Милость Монтуна (СИ) - Немченко

— Так мне пилить? — напомнил о себе Фаугер.

— А вылечить вы не можете?

— Я же не волшебник, — рассмеялся Фаугер. — Я обычный кобольд с медицинским дипломом.

— Тогда остается только отрезать кисть, — сказал Лаубер. — Ладно, раз вылечить не можете, пилите. Не валяться же мне тут всю жизнь. Только у вас есть что-нибудь, чтоб не болело?

— Конечно! — с энтузиазмом ответил Фаугер.

Кобольд вновь подошел к шкафу с вещами, нашарил что-то за одной из дверок и кинул на кровать Лауберу. Предмет оказался незамысловатым деревянным бруском с глубокими следами зубов.

— Это в рот, — сказал Фаугер. — Не бойся, я ополаскивал.

Сердце Лаубера колотилось все сильнее, но он решил, что не станет отговаривать доктора, что бы ни случилось и как бы больно ни было. Лежа здесь, он только будет бояться все больше и в конце концов начнет умолять, чтобы его оставили здесь навсегда, пристегнутым к белому кубу. По крайней мере, такое будущее представил себе Лаубер, и допускать подобного унижения он не собирался.

Подготовка к операции шла полным ходом. Фаугер принес стальной таз и поставил на пол, рядом с кроватью. Позаботился он и о кожаных ремнях, марлях и ведре с горячей водой.

Лаубер открыл рот, чтобы прикусить деревяшку. В этот момент входная дверь распахнулась, в палату ввалился грузный мужчина в белом костюме, с лицом как у младенца. Лаубер так и застыл с открытым ртом. Он никогда не видел Барглиса, но готов был поставить на кон здоровую руку, что именно зеннатский регент собственной персоной решил навестить его в этот крайне скверный момент.

— Мы как раз собирались заканчивать, господин регент, — сказал Фаугер. — Перетяну артерии, и перевезем его ко мне в госпиталь.

— Вижу, — кивнул Барглис. — Обождите с этим минутку.

Слова доктора подтвердили догадку Лаубера о том, что он оказался не в городской больнице. Он знал, что попытается использовать разговор с регентом, чтобы отсрочить операцию, но ничего не мог с собой поделать.

— Мы в регентстве? — спросил он. — В том здоровом доме на краю города?

— Видишь ли, я не имею права выносить куб за стены этого здания, — сказал Барглис. — Он не для дайгонцев, его мне выдали, как средство защиты. Использую его на себе, если мне будет грозить опасность.

— Вы в него не поместитесь, — усмехнулся Лаубер.

— Это господин Барглис, зеннатский регент, нет человека его важнее… — начал Фаугер, но регент тут же его перебил.

— Тебе не нужно знать, как именно работает куб, — сказал он. — Я пошел на крайние меры и нарушил инструкции, чтобы помочь тебе, малыш.

— Спасибо, наверное, но руку все равно отрежут, — сказал Лаубер.

— Не всю, только кисть, — поправил Фаугер.

Ни Барглис, ни Лаубер даже не взглянули на него.

— Да будет тебе известно, сын Дарлида, брат Кенрона, у меня есть способ тебя спасти, — сказал регент.

— Вам понадобится много разных противоядий, — предположил Лаубер.

— В таких случаях у нас в Зеннате действуют проще, — сказал Барглис. — Конечно, если речь идет о ком-то важном.

Он вытащил из нагрудного кармана часы на цепочке в круглом серебряном корпусе и показал их Лауберу. У того лишь бровь поднялась от недоумения.

— Это еще один ценный магический артефакт, — пояснил Барглис. — Он позволяет вернуть предмет или часть тела к состоянию, в каком оно было несколько часов назад. В случае с твоей рукой и пяти часов хватит. Тогда ты не был отравлен, значит весь яд из твоей руки исчезнет.

— Мне нужно что-то сделать взамен? — спросил Лаубер.

— Только лишь попросить.

— Господин регент…

— Не меня, своего брата и отца, — отрезал Барглис. — Видишь ли, мне нужна услуга двух лучших охотников Керфена. Убеди их оказать мне ее, и выйдешь отсюда с теми частями тела, с которыми вошел.

Лаубер сощурился и закивал головой. Наконец-то ему стало понятно, почему он здесь оказался.

— Вот, значит, в чем дело. — Он подался вперед, чтобы лучше разглядеть глаза регента. — Нет уж. Я ни о чем их просить не буду. Вы наверняка приготовили для них какое-то опасное задание. Я сглупил с этой ящерицей, мне и отвечать. Тогда уж поручайте задание мне.

— У меня нет времени и желания ждать, когда ты вырастешь, — сказал Барглис. — К тому же неизвестно, станешь ли ты таким же искусным охотником, как они.

— Тогда пусть ваш доктор отрезает руку, как и собирался. — Лаубер рухнул на подушку и закрыл глаза. Для него разговор был окончен.

Фаугер поднял пилу и улыбнулся, показывая, как много у кобольдов длинных острых зубов.

— Нет, мы будем ждать его родню, — остановил его Барглис. — Впрочем, если они окажутся столь же упрямыми, сделай все так, чтобы кровать не заляпать.

Глава 13

Они оба сдали охране оружие. После чего ни один из кобольдов-стражей не попытался остановить Кенрона, когда тот вошел через высокие стальные ворота на территорию регентства. Впрочем, так было уже давно — тут он считался желанным гостем, а вот его отца Дарлида обычно пускать не хотели. В этот раз стражникам пришлось сделать исключение. Кобольды с пиками внимательно следили за рослым мускулистым дайгонцем — как бы чего не выкинул.

Кенрон подошел к высокому каменному зданию с массивными дверями. Он чувствовал, что отцу не нравится это место.

— Дальше иди один, — раздался позади голос Дарлида.

— Лаубер где-то там, навестим его вместе, — предложил Кенрон.

— Мы здесь, чтобы забрать его. Это место — логово врага. Тут моему сыну делать нечего.

— Как скажешь, пап. — Кенрон пожал плечами, спорить с отцом у него не было ни сил, ни времени.

Он подошел ко входу в здание, двери распахнулись перед ним. Двое кобольдов в жилетах золотого цвета повели его длинными коридорами с высокими потолками. В этот раз Кенрон уже ощущал их внимательные взгляды. Да, он был желанным гостем, но ровно до того момента, как вздумает заглянуть за дверь, на которую ему не указывали. Он знал правила и шел, делая вид, что происходящее в резиденции иностранного регента его совершенно не волнует. Наконец кобольды остановились рядом с одной из дверей, которая не слишком отличалась от прочих.

— О вашем прибытии уже доложили регенту, он скоро прибудет, — сказал один из кобольдов. — Подождите его здесь, снаружи.

— Я все же взгляну, как там брат, — сказал Кенрон, кобольды принялись переглядываться. — На не волнуйтесь, ничего вам за это не будет.

Он дернул за ручку, дверь легко поддалась — одной проблемой меньше.

Лаубер и вправду оказался в комнате, которая напоминала палату в госпитале. Он лежал на огромной кровати,