении симпатичной секретарши.

Шоумен оказался мужчиной довольно внушительного роста и размеров. На его лице застыла маска утомленно–скучающего интеллектуала–экстремальщика, мол, сколько прошли, сколько видели, а вот рутина жизни заставляет заниматься скучными, мелкими делишками. Прихлебывая предложенный кофе, Мельникофф изучал Виктора сквозь прищуренные, словно амбразуры, глаза. Тот поймал испытующий взгляд, но не подал вида, решив занять выжидательную позиции. В конце концов, он нужен для чего–то американцу, а не наоборот.