Нырок в забвение - Ричард Хенрик

– Боюсь, что я вас не понимаю, – пролепетала Мими, чувствуя, что ее хрупкая надежда тает, как снег весной. – Вы говорите, что Питер жив, но никогда не сможет вернуться домой. Тогда где он, и как произошло, что он там оказался?

– Дорогая моя, ваш муж переброшен на далекую звезду в созвездии Сигнус, то есть Лебедь. Существо, которое ведет меня, тоже из тех мест, и именно от него я узнала об активности камня.

– Камня? – с глупым видом переспросила Мими, совсем забыв про чай.

– Милочка, я знаю, что вы не новичок в мире экстрасенсорики. Вы уже жили на этой земле раньше, во многих предыдущих жизнях. И все они внесли свой вклад в нынешнее высокоэволюционное состояние вашей души. В одной из своих прежних жизней вы жили на континенте Атлантида, поэтому то, что я вам поведаю, будет равносильно поездке домой.

Огромный континент Атлантида когда-то занимал значительную часть суши и находился там, где теперь катит свои волны бескрайний океан. Кроме откровений Платона, у современного человечества не осталось никаких сведений о существовании цивилизации Атлантов. И это позор, потому что мы могли бы многому научиться у них и достичь невиданных высот, применив эти знания сегодня.

Достижения атлантов в искусстве и науке значительно превосходили наш нынешний уровень. Это стало возможным благодаря тому, что жители Атлантиды, научившись управлять движущими силами Вселенной, обрели энергетическую независимость. Для обуздания космической энергии они построили пирамиду из кристаллического материала под названием туаойский камень, специально созданного ими для этой цели. Эта пирамида действовала как автономная энергетическая установка и находилась в том месте, которое теперь называется Языком Океана – между Багамскими островами Андрос и Нью-Провиденс.

Со временем Атлантиду стали раздирать конфликты между силами добра и зла. Эта извечная борьба достигла апогея именно тогда, когда на континент обрушились страшные природные катаклизмы и стихийные бедствия, и Атлантида погибла, погрузившись на дно океана.

Туаойская пирамида разделила судьбу континента. Запрограммированная на работу еще в те давние времена, она продолжает качать энергию из Вселенной, даже находясь на дне моря. Обстоятельства сложились таким образом, что корабль вашего мужа оказался над развалинами пирамиды как раз тогда, когда кристаллы начали выброс энергии. Таким образом, попав в мощный энергетический луч, весь экипаж был телепортирован на Сигнус, где они сейчас живут в мире на земле Туаоя.

Когда доктор Элизабет закончила свое странное повествование, она показалась Мими эмоционально опустошенной. Отвалившись на спинку кресла, она отпустила руку Мими и закрыла глаза. Наполнившиеся слезами глаза Мими невидящим взглядом уставились на бьющиеся о берег волны. Утратив последнюю надежду увидеть мужа живым, она отрешенно размышляла над только что услышанной загадочной историей.

Молодую женщину раздирали противоречивые мысли. Ее разум отказывался серьезно воспринимать миф о древней суперцивилизации, гибели загадочного континента и сказочных кристаллах, чудесным образом телепортирующих людей в другой конец Вселенной. Но как объяснить тот упрямый факт, что эта женщина знает содержание телеграммы? Эта необъяснимая загадка, а также доверие и искренняя симпатия, которые испытывала Мими по отношению к хозяйке, пересилили скептицизм, и она решилась задать вопрос:

– Доктор Элизабет, вы могли бы еще раз вступить в контакт с моим мужем?

Хозяйка ответила голосом, лишенным обычной энергичности:

– Теперь, когда он обосновался в своем новом доме, это будет очень сложно, моя дорогая. Однако у нас появятся шансы на успех, если мы сможем приурочить сеанс к очередной активизации пирамиды.

– И когда это произойдет? – спросила Мими, переведя взгляд с моря на посерьезневшее лицо хозяйки дома.

– Милочка, ведь вы боец, не так ли? Я люблю сильных духом людей и не хотела бы вас подвести. Вот что нам следует сделать, чтобы обеспечить успешный контакт с вашим Голландцем. По воле судьбы, у нас появится возможность такого контакта не далее, как через неделю, в период осеннего равноденствия. И чтобы мой вызов пришел на Туаою наверняка, думаю, мы должны быть как можно ближе к пирамиде. Если вы готовы взять на себя расходы, то старая колдунья ненадолго съездит на Багамы и постарается сделать так, чтобы наши старания не были напрасными.

9

Лайза Тэннер постаралась от души, чтобы день начался наилучшим образом. Еще дома, в Новой Зеландии, мать возложила обязанности по приготовлению завтрака на Лайзу, и она относилась к ним с полной ответственностью. Сегодняшнее меню не было исключением. Для начала она подала взбитые сливки, потом дольки грейпфрута и чернослив, а после этого черничные вафли, бекон и обжигающе горячий ирландский чай с молоком и медом.

Хотя сама "Звезда" не отличалась особым простором, ее мудрые создатели особо позаботились о кухне. Хоть Лайзе и доводилось ходить в море на роскошных яхтах, она все же была довольна своим нынешним камбузом. Из какой кухни можно наслаждаться таким прекрасным видом, каким она любовалась сейчас?

Перемывая посуду после завтрака, она наблюдала за удивительными существами, обитавшими в рифах вокруг комплекса. Утром она видела семейство ярких морских ангелов, несколько красных лютианусов, морскую белку и даже мурену. А сейчас к ней в гости пожаловал старый знакомый – Дядя Альберт. Здоровенная двухметровая барракуда лениво шевелила плавниками по ту сторону иллюминатора, раскрыв огромную щучью пасть, полную острых, как бритва, зубов.

Дядя Альберт точно чувствовал время, когда заканчивался прием пищи и перед ним открывалась заманчивая перспектива полакомиться вкусными объедками. Он начал неторопливо барражировать под окнами станции, как только Лайза приступила к уборке стола после завтрака. Сейчас он, как часовой на посту, медленно кружил у кухонного иллюминатора.

– Завтрак был отменным, mon amie, – раздался за спиной Лайзы низкий голос Пьера Ланклю.

Опустив тарелку в мойку, француз взглянул в иллюминатор и заметил пожаловавшего в гости Дядю Альберта.

– Вам, пожалуй, следует угостить вашего приятеля, Лайза, а то как бы он не набросился с досады на кого-нибудь из нас!

– Иногда Дядя Альберт бывает чересчур настойчив, – заметила девушка, собирая остатки пищи в пластиковый пакет. – Но мне кажется, это та цена, которую мы должны платить за то, что не доедаем все до конца.

– В Руане, где я вырос, мы когда-то держали свинью. Так вот, по вечерам, особенно после ужина, она визжала, как резанная. Угомонить ее можно было только одним способом – скормив ей остатки нашего ужина. Просто чудо, но этот способ никогда не подводил.