Искусство невозможного (в 3-х томах) - Борис Березовский

И есть огромное количество достаточных условий — это какая система выборов президента, парламента, региональных лидеров, городских лидеров. И какие пропорции между центральной властью

— региональной, региональной — городской, городской — районной. Это долгий процесс, который опять-таки всегда специфичен для каждой из стран в отдельности.

И вот сейчас мы завершили создание базовых условий свободного общества, если так хотите, если иметь в виду и экономику и политику, и переходим к реализации достаточных условий. Вот мы находимся в этой пограничной точке. Вот эта точка — принципиальная, конфликтная точка, то есть кризисная точка. note 387 Я никогда не слышал серьезного анализа со стороны оппонентов, я слышу только какие– то глупые слова об олигархическом капитализме, о народном капитализме, которые, с моей точки зрения, просто бред.

Отсутствие системного мышления и системного подхода к тем реальным проблемам, которые существуют в России, мне кажется, и порождают в том числе и эту конфликтную ситуацию.

note 388 Главнейшей проблемой сегодня является проблема утраты власти центра и увеличение, безусловно, увеличение власти региональных элит. Собственно, мы сегодня подошли к этапу, который на самом деле обозначил Ельцин в 1990 году, когда он сказал свою знаменитую фразу: «Возьмите суверенитета столько, сколько хотите».

Я не хочу сейчас обсуждать, насколько стратегически тогда президент обосновывал для себя эту фразу, но сегодня она выглядит действительно абсолютно стратегической, поскольку сегодня центр

отдал практически, ну, не всю, но огромную часть власти регионам, и я уверен, что в 1999 году и в 2000-м будут успешны те политические силы и те политики, которые осознают, что в России будет создан новый центр власти — этот центр власти будет создан регионами, региональными элитами. Ситуация будет ровно противоположная 1990 году. Они скажут: вот это мы отдаем центру, а вот это мы оставляем себе. И хватит ли у них воли понять, что общие интересы превалируют над или доминируют над региональными, и решить по существу судьбу России? Сохранимся мы как федеративное государство? Я из своих общений с региональной элитой могу сказать, что, мне кажется, этой воли хватит. note 389

Я считаю, что ни одна страна в мире не поднималась без иностранных инвестиций, и Россия, безусловно, не будет являться исключением, и уже не является исключением. Это один тезис. Второй тезис состоит в том, что это участие, безусловно, должно быть регламентировано государством. Теперь вопрос — как регламентировано? Регламентировано таким образом, чтобы повысить элементы стабилизации экономической и политической. Мы знаем, что иностранные инвесторы и мы оцениваем по-разному риски в России. Они оценивают их выше, мы оцениваем их ниже. И понятно, почему. Потому, что мы понимаем, что можем взять на себя ответственность за уменьшение этих рисков. Недавний кризис четко показал именно эту ситуацию, что риски оцениваются по-разному, поэтому иностранный капитал чувствительнее к нестабильностям в России.

note 390 Не существует никаких границ для проникновения иностранного капитала. Я не считаю, что Соединенные Штаты или мэр Нью-Йорка имеют головную боль, потому что половина Манхэтте– на куплена японцами. А в то же время мы имеем, можем иметь колоссальную головную боль сегодня, если важные стратегические объекты будут контролироваться иностранным капиталом, потому что он сегодня не готов к стратегическим инвестициям — слишком нестабильной представляется ситуация ему здесь.

Вопрос абсолютно не должен решаться в плоскости (как это сегодня, к сожалению, решается) патриотической — вот мы патриоты, поэтому мы считаем, что иностранный капитал не должен быть в России. Вопрос должен решаться только на рациональном уровне. Рациональный уровень — это оценка риска.

— Скажите, в связи с этим, как вы относитесь к предложениям вице– премьера Куликова создать Высший экономический совет, в который вошли бы и лидеры финансово-промышленных групп России?

— Я отношусь к этому абсолютно положительно. Более того, именно с Чубайсом этот вопрос обсуждался впервые после проведения тех же самых выборов. И речь шла конкретно о том, что бы те, кто внес самый большой вклад в экономические преобразования в России, я имею в виду предпринимателей, были хорошо услышаны властью.

Анатолий Борисович очень странным образом интерпретирует это как желание принимать решения вместо власти, о чем речь никогда не шла. А шла о том, что Совет из наиболее, так скажем, продвинутой бизнес-элиты был бы крайне полезен для власти. При этом никто не пытается принимать решения вместо власти. Это я хочу подчеркнуть, потому что именно на эту тему идет спекуляция, и иначе как спекуляцией я это назвать не могу.

