Заурядный человек - Ганс Бандильерос

* * *

Прибытие в Токио было интересным.

Сразу, как мы вывели своих коней с парома, я повёл – путь до кастом-ателье был небольшой, так как расположилось оно около доков. Мы вдвоём въехали внутрь большого ангара-мастерской. Сегодня тут было намного больше народу, много мотоциклов и их частей.

– И что мы здесь забыли? – как только мы остановились около входа, Сакаки задал этот вопрос.

– Подарок для Сигуре. Кстати, сенсей, я кое-что забыл. Вашему мотоциклу тоже не помешала бы помощь профессиональных механиков.

– Ещё чего, – возмутился Сакаки, но я его остановил:

– Вот только не надо, сенсей, тут работают лучшие профессионалы в Японии. К тому же – я плачу. Должен же я как-то расплатиться за тренировку. Деньги давать – пошлость, пива купить вы и без меня сможете…

– Ладно, – сдался Сакаки.

Как раз в этот момент, узнав меня, к нам подошёл старый знакомый. Правда, выглядел я немного иначе – волосы длиннее, собраны в конский хвост, а сквозь одежду явно проступает мускулатура, которая за время моей тренировки стала на уровне профессиональных бойцов, рельефной… Теперь можно было бы и клеить девок, да только Сигуре мне голову снесёт, если узнает…. Если всё действительно настолько серьёзно.

– Сирахама-Доно, – подошёл менеджер, – ваш заказ уже давно выполнен.

– Вот и прекрасно, – я достал договор из багажника мотоцикла, – протянув ему, – пойдёмте, посмотрим…

Менеджер только сейчас заметил мастера Сакаки – двухметровая гора мышц произвела на него неизгладимое впечатление, и он даже бровью начал дёргать в нервном тике, но следующие события разрушили всё впечатление.

– Сакаки-сан, а ваш мотоцикл мы отдадим этим ребятам. – И уже обращаясь к менеджеру, – вы же возьмёте мотоцикл Сакаки-сана?

– Да, да, конечно, – он посмотрел на уралик, – о, русский байк. Хороший, только двигатель сделан не иначе, как пьяными медведями, постоянно требует регулировки и ремонта. Семьсот пятьдесят кубиков, сорок пять лошадей, на низких тяга, как у трактора, но надёжность…

– Это да… – Сакаки-сан улыбнулся широкой улыбкой добряка, а уши его подозрительно порозовели, – что есть, то есть.

Вид улыбающегося и смущённого мастера Сакаки разрушил всю брутальность и менеджер перестал бояться.

– Вот что, – влез я, – давайте поменяем двигатель и подвеску, а так же устроим техобслуживание.

– Какой поставить? – отозвался менеджер.

– Хм… лучше – на ваш выбор, но что бы тяга не терялась и мощность минимум в полтора раза больше. Что до деталей – лучше на ваш выбор. Окрас – это вам мастер Сакаки сам скажет…

Я отошёл в сторону и пока Сакаки разговаривал с менеджером, поискал глазами драгоценный мотоцикл Сигуре. Обнаружен он не был, и только менеджер, после того как Сакаки отдал подмастерью ключи, повёл меня в нужном направлении.

Байк был красив и стилен. Больше сказать нечего, он был таким же, как сама Сигуре – красивым, брутальным и утончённым в деталях. Классические японские узоры, срисованные с какой-то гравюры, кандзи «Сигуре» сбоку на бензобаке, хромированные полозья по бокам от руля и тёмно-фиолетовые, как одежда Сигуре, или вернее немного темнее, детали – линия на ободах колёс, передняя часть глушителя, задняя часть корпуса, сразу за сиденьем, на котором с комфортом может разместиться два человека, причём второй – чуть выше первого.

– Красотища то какая… – завис Сакаки, разглядывая байк. Это самое цензурное и последнее слово, так как восхищение он высказал нецензурно, но эмоционально.

– Нравится?

