Трапеция - Мэрион Зиммер Брэдли

на твоем запястье? И почему у тебя голые запястья, где твоя защита? Считаешь, в первый день уже нарастил себе шкуру, как у бегемота? Марионетка на ниточке!

Томми захлопнул дверь, отсекая бешеный поток итальянской брани, но почти тут же створка снова приоткрылась и тихонько закрылась. На площадку на цыпочках вышел Марио.

— Решил смыться, пока он не начал называть всякими интересными словами и меня.

Жизнь Томми быстро вошла в колею. Утренняя тренировка с Марио, школа, тренировка всем составом после обеда. Примерно неделей позже, ранним утром, когда Томми включил свет в зале — Марио обязали потренировать его лишний раз — на лестнице послышались шаги, и в зал вошел Джонни. Он выглядел больше и солиднее в выцветших трико, которые были когда-то красными.

— Не возражаете, если я присоединюсь? — неуверенно спросил он. — Стелла так рано не поднимается. Могу побыть ловитором.

— Валяй, — небрежно бросил Марио. — Том, ты же не против?

— Нет, пусть будет.

— Тогда начнем. До сих пор я сам ловил парня, но лучше поработаю с ним на мостике, а ты лови, — Марио взялся за лестницу. — Кстати, передай Стелле, что она окажет мне большую услугу, если все-таки пару раз встанет пораньше и потренируется с нами. Я учу Томми работать в ловиторке, но вес у него пока цыплячий. Если попробует меня поймать, все руки переломает. А Барбаре еще рано. Стелла же легкая?

— Да, фунтов девяносто. Хорошо, я ее попрошу. Но зачем ты учишь Томми ловить?

Я думал, он будет вольтижером.

— А затем, — терпеливо объяснил Марио, — что всесторонняя подготовка не помешает. И если Стелла собирается участвовать в номере, пусть начинает…

— Ладно, ладно, — отмахнулся Джонни, — не читай мне лекции. Продолжаешь славные традиции Передовой Школы Полетов?

Он подергал тросы на своей стороне сети и полез в ловиторку.

— Посмотрим, как ты летаешь, синьор Марио…Заодно на твоего протеже взгляну.

Глядя, как Джонни повисает вниз головой, Марио тихо сказал:

— Я пойду первым. Хочу удостовериться, что он ничего не замышляет.

Томми не без опаски наблюдал, как Марио раскачивается, кувыркается через перекладину и ловит запястья Джонни. Маневр был проделан аккуратно, без напряжения и заминок.

— Чисто, — оценил Марио, вернувшись в трапецию. — Ты же не обидишься, если я скажу, что ты и сам не чужд Передовой Школе Полетов?

Когда настал черед Томми, он не смог не признать, что Джонни хороший умелый ловитор. В полной мере мальчик оценил его мастерство, когда слегка не дотянулся, но Джонни все равно сумел его поймать. И все же Томми немного огорчился. Ему нравились тренировки наедине с Марио. И хотя он сразу отбросил эту мысль прочь (Господи, я как детсадовец какой-то! Пытаюсь присвоить лучшего друга), небольшое отчуждение все равно осталось.

Днем, после общей тренировки, Папаша Тони ушел одеваться, а Марио остался поработать с Анжело. Томми подавал ему трапецию. Дверь внизу отворилась, и нежный женский голос произнес:

— Можно посмотреть?

— Лисс! — вскрикнул Марио.

Поглядев вниз, Томми увидел девушку — впрочем, с такого расстояния он различил лишь голубую юбку, кофту и массу темных волос.

— Не спускайся, я поднимусь!

Она опустилась на пол, потом вскочила, бросила туфли в ящик и побежала к аппарату.

Подав знак Анжело, Марио раскачался, сделал одинарное сальто, но вместо того, чтобы вернуться на мостик, отпустил руки Анжело и упал в сеть. Спрыгнул на пол и кинулся к девушке, встретив ее распростертыми объятиями.

— Лисс, Лисс, я думал, ты уже не приедешь! Иди сюда, Томми!

Девушка наградила Томми крепким рукопожатием и быстрой улыбкой.

— Так вот ты какой. Мэтт много про тебя писал.

Элисса Гарднер Рензо была красивой стройной девушкой с живой улыбкой.

Пышные темные волосы она собирала в шелковистый хвост, из-под челки сияли удивительно голубые глаза. Рядом с Марио Элисса выглядела совсем крошечной.

— А где же твой отпрыск, Лисс?

— Дэйви? Я оставила его наверху, с Люсией. Следующие три дня он только и будет, что кочевать с одних колен на другие. Джонни утащил Дэвида любоваться его спортивной машиной. А я решила пойти посмотреть на тебя и твоего протеже.

Он правда хорош?

— Чертовски, — серьезно заявил Марио.

К ним присоединился Анжело, он поцеловал Элиссу в щеку и сердечно обнял.

— Здравствуй, котенок. Явилась увидеть знаменитое сальто-мортале?

Она полыхнула голубыми глазами.

— О Мэтт, Лу мне рассказывала. Так здорово, что у тебя получилось!

— В туре я делал его всего раз. И потом с полдесятка. Это в хорошие дни. А в плохие я даже не пытаюсь. Пожалуйста, дорогая, не сегодня. Я слишком взволнован встречей. Ты чудесно выглядишь, Лисс.

Девушка с сомнением подергала лестницу.

— Можно подняться?

Выражение лица Марио стало несколько болезненным, но он тихо сказал:

— Если хочешь, Лисс.

И, повернувшись к Томми и Анжело, добавил с нарочитой веселостью:

— Девочка соскучилась по дому.

— Это точно, — Элисса смущенно покосилась на Томми. — Правда, я совершенно не в форме. Не летала с рождения Дэйви.

— Ты сама так решила, Лисс, — возразил Марио. — Жалеешь?

— Да нет. Дэвид чистый ангел, а Дэйви настоящий ягненок — особенно сейчас, когда я больше не боюсь его уронить. К тому же не пристало почтенной мамаше шататься по всей стране с цирком. И так далее, и тому подобное.

— Именно это твоя мама и делала, — напомнил Анжело. — Как только тебе исполнилось шесть недель.

— Я просто цитирую Дэвида, дядя Анжело, — рассмеялась девушка. — И я в самом деле счастлива. Ох, так неохота позориться на людях, Мэтт, но мне действительно хотелось попробовать… хоть разочек. Может, когда Дэйви подрастет? Но… Мэтт, пожалуйста, можно? Анжело?