Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

быстро вынула иглу и сняла с руки жгут, положив то и другое на прикроватную тумбочку.

Покончив с этим, повернулась и посмотрела на содрогавшегося от нервных спазмов беспомощного Кайла, на котором уже начинало сказываться действие препарата. Но хотя конвульсии усилились, конец наступал не так быстро, как ей того хотелось, поэтому незнакомка, взяв с постели подушку, накрыла ею лицо жертвы и с силой надавила. Примерно через две минуты все было кончено. Гостья сняла подушку, окинула жертву критическим взглядом, после чего поискала пульс. Пульс не прощупывался. Кайл отправился к праотцам.

Хотя Кайлу Монтгомери она представлялась совершенно нагой, на ней тем не менее были трусы и бюстгальтер. Достав из сумки трикотажный спортивный костюм и быстро натянув его, убийца подошла к бюро и взяла лежавшие на крышке деньги, а потом обыскала карманы Кайла, где нашла собственное письмо. Затем деньги, письмо и простыня, служившая ей одеянием, перекочевали в сумку, где упокоились рядом с электронными стрелками и парализующим оружием фирмы «Тайзер». Закрыв сумку, незнакомка огляделась, убеждаясь, что не оставила в комнате ничего, кроме использованного шприца, после чего покинула апартаменты, спустилась по лестнице на первый этаж и вышла из дома.

Отъезжая на машине от дома Кайла, она почувствовала, как стало снисходить успокоение. Все-таки одной проблемой меньше.

Глава 56

На следующее утро Кинг и Мишель отправились к Ремми.

По дороге Шон поведал Максвелл о разговоре с Сильвией.

— До отъезда я успел поговорить с Тоддом. Он сказал, что обязательно навестит сегодня Кайла.

— Есть идеи, кто была та загадочная женщина?

— Полагаю, простейший способ узнать это — заехать в клуб и спросить. Если эта особа регулярно бывает или работает там, обязательно найдется человек, который ее знает.

В свою очередь, Мишель рассказала напарнику о выездном мероприятии клуба исторической реконструкции событий Гражданской войны, где ей удалось побывать.

— Потрясающее зрелище. Тысячи зрителей, сотни участников, сражение очень похоже на настоящее. Эдди считает, что сделанные там видеозаписи могут показать по местному телевидению.

— Мне приходилось видеть подобные театрализованные сражения. Брат женщины, с которой я встречался, когда работал на Секретную службу, был активным членом одного из таких клубов. Это не говоря уже о том, что он хранил у себя дома огромную коллекцию вещей эпохи Гражданской войны, в том числе униформу, мушкеты, сабли и даже хирургические инструменты для ампутации конечностей.

— Эдди прекрасно сыграл свою роль. Он воистину обладает многочисленными способностями, но при этом, что удивительно, здорово себя недооценивает.

— Ничего удивительного. Бэттл пытается уподобиться отцу, а это трудно, если не сказать — невозможно, поскольку Бобби во многих отношениях недосягаем.

— Но он все время говорит о том, что ничего в жизни не добился, а это не соответствует действительности. Кроме того, у него доброе сердце. Слышал бы ты, с какой нежностью этот большой и сильный человек отзывался о покойном брате! Мне лично кажется, что из всех Бэттлов он самый нетипичный.

Кинг одарил ее вопрошающим взглядом.

— Кажется, ты сказала, что он отвез тебя домой? Значит, вы остались наедине?

— Может, прекратишь свои инсинуации? Торжественно заявляю, что между нами ничего не было и не будет.

— Это хорошо, поскольку нам всего меньше нужно, чтобы Доротея или, не дай Бог, Ремми объявили нам войну, — бросил детектив.

Эдди встретил их у главного входа большого дома.

— Я битый час уговаривал мать рассказать мне о содержимом ее секретного ящика, но так ничего и не добился.

— Ну, если она не рассказала об этом вам, то нам, похоже, и вовсе не приходится на это рассчитывать, — буркнул Шон.

— По крайней мере я затронул эту тему, — ответил Эдди. — Идите на заднюю террасу. Мать ждет вас там. Кофе еще горячий. Мейсон только что сварил его и принес на террасу вместе с бисквитами.

Бэттл проводил гостей до террасы. Когда они вошли, Ремми закрыла небольшую толстую тетрадь, в которой что-то записывала. Тетрадь напоминала дневник или ежедневник начала прошлого века и имела застежку в виде клапана с крохотным замочком. Закрыв замочек, вдова положила тетрадь в карман жакета.

Пока Кинг произносил приветственные слова в адрес хозяйки дома, Эдди отозвал Мишель в сторону и прошептал:

— Когда закончите разговаривать с мамой, приходите ко мне в студию. Это на заднем дворе нашего дома. Мне хочется кое-что вам показать.

С этими словами он ушел с террасы. Максвелл же повернулась к Ремми и сразу напоролась на ее пристальный взгляд.

— Насколько я понимаю, вчера вы наблюдали, как мой сын играл в солдатики? — медленно отчеканила она.

Мишель подошла к столу, за которым сидела хозяйка дома, и опустилась на стул напротив. Кинг разлил по чашкам кофе.

— Надо сказать, что ваш сын очень хорошо играет в подобные игры. Я и не знала, что он так сильно увлечен деятельностью клуба исторической реконструкции.

— Эдди записался в него, поскольку его отец очень интересовался историей Гражданской войны. Сомневаюсь, однако, что он очень уж любит всю эту театральщину.

— А вид у него был такой, как будто все это ему ужасно нравится.

— Выражение лица и манеры могут вводить в заблуждение, не так ли?

После обмена мнениями женщины смотрели друг на друга в упор несколько дольше, нежели это допускалось правилами хорошего тона.

Кинг решил, что настала пора сменить тему:

— Вы настоящая волшебница, Ремми!

— Что конкретно вы имеете под этим в виду?

— Я имею виду, что вам с легкостью удалось превратить Лулу из врага в друга.

Хозяйка помахала около лица рукой, словно отгоняя муху.

— Не преувеличивайте моих достижений. Я всего лишь признала, что была не права. Не думаю, что это следует рассматривать как акт проявления особенного великодушия или человеколюбия с моей стороны.

— А почему, собственно, вы пришли к выводу, что были не правы? — спросила Мишель, подвигая к себе кофе и тарелку с бисквитами.

Прежде чем ответить, Ремми поднесла чашку ко рту и глотнула кофе.

— Я сделала Джуниору предложение, от которого он по идее не мог отказаться. Тем не менее он отказался, после чего его убили. Не нужно быть конструктором ракет, чтобы понять, что в этом деле все гораздо сложнее, нежели я поначалу думала.

— Тем не менее не исключаю вовлеченности в это дело Девера. Если разобраться, его могли убить именно по этой причине, — бросил Кинг.

Вдова с минуту гипнотизировала его взглядом.

— Не вы ли не так давно с пеной у рта убеждали меня в его невиновности? Или, быть может, я разговаривала тогда с другим Шоном Кингом?

— Я решил поиграть в адвоката дьявола.