Трапеция - Мэрион Зиммер Брэдли

в нужное время. Важен был лишь расчет. Когда Марио велел им спускаться, а сам принялся отрабатывать с Анжело более сложные трюки, Томми и Стелла, сидя рядышком на полу, разговорились. Девушка выглядела симпатичной даже в старом спортивном костюме Барбары, который надевала на тренировки.

Вытянутый мужской свитер висел на узких плечах, мокрые от пота волосы курчавились на висках с просвечивающими голубыми жилками.

Она родилась в цирке и в буквальном смысле выросла в верхнем отделении материнского одежного шкафа. Мать ее была наездницей, отец — клоуном-акробатом. Ездить верхом Стелла выучилась, как только смогла стоять.

Четырехлетней девочкой отец брал ее на представления и — с дочкой на плечах — делал свои комические трюки. К девяти годам Стелла превратилась в настоящего ветерана манежа. Один из ее дядей, акробат, ложился на спину и на вытянутых ногах жонглировал девочкой и ее маленьким кузеном, как двумя мячами. Постепенно Стелла испробовала практически все акробатические номера. Когда они путешествовали по Австралии в первый год войны, мать погибла в крушении поезда. Отец почти сразу нашел новую жену. Именно мачеха научила Стеллу работать в воздухе, и некоторое время обе выступали на двойной трапеции под именем «Ласточки». Про свои подростковые годы и встречу с Джонни Стелла умалчивала, но о работе говорила охотно.

— В то время почти ничего нельзя было делать, пока не станешь достаточно взрослым, чтобы голосовать. Одну зиму я работала в Нью-Йорке, в цирке

Шрайнера. Мне было одиннадцать, но папе пришлось сказать полиции, будто бы мне шестнадцать. А то меня бы забрали в общество по защите детей. Некоторых детей из цирка действительно туда забрали.

— Сколько тебе сейчас, Стелла?

— Двадцать один, — быстро ответила она, но Томми не поверил.

Выглядела Стелла не старше его самого. Он никогда не узнал ее настоящий возраст — даже годы спустя, когда этот вопрос стал предметом спора. Порой

Томми гадал, знает ли его Стелла сама.

Однажды днем тренировка началась раньше обычного. Джонни ловил, Томми и Стелла были на мостике, а Марио руководил ими с пола. И тут вошел Папаша Тони. Быстро взобравшись по лестнице, он ступил на мостик. Вытирая руки канифолью, покосился на спортивный костюм Стеллы и нахмурился.

— У тебя что, нет трико?

— Нет. Миссис Гарднер сказала, что и этот подойдет, — Стелла слегка съежилась.

Папаша Тони хмыкнул.

— Стелла и Джонни с нами? Это что-то новенькое.

— Я их попросил, — сказал Марио снизу.

Лисс сидела в низкой трапеции Барбары, покачиваясь меньше чем в шести футах от земли.

— Стелла легкая. Она единственная, кого Томми может ловить, — объяснила она.

— Кроме меня, но я обещала Дэвиду, вы знаете.

— Ясно, — Папаша Тони бросил на Стеллу тревожный взгляд, потом позвал: — Ты с нами, Джонни?

В его устах имя как всегда прозвучало «Джанни».

— Это зависит от вас, Папаша. Если скажете — спущусь.

— Нет, оставайся. Анжело пока не пришел, а я еще не видел, как вы работаете.

Томми, слезай. Пусть юная леди возьмет перекладину. Да, мисс Стелла?

Девушка нервно улыбнулась. Томми начал было спускаться по лестнице, но Папаша Тони рявкнул:

— Сальто в сетку! Думаешь, сможешь приземлиться не на лицо?

Томми вздохнул. С трапеции он умел прыгать в любой точке кача, но до сих пор Марио не позволял ему пробовать сальто с мостика. Выставив согнутые в локтях руки над головой, Томми прыгнул, перевернулся, обхватив руками колени, тяжело упал на спину и спружинил на ноги.

— Сойдет, но не блеск, — проворчал Папаша Тони. — Так ты подобьешь себе глаз или расквасишь нос собственным коленом. Втяни голову и катись по сетке, понял?

Томми подобрал свитер, повязал рукава на шее и лег на пол наблюдать. Над ним Папаша Тони раскачался, прыгнул поверх перекладины, разрезая воздух, как чайка, и сделал оборот — так, что руки Джонни встретили его лодыжки, а не запястья. Они раскачивались вместе, затем Папаша Тони выгнулся назад, и Джонни перехватил его за руки. На втором каче Джонни разжал пальцы, и Папаша полетел обратно на трапецию.

— Здорово! — Лисс, зааплодировав, пояснила Томми: — Я такое делала… Один из первых трюков, которому научила меня Лулу.

— Это женский трюк, — презрительно сказал Папаша Тони. — И очень простой, если хватает силы. Суть в том, чтобы сделать его красиво.

— Сможешь, Стелла? — позвал Джонни.

— Посмотрим, — с надменным кивком Папаша передал Стелле перекладину: — Вперед!

Она сошла с мостика, слегка выгнувшись, потом подтянулась. В конце кача бросила себя через перекладину, извернулась, и Джонни поймал ее за лодыжки.

Взмахнув руками, Стелла неловко прогнулась в талии.

— Зад втяни! — посоветовала Лисс с пола.

— Грязно! — гаркнул Папаша Тони. — У тебя спина или опилки?

Джонни перехватил Стеллу за руки, но эффект от трюка был испорчен. Когда девушка вернулась на мостик, Папаша фыркнул.

— Попробуй еще раз, — вот и все, что он сказал, но Томми заметил, как Марио и Лисс обменялись быстрыми улыбками.

От Джонни это тоже не укрылось.

— Зато у нее вышло с первой попытки, — крикнул он. — Так что не изображай чеширского кота, детка, а то ведь я помню, как кое у кого не получилось!

Стелла прыгнула снова, и снова Джонни поймал ее за лодыжки.

— Жди высокой точки кача… жди… — подсказывал Папаша Тони. — Давай!

На этот раз движение вышло куда более гладким, без заминок и рывков.

— Уже лучше, но все равно болтаешься, как тряпичная кукла! — прокомментировал Папаша Тони.

Стелла высвободилась, полетела обратно к трапеции, но пальцы соскользнули, и она упала.

— Переворачивайся! — закричали Марио, Томми и Лисс хором.

Девушка перевернулась на спину и ушла глубоко в сеть.

— Вставай, вставай! — бесновался Папаша Тони. — Даже на