Милость Монтуна (СИ) - Немченко

был в сознании. Единственной странностью оказался белый куб, которым заканчивалась его левая рука. Лаубер держал белый куб на весу в стороне от кровати, смысл этого действия пока не был Кенрону понятен.

— Не так уж плохо ты и выглядишь, — сказал он. — Зря мы с отцом беспокоились.

— Скажи, это же глупость, что у ящерицы может быть пять десятков видов яда? — спросил Лаубер, безучастно взглянув на брата.

Вопрос мог показаться случайным только поначалу. Кенрон решил не торопить события и позволить Лауберу задать тон беседы.

— Вовсе нет, — ответил он. — Большинство животных не защищены от своего же яда. Поэтому содержат его в полостях своего тела, не связанных с остальным организмом. Если у зверя есть такая полость, то чем больше в ней разного яда, тем лучше. Ведь каждый их противник устроен по-своему, и один вид яда может оказаться неэффективным.

— На меня подействовало как надо, — сказал Лаубер.

Ситуация прояснилась, за исключением одного момента.

— Ты не устал держать этот куб на весу? — спросил Кенрон.

— Это он меня держит, — сказал Лаубер. — Не могу вытащить руку.

Кенрон принялся разглядывать куб со всех сторон, потрогал — на ощупь гладкий как стекло.

— Занятная штуковина, — сказал он.

— Сказали, что отпустят, когда отрежут кисть, — сказал Лаубер. — В ней слишком много яда, чтобы лечить.

— Неудачный у тебя сегодня денек.

— Не говори, — кивнул Лаубер.

— Так почему же еще не отрезали? — спросил Кенрон. — Зачем все эти сложности с кубом?

— Барглис заявил, что может помочь. Но ему от вас с отцом что-то нужно.

— Выходит, тебя все же можно вылечить. С этого стоило начать.

— Не слушай его, Кенрон.

— Почему же? Тебе тут нравится?

— Он думает, что ты не согласишься, и попросил меня сделать жалостливое лицо, — процедил Лаубер. — Ну уж нет. Не хватало еще, чтобы вы с отцом сгинули в лесу из-за моей глупости. Пусть режут, мне все равно.

— Я все же выслушаю его предложение, — сказал Кенрон.

— Слушай, слушай. — сказал Лаубер. — Но потом мы втроем будем думать, что делать. Ты, отец и я. Если толстый регент предложит что-то опасное, я буду против. Это моя рука, в конце концов. Мне решать, как с ней быть.

— Вижу, тебе не терпится ее лишиться, — усмехнулся Кенрон.

— Зато останусь с отцом и братом.

Кенрон закатил глаза. Он и подумать не мог, что Лаубер будет сам мешать своему спасению. Любой поход в лес опасен. Человек мог попросту заблудиться среди деревьев и не найти путь домой. Правильно оценить опасность не так-то просто. Лаубер оказался не силен в этом деле, как показал сегодняшний случай.

— Давно мы не решали что-то втроем, — сказал Кенрон. — Давай сыграем. Если победишь, я поддержу тебя в голосовании.

— Если проиграю, должен буду поддержать тебя?

Кенрон кивнул.

— Сперва скажи, каковы правила, — потребовал Лаубер.

Кенрон легонько щелкнул его пальцем по лбу.

— Если сможешь отвесить щелбан сильнее, чем этот, ты победил.

— И только-то? — изумился Лаубер.

— Но слово держим, это самое сложное.

— Я сдержу слово. Готовь лобешник.

Кенрон пододвинулся к Лауберу, который сложил пальцы так, чтобы можно было поставить щелбан. Жилы на его худенькой руке напряглись.

Лаубер попытался щелкнуть брата по лбу, Кенрон отстранился в последний момент. Лаубер подался вперед, что-то дернуло за его левую руку, в итоге палец даже не коснулся лба Кенрона.

— Нечестно! — воскликнул Лаубер.

Кенрону же с трудом удавалось подавить улыбку. Мысль о том, что его младший брат и вправду хотел что-то решить в таком важном деле, забавляла его. Желание, конечно, похвальное, но еще рановато ему принимать такие ответственные решения.

— Если ты не можешь щелбан поставить, — сказал Кенрон, — куда тебе решать, ходить нам с отцом на охоту или нет. Лежи здесь и жди, когда я достану лекарство. Вылечим мы твою руку.

— Да ведь он все это подстроил, — воскликнул Лаубер. — Не водятся у нас эти ящерицы! И эти магические штуковины были у него как раз под рукой! Не слушай его!

Кенрон помахал рукой и вышел за дверь. Лаубер стиснул зубы и принялся колотить свободной рукой по кубу, не обращая внимания на боль. Вскоре он выбился из сил и, закусив губу, рухнул на кровать.

Регент Барглис встретился Кенрону в коридоре. Позади него шла девушка с длинными бежевыми волосами, в простой городской одежде. Кенрон без труда узнал Лисидию. У него с ней были серьезные разногласия несколько лет назад, тогда ей все сошло с рук. Также он знал, что его отец болен и именно она продает ему необходимое для жизни лекарство. Как бы ему ни хотелось выказать ей свое презрение, он все же решил держать себя в руках.

— А она что тут делает? — спросил Кенрон, стараясь придать голосу безразличие.

— Мой телохранитель? — сказал Барглис столь же безразличным тоном. — Выполняет свою работу. Я хочу, чтобы вы поладили и забыли обо всех прошлых недоразумениях.

— Неплохо мы тогда сыграли, — сказала Лисидия и улыбнулась. — А сейчас ты подрос, можем поиграть по-другому.

Кенрон не имел представления, о какой другой игре идет речь. Он хорошо помнил, что все, кого Лисидия использовала для своего развлечения, в итоге погибали или оказывались на грани смерти.

— С собой поиграй, — пробурчал он.

Эта фраза по какой-то причине позабавила девицу.

— Может, так и поступлю, если вечер будет скучным, — сказала она, с трудом сдерживая смех.

Регент откашлялся в кулак.

— Если мы закончили с обсуждением личных вопросов, — сказал он, — мне хотелось бы узнать, где сейчас господин Дарлид. Мое предложение касается двух лучших охотников Керфена.

Кенрон и сам до конца не понимал, с чего отец взял, что тут его ждет какая-то опасность.

— Назвал это место вражеским логовом и сказал, что подождет на улице.

— Вражеское логово? — удивился Барглис. — Надо же, какой необычный подбор слов. Как будто я хоть раз ему чем-то не угодил.

В этот момент Лисидия отступила на шаг и скрылась в камуфляже. Будучи зеннаткой, эту способность она отобрала у какого-то мертвого дайгонца, буквально покопавшись в его остывающих мозгах. Кенрон предпочитал думать, что бедняга был ранен в лесу и его не смогли спасти в госпитале, а не был убит лично волшебницей. Проверить, как именно все произошло, сейчас он не мог.

Барглис указал в сторону лестницы, ведущей вниз. Он не захотел рассказать о своем предложении одному лишь Кенрону, и тот начал подозревать, что дело и вправду непростое.

Выйдя на улицу, Кенрон обнаружил своего отца в окружении кобольдов-стражников. Они внимательно следили за ним, но подходить близко не решались.

— Где Лаубер? — бросил Дарлид. — Что с ним?

Вкратце Кенрон