– Ну… это шикарнейший мотоцикл, из всех, которые я видел, – широко улыбнувшись сказал Сакаки, – кстати, почему именно мотоцикл?

– Я подумал… – я задумался, – что Сигуре пойдёт мотоцикл. Он вообще лучше машины при погоне, с него можно спрыгнуть, и стоит он... дорого, конечно, как представительский автомобиль, но не так дорого как спорткар. Да и по проходимости он лучше, поэтому лучший для людей нашего круга транспорт – мотоцикл. А машины – для семейных путешествий или поездок с комфортом, но без экстрима…

— Понятно, – усмехнулся Сакаки, – ладно, нам пора возвращатья.

Я вывел драгоценный мотоцикл сам, и сел на него. Действительно, он удобнее моего и устойчивей должен быть. Достал мобильник…

– Аллё? Миу? Привет. Да, живой я, живой ещё. Дай дедушку…

Сакаки между тем сел на мой байк.

– Старейшина? Добрый день. Старейшина, у меня к вам личная просьба… да, не могли бы вы пока увести куда-нибудь Сигуре-сан? Примерно на час. Да, я хочу сделать сюрприз. Куда… ну, на запад, мы едем с востока.

Я положил трубку.

– Решил сюрприз сделать, – заключил довольный Сакаки, – всё отдам, что бы посмотреть на лицо Сигуре-сан в этот момент…

– Конечно, Сакаки-сан, – усмехнулся я, – хотя… а, какая разница.

Мы поехали в додзё. Путь занял пол часа по улочкам через центр Токио. Харлей Сигуре я никому бы не дал водить. Сакаки, как я понимаю, понял правильно и облюбовал мою бэху.

Презентация была назначена на через десять минут – встречать нас вышло всё додзё, кроме Акисаме-сана и Сигуре-сан. Их как раз не было. Вместе мы въехали в ворота. С виду понять сразу кто есть кто проблематично – узнать Сакаки легко, а вот мою изменившуюся фигуру узнали не все, только до тех пор, пока я не снял шлем.

– Кенчи-кун! – обрадованно бросилась ко мне Миу. Всё же приятно, что меня здесь ждали. Миу в порыве радости обняла меня, но через секунду отстранилась, заалев как маков цвет.

Я же, развернувшись, достал белую ткань, купленную по пути, и накрыл Харлей. Сзади подошёл мастер Ма:

– Кен-тян, а что это ты прячешь?

– Подарок. Скоро увидите.

– О как! – мастер улыбнулся, – кому дарить то собираешься?

– Скоро увидите, – повторил я.

– Аппа! Кенчик вернулся! – громогласно заявил подлетающий к нам Апачай и чуть было не схватил меня в охапку, но я с трудом, и благодаря наработанным рефлексам, увернулся:

– Стой, аппа! Ты же меня раздавишь!

– Аппа! – Апачай загрустил, – Кенчи не хочет обнимашки…

– Апачай, мы же мужики. Давай лучше спарринг устроим!

Подействовало – из пучин отчаяния Апачай взлетел на седьмое небо и радостно забегал вокруг, и только подошедший старейшина угомонил его.

– Рад видеть тебя, Кен-чан, – он улыбнулся в усы, – вижу, не прошли даром тренировки. Сделал я, как ты просил.

– Спасибо, старейшина – улыбнулся я ему, – в таком случае, я приду к обеденный зал. Если мне не изменяет память, ужин через час.

– Мы ждём Сигуре и Акисаме с продуктами, – кивнул старейшина, разглядывая накрытый тканью байк…

Как раз в этот момент вернулись Сигуре и Акисаме. Дверь открылась и все уставились на них, а Сигуре уставилась на меня. На мгновенье на её лице промелькнуло узнавание и радость, но заметил их разве что только я и старейшина, за остальных говорить не берусь. Она явно хотела подойти ближе, но большая сумка за спиной требовала идти на кухню перед тем как мы устроим сцену «возвращение блудного Сирахамы».