Это крайне полезно, тем более что в не столь открытой форме это же происходит, и очень важно легитимизировать то, что есть реалии, чтобы и обществу, и власти была совершенно очевидна роль, которую сегодня бизнес играет в тех преобразованиях, которые осуществляются в России. note 391 Действительно, существовал и не может не существовать неформальный способ общения власти с капиталом. Я просто считаю, что в этом нет ничего зазорного. note 392 Я считаю, что такое общение абсолютно необходимо. Речь как раз идет о том, чтобы легитимизировать это общение, чтобы оно было не под столом, не на закрытом совещании, а чтобы это было открыто для общества. Это совершенно естественный процесс, естественное общение, которое существует во всех странах, поскольку note 393 капитал является концентрированным потенциалом нации.

5 февраля 1998 г. Аргументы и факты, Москва

АКТУАЛЬНОЕ ИНТЕРВЬЮ

Борис Березовский. Откровенно о власти

БЕРЕЗОВСКИЙ: note 394 Я приехал в Давос отдохнуть и провести время с приятными мне людьми. Конечно, приятными были не все разговоры, но общее впечатление от Давоса у меня положительное. За последнее время мы все стали лучше понимать друг друга и поняли, что лучше не делать глупостей. Корр.: Кого вы будете поддерживать на выборах?

— Все пытаются сейчас сделать упор на личность. Я бы по-другому ставил этот вопрос. Не кто подойдет, а кто не подойдет. К этому вопросу однозначно надо подходить системно, от общего к частному. Нужна такая власть, которая не создаст потрясений. Поэтому проще говорить о том, кто не подойдет. Не подойдет Зюганов. Не подойдет Лебедь. Не подойдет Лужков. Лужков — это вообще отдельная тема. Ему не нравится, как Чубайс провел приватизацию. Он считает, что сделал бы лучше. Приватизация не может быть справедливой. Конечно, кому понравится, что у соседа денег больше. Самое главное происходило не в Давосе, а в Москве. Я имею в виду встречу Ельцина с главными редакторами. Президент явно обозначил, что для него очень серьезно стоит проблема преемственности власти. На мой взгляд, самое главное не то, кто преемник. Самое важное сегодня, что мы очнулись не за несколько месяцев до выборов, а за два года. Причем о парламентских выборах тоже заговорили. В прошлый раз их просто проспали. Поэтому и проспали появление коммунистов. Коммунисты, правда, многому научились. Конечно, по голове им надавали, вот они и поумнели. Как оппозиция они, конечно, имеют право на существование. Пусть себе существуют как страшилка.

24 февраля 1998 г. Московские новости, Москва

БЕРЕЗОВСКИЙ СТАВИТ НА ЧЕРНОМЫРДИНА

БЕРЕЗОВСКИЙ: note 395 Я бы говорил о главном: с помощью индивидуальной проблемы обеспечить преемственность власти. Отсюда становится ясно, кто может рассчитывать на нашу поддержку. Корр.: Когда вы говорите «нашу», кого вы имеете в виду?..

— «Нашу» — я имею в виду тех, кто считает эту власть правильной в основных своих компонентах. Кто считает правильным курс реформ, который был избран в 1991 году. При этом сделана масса ошибок, и есть ошибки тотальные, но не летальные. Тотальная ошибка

— Чечня. С огромным трудом выползаем из этой дикой ситуации. И когда я говорю о преемственности власти, я имею в виду, что власть должна сохранить основные ориентиры и ни в коем случае не допустить тотальной разборки, тотального выяснения отношений. Поэтому ясно, кто не годится. Не годится очевидным образом Зюганов, хотя я не хочу, чтобы это оскорбительно звучало для Зюганова и оппозиции. С их стороны огромный прогресс достигнут в понимании того, что мы не можем допустить кровь. Но тем не менее вероятность катаклизмов в случае прихода оппозиции к власти очень велика. В силу других обстоятельств не может являться преемником власти Лебедь. Я не хочу сейчас углубляться в эти обстоятельства. Не может являться преемником нынешней власти и Лужков. Тут немножко понятнее. Здесь мне проще объяснить, чем в случае с Лебедем. Хотя я считаю, что не то чтобы «хрен редьки не слаще», но и то и другое плохо. Когда Лужков утверждает, что приватизация проведена несправедливо, Юрий Михайлович выражает неудовольствие одним из главных достижений реформ — перераспределением собственности. Не хочу говорить, насколько справедливо или нет это