Дикая кошка - Холли Уорнер

– О, моя милая!

Подхватив Саманту на руки, он отнес ее в свою спальню, где стояла большая кровать, накрытая темным меховым покрывалом. Уложив девушку, он слегка освободил полотенце и лег рядом с ней, а потом, приподнявшись на локте, долго смотрел на нее взглядом нежным и в то же время затуманенным от желания.

– Рауль, – прошептала она.

– Что, дорогая?

– Просто, ну… Я уверена, что ты такой опытный…

Он криво усмехнулся:

– Вряд ли намного больше, чем ты.

– Но я ведь совсем неопытная. Поэтому ты можешь научить меня сегодня – я имею в виду… любить…

– Любить? – Он горько усмехнулся. – Я думаю, именно ты можешь дать мне урок любви, моя малышка. Но что касается искусства любви, то я научу тебя с величайшим удовольствием. Ты начинаешь очень просто, вот так…

Склонившись над ней, мужчина начал водить губами по ее губам. Она закрыла глаза, и легкие потоки желания пробежали по ее телу.

–А потом так…

Его руки и губы двигались одновременно, лаская, задерживаясь в эрогенных местах, пока непреодолимая страсть не охватила девушку. Она дрожала в его объятиях, напуганная той силой эмоций, которые оказались выпущенными на волю, и тем, что они могут уничтожить прежнюю Саманту, какой она была на протяжении двадцати пяти лет.

Доведя девушку почти до края бездны, Рауль остановился, не размыкая объятий. Она беспомощно прильнула к нему, и тот снова повел ее к краю пропасти. Затем посмотрел в лицо Саманты, стер с него губами капельки пота и накрыл ее своим телом. Она страстно открыла возлюбленному свои объятия, стремясь слиться с ним.

На этот раз Рауль не спешил. Боли не было, только сладостно-приятное слияние тел. Женская мягкость постепенно уступала мужской твердости, с вожделением овладевая ею.

Саманта жалобно забормотала, и в путанице слов он разобрал:

– Пожалуйста, Рауль, я больше не могу это выдержать.

Мужчина вздохнул, и она почувствовала, как он напрягся, словно отпустил на волю всю свою внутреннюю энергию. Теперь Рауль вошел в нее глубоко. Каждый сильный толчок продвигал их все дальше и дальше, к тому, чего Саманта так страстно желала, но боялась. Казалось, вокруг нее были сверкающие огни, они наполняли ее, горели в глазах. Удовольствие было настолько сильным, а чувства столь неистовыми, что все ее существо содрогалось. Наконец сразу все огни взорвались мириадами маленьких звездочек, и Саманта провалилась в бездонную пропасть…

Когда она очнулась, то с удивлением обнаружила, что все еще жива – этот факт казался невероятным ее потрясенному сознанию – и лежит рядом с Раулем. Подняв ресницы, девушка увидела, что он смотрит на нее, и вспыхнула от смущения.

– Ну? – Он улыбнулся. – Это был только первый урок, моя милая.

Саманта, покраснев еще больше, хотела отвернуться, но Рауль повернул ее лицо к себе.

– Не надо. Не смущайся, моя радость.

– Это было так… – Саманта умолкла и взглянула на любимого. Ее янтарные глаза все еще выражали удивление тем, что она пережила. – Так необыкновенно…

Он посмотрел на нее не без. улыбки.

– Вот как? Значит, первый урок любви частично выучен. Ты лежишь в моих объятиях, – его глаза с ленивым наслаждением оглядели Саманту, – вечная женщина, таинственная, теплая, манящая. В тебе есть все, чего мужчина может пожелать. Мягкое тело, – одна его рука погладила ее груди, и Саманта прикусила губу, – кожа как сливки. Такое нежное, стройное, хрупкое, прекрасное тело, которое, я думаю, готово теперь.

– Готово к чему? – спросила она, задыхаясь, когда он прервал себя с хитрой усмешкой.

– Ко второму уроку, повышенной сложности.

11

Рауль еще спал, когда она проснулась и увидела сквозь шторы слабые лучи утреннего солнца. Она лежала, свернувшись клубочком, в той самой позе, в какой и заснула. Саманта осторожно повернула голову и стала рассматривать этого человека, которого так неожиданно послала ей судьба. Морщинки на его лице разгладились, исчезли после ночи страстных любовных наслаждений. Даже сардоническая складка в уголке рта, которая придавала выражению лица жесткость, исчезла. На подбородке пробилась черная щетина, которая делала лицо моложе, мягче, приятнее. Они оба отражались в зеркале туалетного столика, ее бледная кожа контрастировала с его загорелой. Девушке казалось, что она должна каким-то образом измениться сегодня утром, но ничего подобного не случилось. Ее тело не выглядело иначе: бедра были такими же узкими, груди – не более округлыми, и все же она смотрела на свое тело с удовольствием. Ведь оно возбудило в Рауле такую страсть, какую Саманта не могла себе даже представить. Тогда в замке, в своей спальне, он впервые назвал Саманту прекрасной и обещал, что научит гордиться своим телом. И выполнил обещание. При этом не было ни притворства, ни пустых признаний в вечной любви.

Внезапно страх пронзил ее как удар меча. Она любит Рауля, отдалась ему – а что теперь? Самое большее через две недели Роджер будет здесь… Может ли она за это время заставить Рауля полюбить ее? Нет. Саманта даже не была вполне уверена в том, что он вообще способен теперь полюбить какую-нибудь женщину. Но если даже он кого-нибудь и полюбит снова, то это будет послушная, покорная женщина, а не такая, как она, Саманта Браун, которая воюет с самолюбивым испанцем по каждому поводу.

Она должна остановить эту любовь ради самой себя, освободиться от этого чувства, причиняющего боль, от которой хочется плакать и в то же время кричать от счастья. Две недели… Ну что ж, она примет все, что преподнесет судьба, с радостью и благодарностью, а потом встретит будущее, каким бы оно ни было.

Взволнованная, девушка выскользнула из-под руки Рауля, который пошевелился и пробормотал что-то во сне, встала с кровати и подошла к окну. Немного раздвинув тяжелые шторы, она выглянула на улицу. Стояло великолепное утро, сад под окном был полон свежести, цветы еще не повесили свои головки под палящим солнцем. Недалеко от берега кружила стая чаек, а по главной дороге ехала маленькая машина, маленький красный "фиат". Саманта наблюдала за ним сначала равнодушно, но постепенно все с большим интересом, так как "фиат" свернул с дороги и поехал по проселку, ведущему в Валье-де-Фло-рес, а потом повернул на дорогу, заканчивающуюся у виллы. Машина двигалась осторожно, как будто водитель не очень хорошо ориентировался, но вот она объехала последнюю группу кипарисов и остановилась как раз под окном спальни.

Дверь машины открылась, и Саманта, с расширенными от волнения глазами, вскрикнула. Схватив ближайшую одежду – халат Рауля, – бросилась вниз по лестнице. Она добежала до парадной двери как раз тогда, когда по дому разнесся первый звонок, отодвинула засов и выскочила на порог.