Нырок в забвение - Ричард Хенрик

Хотя здравый смысл подсказывал Мими, что доктор Элизабет была обыкновенной мошенницей, интуиция требовала проверить эту женщину. По советам друзей Мими не раз посещала различных экстрасенсов в Чарльстоне. Однажды она даже потащила с собой Питера. Нельзя сказать, что она была фанатиком оккультизма, но ежедневно читала свой гороскоп, а иногда не без интереса выслушивала гадание на картах или по ладони.

Медиумы обычно не изрекали ничего, кроме старых добрых прописных истин, не противоречащих здравому смыслу, но облаченных в витиевато-туманные словесные формы и романтические заклинания. Изредка их предсказания все же совпадали с какими-то ее сокровенными мыслями или мечтами, и в эти редкие моменты Мими искренне верила им.

До звонка доктора Элизабет ей даже в голову не приходило обратиться к медиуму, чтобы узнать о судьбе Питера. А теперь, когда такая возможность возникла сама по себе, она не могла отказаться от нее.

Возбужденная предстоящей встречей и вновь вспыхнувшей надеждой, она решительно встала с постели, приняла душ, надела джинсы и свитер и, даже не накрасив губы, выскочила из дома.

Утренний час пик уже давно миновал, и она добралась до острова Палмс значительно быстрее, чем предполагала. Погода стояла отличная, ярко-синее небо лишь чуть заметно потемнело с приближением к морю.

По адресу, указанному доктором Элизабет, Мими отыскала причудливый дом в английском стиле, выходивший задним двором на обширный песчаный пляж, на который с ленивым шорохом накатывали волны Атлантики. Дом стоял на отшибе, без каких-либо строений поблизости. Как ни странно, но Мими чувствовала себя здесь абсолютно спокойно, не испытывая обычного волнения перед встречей с незнакомым человеком при столь необычных обстоятельствах. Забыв о своих сомнениях, она решительно направилась к тяжелой дубовой двери и постучала три раза.

– Кто там? – спросил знакомый резкий голос.

– Это Мими Слейтер.

Послышалось глухое клацанье отпираемого запора, дверь распахнулась, и на пороге появилась невысокая, довольно полная белая женщина лет пятидесяти. Глаз ее не было видно из-под темных очков, линию скул подчеркивали румяна мягкого тона, полные губы, накрашенные под цвет яркого гавайского халата свободного покроя, рдели, словно лепестки алой розы. На первый взгляд она казалась довольно приятной особой, хотя и несколько эксцентричной.

– Входите же, милочка, – сказала она с приветливой улыбкой. – Боже, как же быстро вы примчались! Кажется, только что мы говорили по телефону.

Дом был со вкусом обставлен белой плетеной мебелью и украшен обилием декоративной зелени. На стенах были развешаны старинные морские гравюры и корабельные принадлежности, которые удачно сочетались с великолепным видом на океан, открывавшимся из окон.

– Это работа моей племянницы, – заметила доктор Элизабет. – Я всегда говорила, что она могла бы стать отличным дизайнером по интерьерам.

– А кем она работает? – поинтересовалась Мими, наблюдая за крупной черной персидской кошкой, появившейся из кухни.

– Она пишет путевые заметки для журнала о путешествиях, – ответила доктор Элизабет. – Непоседа, ей бы родиться с крыльями вместо ног. Сейчас она колесит по Азии и не вернется домой до зимы. Поэтому, когда она попросила пожить у нее и присмотреть за домом, я не смогла отказать. Скажу вам честно, милочка, это лучше, чем ежедневно продираться сквозь толпу в Верхнем Вест-сайде.

В воздухе едва ощущался легкий запах цветов, через открытые окна доносился мерный рокот прибоя.

– Пойдемте на веранду, милочка, попьем чайку на травах. Я лучше всего чувствую себя на веранде.

Мими обратила внимание, что хозяйка произносила "г" как нечто среднее между "г" и "х", чем напоминала ей Минни Кастевец, персонаж из фильма "Ребенок Розмари" Айры Левин. Она буквально излучала святую простоту и невинность, отчего Мими казалось, будто приехала навестить свою давно умершую тетушку. С этим чувством она последовала за хозяйкой на веранду и уселась в одно из двух плетеных кресел-качалок.

Пока доктор Элизабет ходила за чаем, Мими через широкие окна веранды изучала окружающий пейзаж. Здесь громче слушался шум прибоя и крики чаек. На берегу с дюнами из белого песка, кое-где покрытыми пучками зеленой травы, не было ни души.

Кошка напоминала о своем присутствии ласковым трением о ногу Мими. Это была очень крупная для персидской породы особь. Когда Мими наклонилась погладить ее по голове, ее поразили удивительно чистые голубые глаза кошки, до нереальности прозрачные.

– Боже, случилось что-то необычное, – сказала доктор Элизабет, толкая перед собой тележку с чайными чашками. – Исис всегда сторонится незнакомых людей.

– Значит, тебя зовут Исис, – сказала Мими, поглаживая шелковистую шерсть кошки. – Какое необычное имя.

– Исис – одна из наиболее почитаемых богинь в Древнем Египте, – пояснила хозяйка. – Она была женой бога солнца Осириса.

Убедившись в дружелюбных намерениях гостьи, Исис подошла к окну, вспрыгнула на подоконник и стала наблюдать за кружащимися над водой чайками. Мими взяла тонкую фарфоровую чашку, наполненную дымящейся зеленоватой жидкостью.

– Надеюсь, вам понравится чай, милочка. Это смесь цветов ромашки и апельсина, листьев мяты и розовых бутонов. Я готовлю его сама.

– Звучит прекрасно, – сказала Мими, отпила глоток из чашки и удовлетворенно кивнула.

– Вы знаете, милочка, я бы, конечно, не стала звонить вам вот так, с бухты-барахты, но у меня не было выбора. Я слушала новости и могу представить, что у вас сейчас творится на душе. Но я должна была побеспокоить вас и по этой причине тоже.

– Пожалуйста, расскажите мне о Питере, доктор Элизабет, – умоляюще попросила Мими. – Он жив? Если да, то где он?

Хозяйка уселась в кресло-качалку рядом с гостьей и мягким движением взяла ее руку.

– Успокойтесь, милочка. Ваш муж вышел на контакт со мной из такого места, откуда никогда не сможет вернуться. Но я не стану утверждать, что он мертв. Видите ли, его вместе со всем экипажем отправили в космическое путешествие далеко-далеко за пределы нашей Галактики. Именно тогда, когда они отправились в этот дальний путь, мне явилось существо, которое поведало об их судьбе.

– Боюсь, что я вас не понимаю, – пролепетала Мими, чувствуя, что ее хрупкая надежда тает, как снег весной. – Вы говорите, что Питер жив, но никогда не сможет вернуться домой. Тогда где он, и как произошло, что он там оказался?

– Дорогая моя, ваш муж переброшен на далекую звезду в созвездии Сигнус, то есть Лебедь. Существо, которое ведет меня, тоже из тех мест, и именно от него я узнала об активности камня.