Материки - Эстэр Марон

Но здесь же меньше людей, чем нелюдей!

«Да. Но нелюди не имеют привычки напиваться, а вот люди это делают частенько.»

Мда…

А в общем, если без странностей вроде зеркала и дорогущей хрустальной люстры с десятком подсвечников, зал был обставлен уютно и со вкусом. Во мне даже начало зарождаться уважение к хозяину трактира.

Пол был деревянным, но узор срезанного дерева был отлично подобран, и казалось, что половицы составляли свой замысловатый рисунок. Напротив входа красовался огромный мраморный камин, вокруг которого те же половицы были заменены черным камнем против пожаров как на улицах. Зал был прямоугольным, хотя внешне здание выглядело овальным (как и все дома этого города), с маленькими круглыми столами по центру и с большими по периметру, которые к тому же были отделены друг от друга на равном расстоянии деревянными перегородками красивой формы и с завораживающим узором. У одной стены расположилась деревянная стойка, за которой мельтешили несколько девушек в идентичных одеждах-платьях коричневого цвета с белыми замызганными фартуками. За их спинами виднелась небольшая дверка- в кухню, я полагаю. В одном углу столовой, рядом с окном, был замечен мной вход в коридор, из-за которого выглядывала лестница наверх. Мило.

В левой половине зала, где находилась как раз такая «ниша», отделенная перегородкой, рядом с камином, и расположилась наша компания. Все они о чем-то увлеченно спорили, забыв про еду, удрученно стынущую им в отместку. Спор тотчас прекратился, как только я с Саиной опустились на два свободных места, из чего я могла заключить, что мы являлись его темой.

— Привет всем. — Наигранно весело поздоровалась я и цапнула ближайший ко мне блинчик, спасая его от одиночной участи.

На меня уставилось восемь укоризненных взоров. Начисто их проигнорировав, я взяла еще один блинчик, после чего, чуток подумав, придвинула к себе всю тарелку. Сказывалось почти недельное голодание на корабле, плюс сегодняшнее ночное событие. Кто сказал, что нервные клетки не восстанавливаются? Еще как восстанавливаются. За счет чужих, хех.

— Ты где была? — Грозно вопросил Леир.

— Мед-пиво пила. — Отмахнулась я.

— Айрена!

— И уже как девятнадцать лет…

Вампир закатил глаза. Пррравильно! Ничего от меня невозможно добиться, если я этого не хочу. А я этого ой как не хочу…

— И вправду, с тобой все хорошо? — Осведомился Зофер, скорее из вежливости к клыкастому, нежели потому, что это его действительно интересовало.

— Замечательно. — Попыталась, было, улыбнуться я, с набитым всякой вкуснятиной ртом. Надо ли добавлять, что не получилось? Наверное, Зоф очень испугался моей гримасы, так как закашлялся, подавившись соком. Его рыжий «конский хвостик» прыгал в такт хозяину, который пытался отдышаться. Кстати, сколько у нас рыжих в «отряде»? Зоф, Сарин и Риля… гы, святая троица. Разве что только глазами и отличаются, ведь телосложением все почти одинаковы. У Рина, например, серые глаза, у рыся — зеленющие с миниатюрными чертенятами во взгляде, а у бывшего упыренка темно-карие, почти черные. И хоть у кого-нибудь были бы такие же сиренево-фиолетовые, как и у меня! Я б тогда не настолько сильно чувствовала себя изгоем… Взять к примеру все того же Сарина — ведь демон же, как и я теперь! Но похож на человека. Одна я «нечеловечески» выгляжу… Интересно, у моего ненаглядного папочки такие же комплексы были? Что-то я сомневаюсь.

От грустных мыслей меня отвлек Рильен. Оперевшись передними лапами мне на колени, рысь уже привычно-успокаивающим жестом лизнул меня в щеку. И почему это я все время забываю, что он может улавливать потоки моих мыслей?

Минут через пятнадцать, когда вспомнившие о еде люди и нелюди утолили голод, вампир попросил задержаться.

— Итак, мы прибыли в Санту. Как я и обещал во дворе академии, отсюда каждый направится на практику одиночно, или попарно. — Мы с Санькой переглянулись, обмениваясь улыбками, мол, вместе нам сам черт не страшен. Леир это заметил, но решил пока не комментировать. — Я, Сарин и Сар-Эль даем вам весь завтрашний день на подготовку. Купите себе необходимое оружие, амулеты, зелья и остальное. Послезавтра с утра соберетесь здесь, дабы обсудить, кто с кем и куда поедет. Сейчас вы свободны, комнаты свои знаете и можете идти отдыхать.

Я вопросительно посмотрела на подругу.

— Мы ночуем вместе. — Улыбнулась она. — Наш номер двадцать четвертый.

Быстренько заглотив остатки яблочного компота, я с Саиной отправились наверх.

Наша комната оказалась вполне презентабельной: две одноместные дубовые кровати, застеленные чистыми простынями, мягкий ковер бордового цвета, шторы на окнах, шкаф, большой письменный стол на две персоны со стульями, собственная маленькая комнатка с водопроводом (новейшее изобретение гномов) и два ворсистых кресла возле окна. Я, если честно, ожидала худшего, так что сейчас, радостно подпрыгнув, наскоро приняла ванну и, переодевшись в ночнушку (уже не стесняясь более ни Саньки, ни рыся), завалилась в кровать.

Создатель, какой же уставшей я была! Едва успев накинуть на себя пуховое одеяло, я провалилась в сон…

…Снежная аллея, с двух сторон облепленная сосновым лесом. Я была голая, и только крылья приятно грели спину. Мягко ступая по снегу и не оставляя на нем следов, я шла вперед, зная, что аллея никогда не закончится.

Прямо передо мной появилось зеркало, то самое, из Леса Туманов. Мое отражение подмигнуло мне, но не начало петь, так как уже отдало мне эту часть себя. Я улыбнулась фиолетововолосой девушке из зеркала и запела сама. Мелодия, срывавшаяся с моих губ, заполнила собой весь сон и была столь прекрасна, что я даже усомнилась — могу ли я создавать подобное совершенство? Но мои сомнения тотчас прогнала новая порция этих демонических звуков. Демонических… естественно, ведь я уже… да, я демон. И хватит бояться признаваться в этом себе. Пусть я не знаю всех своих возможностей, пусть я даже о них не догадываюсь, но они есть. Они уже со мной, навеки. И ничто не сможет отделить их от меня, разве что только моя глупость и детское упрямство.

Я прошла сквозь зеркало, забирая с собой мое отражение и продолжая петь. Крылья, повинуясь мысли, окутали мое тело подобно плащу. Странно, но во сне они были белые с серебристыми кончиками, может из-за снега? Но я не могла это различить, так как подобно большинству снов, края картинки начали чуть расплываться, а все зрение сфокусировалась на бредущей мне навстречу фигуре. Мдааа… а я, грешная, уже почти забыла о нем.

Сейчас никакие сгустки мрака не мешали мне его рассмотреть. Кроме волос, подобных моим, радужки, поражающей своей цветовой гаммой и черных крыльев, с радужным оперением на кончиках, он ничем не выделялся среди снега. У него была мраморно-белая кожа, которой могли бы позавидовать даже «высокородные» эльфы и которая могла быть лишь у ангелов, или демонов, как у меня и у него.