Слезы дракона - Брайан Дэвис

Профессор заглушил луч и опустил меч. Плечи у него обмякли.

— Да благословит Господь ваш путь, друзья мои.

Мэрилин с трудом выдохнула и погладила пульсирующий камень:

— Значит, сэр Патрик… они в самом деле внутри этой штуки?

— Да. — Патрик протянул к ней руку. — Могу я заглянуть в книгу?

Мэрилин передала ему Fama Regis. Перелистав страницы, Патрик открыл ту, которая недавно была переведена. Профессор Гамильтон присоединился к нему, глядя из-за плеча. Они стали переговариваться басовитым шепотом, когда, насупив брови, переворачивали страницу за страницей.

Мэрилин тоже попыталась заглянуть в книгу:

— Что в ней говорится?

— Нечто весьма удивительное, Мэрилин. — Профессор положил книгу себе на ладонь. — Могу ли я прочесть это вслух, Патрик?

— Никаких возражений. — Сэр Патрик отошел, оставив книгу профессору. — Пока мы ждем известий от поисковой команды, делать все равно нечего. Мы не можем уходить без Уолтера.

— Очень хорошо. — Профессор, поправив очки на носу, выпрямился. — Я начну с объяснения, что значит «Шлем короля». Несомненно, Мерлин говорил с королем Артуром, как защитить Гиневру от Морганы. Похоже, что в шестом столетии Моргану сопровождала когорта не Стражников, а демонов, падших ангелов другой разновидности. Это важно потому что связано с решением, которое принял Уильям, отправляясь на поиски своего отца. — Профессор прижал пальцем страницу и откашлялся.

Король, понурив голову, прошелся по комнате.

— Вы хотите сказать, мастер Мерлин, что если отборный отряд моих лучших воинов не сможет защитить Гиневру, то я это смогу сделать простым взмахом меча?

— Точнее, семью взмахами, ваше величество. Округлыми. Они создадут укрытие, именуемое Шлемом короля. Хотя максимальную мощь он обретает, когда отец защищает свою дочь, но все равно любая женщина становится невидима для демонов.

— Невидима! — Король остановился. — И каким же образом? Магическими заклинаниями?

Мерлин, сжав зубы, сел в кресло рядом с троном, но голос его оставался таким же спокойным.

— Вы знаете, сир, что я не занимаюсь магией. Я пророк, и Бог вещает мне, что сказать вам. Точно так же, как Моисею было сказано ударить по камню, чтобы извлечь из него воду, — разве есть какая-то разница?

— Нет. Я понял вашу мысль. — Он продолжил хождение, на этот раз вокруг Мерлина.

Пророк оставался неподвижен, даже взглядом не следя за королем.

Наконец король спросил:

— Тогда почему же ваша жена стала добычей Морганы? Разве вы не могли создать для нее защитное укрытие?

Скулы Мерлина побагровели.

— Придет день, когда Моргана… — Он искоса посмотрел на писца. — Мой король, на этот раз я попросил бы уединения. Надо ли записывать наши слова?

— Да, надо, Мерлин. Эти слова помогут моим сыновьям в грядущих поколениях. Но если ты не доверяешь моему писцу… — Король махнул рукой. — Палин. Оставь нас.

Палин передал рукопись королю и, оставляя зал, склонился в поклоне.

Король закрыл книгу и положил ее на стол рядом с собой.

— Сегодня же вечером я своей рукой запишу окончание этой встречи и, думаю, память не изменит мне, как прилежному писцу. Я добавлю эти страницы в книгу после того, как Палин покинет службу, так что он никогда не увидит их. — Он кивнул Мерлину. — Продолжай.

Теперь щеки Мерлина порозовели.

— Придет день, когда Моргана заплатит за все свои грехи. Я рассказал ей об искупительной жертве, надеясь, что она может возродиться. И как она отплатила за мою доброту? Она отравила мою жену. — Подбородок Мерлина дрогнул, и он с трудом продолжил: — Эта дьявольская пища убивает, лишает души их жизненной силы. А теперь она направляется в так называемый Приют Драконов, словно одна из драконьих душ, лишенная возможности обрести на небесах подлинный покой… или в ад, чтобы пожать то дурное семя, которое они взрастили.

— Приют Драконов?

— Да. Конечно, вы его не знаете. Многому я еще должен был бы научить вас, но у нас так мало времени. — Мерлин медленно поднялся и с трудом выпрямился. Сейчас он казался старше, чем обычно. Он прошел в угол зала, жестом предложив королю следовать за ним. — Идемте со мной в короткое путешествие. Я покажу вам то, чего вы никогда не сможете забыть.

Мерлин отодвинул панель в задней части зала, явив дверь, которая прежде сливалась со стеной. Вдвоем они, пригнувшись, миновали тесный проход и осторожно двинулись по щербатому каменному полу. Лишь полоса света из зала освещала тянувшийся перед ними узкий коридор с низким потолком. Грязная крыса с поблескивающими глазками сидела на задних лапах. Цокнув когтями, она скрылась в темноте. В проходе стоял затхлый запах плесени.

Мерлин вынул факел из металлического кронштейна на стене. Когда он закрыл дверь, их поглотила полная темнота. Его голос отдавался эхом, словно в длинном коридоре находилось несколько Мерлинов.

— Ваше величество. Будьте любезны…

Меч внезапно ярко засветился. Его рукоять надежно покоилась в руке короля. Мерлин приставил факел к острию меча и прошептал: «Эшша!» В чашу факела скользнула искорка, и он занялся пламенем.

— Это магическое слово, Мерлин? — спросил король.

Мерлин продолжил путь по вырубленному туннелю.

— Нет. Но вы, должно быть, устали от моих возражений. Просто я на иврите приказал Экскалибуру поделиться пламенем. Поскольку его свет представляет истину и знания, он отвечает на некоторые команды.

Король держался вплотную к нему.

— Ты знаешь и другие языки?

— Да. Конечно латынь. И если я имею дело с силами зла или с языческими обрядами, использую греческие команды, чтобы противостоять им.

Через несколько сотен ярдов они спустились по скользкому каменному склону, который затем выровнялся. Начался подъем к поверхности. Пол и потолок сходились все ближе. Королю и пророку пришлось нагнуться, чтобы продолжить путь, и наконец они поползли на четвереньках, пока не уперлись в тупик. Мерлин передал факел королю, толчком поднял деревянную панель у них над головой, выпрямился и, подтянувшись, выбрался из туннеля. Не выпуская меча из рук, король последовал за ним и неторопливо повернулся, рассматривая окружающий лес, пока Мерлин водружал люк на место и маскировал его листьями и ветками.

— Я притушил факел, — сказал король. — Используем его по возвращении.

Мерлин кивнул на тонкую полоску земли, которая еле заметной тропинкой вилась сквозь самую непроглядную часть леса. Он сделал глубокий вдох, и из груди его вырвался хрип.

— Вот сюда.

Когда они вдвоем пробирались через лес и Экскалибур освещал им путь, Мерлин шепнул: