Материки - Эстэр Марон

Сейчас никакие сгустки мрака не мешали мне его рассмотреть. Кроме волос, подобных моим, радужки, поражающей своей цветовой гаммой и черных крыльев, с радужным оперением на кончиках, он ничем не выделялся среди снега. У него была мраморно-белая кожа, которой могли бы позавидовать даже «высокородные» эльфы и которая могла быть лишь у ангелов, или демонов, как у меня и у него.

Он подошел ближе, как и я кутаясь в крылья и скрывая свою наготу, и мои глаза в первый раз в жизни удостоились чести рассмотреть его лицо. Лучше бы я этого не делала. Я не романтик и не «кисейная барышня», но остаться равнодушной все-же не смогла. Он был безумно красив, но возможно лишь только для меня. Многие не любили такие хищные и острые черты лица, в тоже время немного женственные. Но я не была из «многих». Мне нравилось в нем абсолютно все — и эта кошачья форма глаз, с поднимающимися к верху уголками, и тонкий нос, с еле заметной горбинкой, и чуть надломленная линия темно-фиолетовых бровей, и сардоническая усмешка, застывшая на тонких губах, за которыми скрывались острые клыки. Мне нравились даже эти странные черные и тонкие линии-татуировки, нарисованные на левой скуле, подобно трем следам от когтей, начинавшихся сантиметр от линии глаза и идущих вниз, через всю щеку.

— Привет. — Еле слышно произнесла я, закончив песню.

— Привет.

Несколько минут мы просто стояли, смотря друг-другу в глаза.

— Это ты меня призвал в сон? — Спросила я.

Он едва уловимым жестом кивнул головой, всколыхнув гриву своих волос. Романтика, блин. Если бы я сейчас не спала, точно бы отпустила какую-нибудь шуточку по этому поводу. Да и рыся бы помог… О-о-о! Да вот и он сам бежит. Как говорится, вспомнишь…

Добежав и сделав вокруг меня петлю, Рильен сел слева от меня. Через несколько секунд откуда-то взялся белый тигр и зеркально повторил движение рыся, только вокруг… блин, я даже имени его не знаю.

— Я Айрена.

Демон ухмыльнулся.

— Я Эйдриан.

— У демонов что, так принято своих детей называть для сокращения? В смысле, вместо полных имен, крикнуть: «Эй, иди сюда!», или «Ай, посуду помой!»? — Буркнула я. Таак… начинаю просыпаться…

Он лишь улыбнулся и секунду перед тем, как я проснулась, коснулся моей щеки и сказал:

— Приветствую тебя, маленькая демонесса, в твоем новом клане…

Я открыла глаза и посмотрела на светлеющее небо за окном. Создатель. И почему я никогда не могу, как нормальное существо, хоть раз поспать до полудня? Всегда просыпаюсь за полчаса до рассвета. Это уже тенденция…

Сдавшись и поняв, что больше не засну, я аккуратно, чтобы не потревожить Рильена, вылезла из кровати и, прихватив походную сумку с одеждой, направилась в ванную комнату. Мне срочно надо было привести в порядок мысли, а это удавалось только посредством жестокого самокопания, или же мытья головы. Теперь, догадайтесь с трех раз, что я предпочла? Правильно.

Заклинанием воздуха расплела себе мелкие косички, на секунду залюбовавшись отражением своей ставшей кудрявой гривы, потом набрала себе горячую ванну, добавив туда несколько целебных настоек, и погрузила в воду разгоряченное после сна тело. Животворящая вода ласково приняла в свои объятья мою тушку. Волосы в воде стали настолько темно-фиолетовые, что было даже больно на них смотреть на фоне белоснежной кожи. Контраст, мать его.

И почему я так злюсь?

Потому, что не понимаю, кем стала. Демон — это всего лишь слово. А вот то, что оно означает, мне предстоит испытать на своей шкуре и довольно-таки быстро, если не хочу сойти с ума. Создатель! Интересно, что это такое Эйдриан говорил во сне про клан? Насколько я знаю, кланы бывают у эльфов, у водного народа, у гномов и еще у некоторых разумных рас, по мелочам… а вот про демонов я не знала. Даже не предполагала. Думай, котелок, думай! Если тебя пришел встречать именно этот конкретный демон, значит, тебя отнесли к его клану. Интересно, а кто-нибудь додумался спросить мое мнение? И вообще, по каким критериям крылатые распределяют себе подобных по кланам? Гы, по цвету волос, что ли? Три ха-ха.

Ладно, придется оттеснить эту мысль в ожидании разговора с Сарином.

Следующий вопрос, еще более туманный — почему у меня во сне были белые крылья? И были ли они такими, может просто их покрывал слой снега? Я что, в конце-концов, ангел какой-то?! А только демоном успела стать, ха.

На всякий случай материализовала крылья и убедилась, что они угольно-черного цвета с фиолетовыми кончиками. Нет, точно схожу с ума. Но все-таки один вывод из всего этого я извлекла — я хочу полетать. И немедленно.

Наскоро расправившись со своей непокорной шевелюрой, высушив ее и отмыв свое бренное тельце до состояния блеска, я с видом музейного хранителя принялась производить раскопки в своем гардеробе. Вместо обыденного походного костюма решила облачиться в костюм наемника. Не официальный, конечно. Он считался таковым исключительно из-за десятка ремешков, лямочек и потайных карманов, где было удобно носить оружие и, соответственно, так же удобно его извлекать. А оружие у меня было. Кроме занятия теоретической и практической магией, нас в академии поголовно муштровали на владение ближним и дальнем боем, дабы «детки» не пропали во внешнем мире. Стрелять из лука, признаюсь, у меня получалось плохо, а вот обращаться с метательными ножами и коротким клинком я вполне умела. И даже хорошо умела. Меча, к сожалению, у меня небыло, а вот ножи с серебряным кинжалом от нежития любовно разместила на себе. Сам костюм, кстати, представлял собой кожаный комбинезон черного цвета без рукавов, на который, по желанию, надевалась маскировочная серая рубашка. Рубашку я одела, но только из-за того, что в полете будет холодно, а мое здоровье — мой оплот.

Тихо пройдя сквозь сонную атмосферу комнаты и спустившись по лестнице, я вышла на улицу. Морозный воздух тотчас лизнул мое лицо, разбросав волосы по плечам. Надо сказать, кудряшки не выдержали тесного знакомства с водой, и сейчас моя грива привычно ниспадала ровными локонами до поясницы.

Вдохнув поглубже этот чистый горный воздух, сумевший сохраниться, несмотря на городскую жизнь, я скользнула в темный переулок и материализовала крылья. Они не замедлили появиться, порвав к такой-то бабушке рубашку. Комбинезон-то ничего, у него шика-аарррный вырез до самой пятой точки сзади, но верхнюю одежду было жалко.

Я расправила крылья.

И-эх, живем!

Полет над цепочкой гор и над городом в частностибуквально вдохнул в меня жизнь. Распущенные волосы лезли в глаза, в рот, даже в нос, но так ли это важно, когда в твои крылья ударяют потоки воздуха, а сущность наслаждается тем, что было у нее отнято девятнадцать лет?!