Двое из будущего - Максим Валерьевич Казакевич

Попов, как я и ожидал, был против. Узнав, что я желаю перевести его лучшего работника на другой участок, он побагровел, налился кровью, и яростно стукнул кулаком по столу, так, что письменные принадлежности с грохотом подскочили.

— Не отдам! Его не отдам! Любого другого, только не его!

— Сергей Сергеич, — с укоризной склонив голову на бок, произнес я. — Не надо так бурно реагировать.

— А как мне еще реагировать? Я с таким трудом нашел грамотного слесаря, а вы его тотчас у меня и забираете? Это не справедливо! Кто у меня теперь будет станки ремонтировать? Кто? А тому, кто будет вашим НИОКРом командовать, конечно же, сказочно повезло. Пальцем об палец не ударил, а уже лучшим работником обзавелся. У-у, в морду бы ему дать, гаду.

Я засмеялся, правильнее даже сказать — заржал. Громко, в голос, до слез. Попов, обиделся, поджал губы и отвернулся в окно. Я же, видя, что задел чувства управляющего, усилием воли подавил в себе приступ веселья, смахнул пальцем катившуюся слезу.

— Сергей Сергеич, — позвал я его. — Нет смысла обижаться на меня. Просто, меня развеселила твоя фраза о том, что стоит набить морду тому, кто будет управлять отделом разработок. Понимаешь ли, дело в том, что этот отдел будет как раз под твоим управлением.

Попов вскинул удивленно брови.

— А этим цехом тогда кто будет управлять?

— Ты же и будешь. У тебя есть прекрасный заместитель — он будет непосредственно, если можно так сказать, исполнительным директором, а ты, если придерживаться аналогий, генеральным директором. Ты будешь контролировать этот цех, НИОКР и другие производства в будущем и заботиться об их успешности, а твои директора на местах будут заниматься как раз тактическим, если можно так сказать, управлением. То есть, ты даешь стратегию развития и контролируешь ее, они же будут заниматься развитием своего производства. То есть твой заместитель здесь будет отвечать за поставки сырья, выработку продукта, обеспечивать работоспособность оборудование и прочее, прочее. Ты понимаешь, о чем я?

— То есть, я буду управлять всеми производствами? Так?

Я кивнул согласно.

— Мы с Михаилом Дмитриевичем давно обговорили этот вариант развития, и мы оба пришли к мнению, что ты, Сергей Сергеевич, прекрасно будешь подходить на роль генерального директора. Ну а мы, как учредители, будем задавать вектор развития, и подкидывать кое-какие идеи и технологии. Правда, фиксированную зарплату мы тебе решили не поднимать, а предпочли посадить на процент от дохода. Тебя такой вариант устраивает?

— Гм, Василий Иванович, не знаю даже что и сказать. Застали вы меня врасплох.

— Ну, я тебя не тороплю. Вот тебе новый договор, перечитай его на досуге. Там и об оплате твоего труда подробно расписано. Если согласишься — дай знать. Недели на раздумье хватит?

Попов хмыкнул, осторожно вынимая из моих рук отпечатанный нанятой девушкой на машинке текст.

— Зачем неделя? Я сейчас все прочитаю, и если все нормально, то сразу и распишусь.

— Ну, хорошо, а я пока прогуляюсь по цеху.

Через полчаса умиротворяющего вышагивания по грохочущему цеху, созерцания вылетающих из станка скрепок и кнопок и сноровистых рук женщин, что фасовали их, я снова поднялся к Попову.

— Я расписался, Василий Иванович, — сходу сообщил он. И морда у него была така-ая довольная…!

— Вот так? Сразу? И нет никаких вопросов?

— Да какие вопросы, Василий Иванович, — махнул рукой теперь уже генеральный директор «Русских Заводов». — Я и так понял все свои обязанности. А по зарплате меня все устроило.

— Что ж, тогда у нас для тебя еще один сюрприз. Мы с Михаилом Дмитриевичем решили сдать тебе в аренду один процент акций предприятия с последующих переходом в твою собственность… Но, увы, полноценным собственником ты станешь только через десть лет безупречной работы на руководящей должности. Конечно, сейчас один процент стоит не так много как хотелось бы, но, есть все основания думать, что стоимость с годами вырастит очень существенно. И, не переживай, дивиденды по арендованным акциям ты будешь получать как полноправный владелец. Как ты на это смотришь?

О таком подарке Попов даже и мечтать не мог. Стать совладельцем успешного предприятия, которое будет динамично развиваться и расти… А то, что за десять лет «Русские заводы» значительно вырастут, он не сомневался — с такими-то учредителями с их необычными изобретениями, да с его умением управлять. Поэтому Попов даже не стал скрывать свои чувства — он радостно потер руками и поспешил заверить, что смотрит на решение о передачи в аренду части акций весьма положительно.

— Ну, хорошо, и с этим вопросом решили — выдохнул я, присаживаясь на жесткий стул. — Тогда, Сергей Сергеич, вот тебе первое задание на засыпку, — и с этими словами я достал несколько листов с от руки нарисованными чертежами. — Тебе предстоит в кратчайшие сроки разработать технологию производства данного изделия и наладить ее выпуск.

— Что это? — спросил Попов, внимательно читая чертеж. — Не понимаю, для чего это?

— Это зажим для бумаги типа «бабочка». Должна быть сделана из упругой стали, проволочные элементы должны обладать достаточной прочностью. Зажим должен быть надежным и качественным, таким, чтобы мог прослужить достаточно долго.

Попов еще раз всмотрелся в бумаги.

— Кажется, понимаю. Интересная вещь, думаю, что она найдет своего покупателя.

— А вот это кнопка-застежка. Набросок приблизительный, но, думаю, принцип работы будет понятен.

— Да-да, кажется все понятно. Гм, занятно…

— А вот тебе еще одна штука, — и с этими словами я, словно волшебник, достал из кармана отпоротую от нашего рюкзака застежку-молнию и кинул ее на стол. Молния брякнулась об лакированную поверхность и подкатилась к краю. Попов в последний момент успел прижать ее ладонью, не давая упасть на пол. Потом он поднял ее, недоуменно покрутил в пальцах:

— Что это, Василий Иванович?

— Это, Сергей Сергеич, новый тип застежки для одежды и обуви. Я назвал ее «молния».

Попов повертел еще раз в руках предмет из будущего, пытаясь сообразить как он работает. Потом аккуратно взялся двумя пальцами за собачку и медленно-медленно потянул ее, с удивлением наблюдая, как расцепляются металлические зубцы.

— Это…, это гениально, Василий Иванович! — воскликнул он, когда понял принцип работы. — Это необыкновенно!

Я улыбнулся. Да, это было гениальное изобретение, и я был с этим категорически согласен. Кого-то в будущем я сейчас обворовал на несколько миллионов рублей золотом.

А Попов увлекся застежкой. Он дергал собачкой вверх-вниз, крутил ее в руках, рассматривал в лупу мелкие бугорки и впадинки на зубчиках, булавкой пытался залезть в бегунок и высматривал там что-то на просвет. В общем, человек на